а также акционерных обществ, 50 и более процентов акций которых находятся в собственности Российской Федерации и (или) в отношении которых используется специальное право на участие Российской Федерации в управлении этим обществом ("золотая акция"). Решение о согласии на совершение крупной сделки может также содержать указание на минимальные и максимальные параметры условий такой сделки (верхний предел стоимости покупки имущества или нижний предел стоимости продажи имущества) или порядок их определения, согласие на совершение ряда аналогичных сделок, альтернативные варианты условий такой сделки, требующей согласия на ее совершение, согласие на совершение крупной сделки при условии совершения нескольких сделок одновременно. В решении о согласии на совершение крупной сделки может быть указан срок, в течение которого действительно такое решение. Если такой срок в решении не указан, согласие считается действующим в течение одного года с даты его принятия, за исключением случаев, если иной срок вытекает из существа и условий крупной сделки, на совершение которой было дано согласие,
редакции) 3.1. В случае, если количество директоров, не заинтересованных в совершении сделки и отвечающих требованиям, установленным пунктом 3 настоящей статьи, становится менее двух директоров, если большее количество директоров, составляющее кворум для проведения заседания совета директоров (наблюдательного совета) публичного общества по данному вопросу, не предусмотрено уставом публичного общества, такая сделка требует согласия общего собрания акционеров на ее совершение в порядке, предусмотренном пунктом 4 настоящей статьи. (п. 3.1 введен Федеральным законом от 03.07.2016 N 343-ФЗ) 3.2. Уставом общества может быть предусмотрено, что все или некоторые сделки, в совершении которых имеется заинтересованность и которые не требуют согласия общего собрания акционеров на их совершение в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи, требуют в случае, предусмотренном пунктом 1 настоящей статьи, согласия на их совершение директоров, не заинтересованных в совершении сделки и отвечающих как требованиям, установленