Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19) № 1, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 21.04.2020, пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска. Суды исходили из следующего: Комитет (концедент) и предприниматель (концессионер) 27.03.2018 заключили концессионное соглашение в отношении нежилых зданий, расположенных по адресу: <...>; по условиям данного соглашения концессионер обязался за свой счет реконструировать недвижимое имущество, право собственности на которое принадлежит концеденту, и осуществлять деятельность в области туризма, социально-культурной деятельности, а также прочие сопутствующие услуги , а концедент обязался предоставить концессионеру на срок, установленный настоящим соглашением, права владения и пользования объектов соглашения для указанной деятельности; в силу пункта 8.2 соглашения срок реконструкции объекта - не позднее 60 месяцев со дня подписания данного соглашения (до 27.03.2023); предприниматель не представил в материалы дела доказательств, подтверждающих, что ограничения, введенные в Вологодской области в связи с распространением новой коронавирусной инфекции и предпринимаемые в этой связи меры, объективно препятствовали ему в исполнении обязательств, предусмотренных
с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерного применения вычетов по НДС. Формулируя указанный вывод, суды установили, что у контрагентов заявителя отсутствовала реальная финансово-хозяйственная деятельность, а также условия, необходимые для достижения результатов соответствующей экономической деятельности; анализ движения денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов показывает их транзитный характер; денежные средства, полученные от общества, перечислялись в адрес «проблемных организаций», обналичивались физическими лицами; в полном объеме перечислены на приобретение векселя; доказательства перечислений денежных средств за сопутствующие услуги (аренда транспортных средств, услуги по доставке) отсутствуют; обществом не представлено доказательств проявления должной степени осмотрительности и осторожности при выборе спорных контрагентов. Вопреки возражениям общества, выводы судов основаны не на выборочной оценке доказательств или ее отсутствии, а по результатам исследования и оценки доказательств, представленных сторонами, в их совокупности и взаимосвязи. Возражения налогоплательщика связаны с оценкой доказательств по делу, установленных судами и положенных в основу оспариваемых судебных актов, принятых с учетом постановления Пленума № 53, они
«Oriflame», а также на уникальную систему продаж и учета продажи товаров, предназначенных для косметических целей и маркируемых товарными знаками, принадлежащими фирме «Орифлэйм ФИО7.» (Люксембург) на основании договора коммерческой концессии между «Орифлэйм ФИО7.» и правообладателем от 31.12.2007, и переданных по Договору в течение срока его действия, пользователь обязан ежемесячно уплачивать правообладателю лицензионное вознаграждение, сумма которого определяется как доля правообладателя в суммарной выручке пользователя по ставке 5 % (от объема продаж товаров, сопутствующей печатной продукции и сопутствующих услуг по продажной цене без учета НДС, но без вычета любых скидок и льгот). Таким образом, лицензионные платежи уплачиваются не непосредственно продавцу по внешнеэкономической сделке «Орифлэйм ФИО7.» (Люксембург), а по его требованию - третьему лицу – компании «Орифлэйм Косметикс Б.В.» (Нидерланды). Решением Зеленоградской таможни от 08.12.2010 № 10125000/081210/638, вынесенным по результатам вневедомственного контроля, решение Клинского таможенного поста Зеленоградской таможни о принятии заявленной обществом таможенной стоимости товаров, в том числе, оформленных по спорным 335 таможенным декларациям,
первоначального иска отказано. В остальной части решение оставлено без изменения. Не согласившись с постановлением апелляционной инстанции, ИП ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит постановление отменить, оставить в силе решение суда первой инстанции. Предприниматель не согласен с выводом суда апелляционной инстанции об экономической невыгодности для ООО «Тюменьавтолайн» от взаимоотношений сторон в том их понимании, которое приводит ИП ФИО2, по мнению заявителя, взаимоотношения сторон были выгодны для общества, поскольку оно за плату оказывало предпринимателю сопутствующие услуги (медосмотры водителей, осмотры транспорта и т.п.), при этом для ИП ФИО2 аренда автобуса в отдельности не имел экономического интереса, так как ее стоимость не покрывала никаких экономически обоснованных затрат (амортизация, содержание, эксплуатационные расходы). Заявитель полагает, что суд не оценил взаимную связь доказательств в их совокупности, чем нарушил положения части 2 статьи 71 АПК РФ. Также предприниматель считает ничтожным и не подлежащим применению условие заключенных сторонами договоров об удержании стоимости аренды автобуса из суммы оплаты
69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Между ООО «Берег-2008» и ООО «Фарватер» 26.04.2011 заключен договор № 34/2 на оказание услуг, в том числе диспетчерское регулирование судов при заходе в акваторию и швартовке к причальной стенке, организация швартовки и стоянки судов у причальной стенки, предоставление электроэнергии (380 В), иные сопутствующие услуги , в том числе организация дополнительных услуг по дополнительным соглашениям к договору. Между ООО «Берег-2008» и ООО «Фарватер» 11.04.2011 заключен договор № 31/1 на оказание услуг, в том числе диспетчерское регулирование судов при заходе в акваторию и швартовке к причальной стенке, размещение и отстой судов в акватории на якорной стоянке, иные сопутствующие услуги, в том числе организация дополнительных услуг по дополнительным соглашениям к договору. ООО «Фарватер» имеет задолженность за оказанные услуги в 2011 году
содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом. Изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к следующим выводам. Судами установлено и из материалов дела следует, что 17.11.2022 общество (поставщик) и предприниматель (покупатель) заключили договор поставки (далее – договор). В соответствии с договором (стр. 2 оферты) продавец обязуется продать покупателю, а покупатель – принять и оплатить заказанный товар, а также заказанные сопутствующие услуги в порядке и на условиях, определенных договором. Под товаром в соответствии с условиями договора (стр. 1 оферты) понимаются зарядные терминалы с зарядными устройствами (Power Bank) (далее также – терминалы) и иные товары, представленные на сайте продавца chargex.am. На странице 2 оферты указано, что договор устанавливает порядок продажи товаров и/или услуг, регулирует отношения между покупателем и продавцом при продаже товаров и оказании в связи с такой продажей сопутствующих услуг. 17 ноября 2022 года общество выставило
основании акта об определении вида фактического использования помещения. Суд полагает необоснованными доводы представителя административного ответчика о наличии предусмотренных законом оснований для включения спорного нежилого помещения в Перечень исходя из фактического использования по следующим основаниям. Как следует из выписки из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от 28 сентября 2020 года, основным видом деятельности административного истца ФИО2 является: «Прочие виды полиграфической деятельности» (код 18.12), одним из дополнительных видов деятельности последнего является «Деятельность брошюровочно-переплетная и отделочная и сопутствующие услуги » (код 18.14). В соответствии Перечнем кодов видов деятельности в соответствии с Общероссийским Классификатором видов экономической деятельности, относящихся к бытовым услугам, утвержденным распоряжением Правительства Российской Федерации от 24 ноября 2016 года № 2496-р, деятельность под кодом 18.14 «Деятельность брошюровочно-переплетная и отделочная и сопутствующие услуги» отнесена к бытовым услугам. Эта группировка услуг включает в себя: переплет издательской продукции, установку образцов и постпечатные услуги, например завершающую подготовку обложек, книг, брошюр, журналов, каталогов и т.п.; нанесение пленки,
РЕШЕНИЕ ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 16 апреля 2013 года Бутырский районный суд г. Москвы в составе председательствующего судьи Дудкина А.Ю., при секретаре Воропаевой О.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-444/13 по иску Закрытого акционерного общества «Пчелка» к ФИО1 и ФИО2 о взыскании задолженности за жилищно-коммунальные и сопутствующие услуги , суд УСТАНОВИЛ: Закрытое акционерное общество «Пчелка» обратилось в суд с иском к ФИО1 и ФИО2 о взыскании задолженности за жилищно-коммунальные и сопутствующие услуги оказанные за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно в соответствии с условиями договора управления многоквартирным домом, по адресу: <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ В обоснование заявленных исковых требований, Истец ссылался на то, что Ответчик ФИО2 является законным пользователем квартир расположенных по адресу: <адрес>. В соответствии с Жилищным кодексом РФ граждане обязаны
грузоподъемностью свыше 25 тонн при выполнении работ средней сложности по погрузке, разгрузке, перегрузке и транспортировке лесных (длиной свыше 3 до 6 метров) и других аналогичных грузов, для выполнения работ по установке деталей, изделий и узлов на станок; перемещение подмостей и других монтажных приспособлений и механизмов и т.д. Трудовой договор является срочным и был заключен с 16 сентября 2014 года на период выполнения работ на занимаемой должности согласно контракту № «Обслуживание дорог, аренда техники и сопутствующие услуги для проекта «Сахалин-1» от 1 декабря 2011 года, заключенному между ООО «ВСК-ВЕКО» и компанией «<данные изъяты>» (для выполнения заведомо определенной работы в случаях когда ее выполнение (завершение) не может быть определено конкретной датой, статья 59 пункт 7 Трудового Кодекса РФ). 12 мая 2017 года истцу было вручено уведомление о сроке окончания трудового договора 30 сентября 2017 года, а 4 сентября 2017 года ему было вручено уведомление и приказ об увольнении по пункту 2 статьи
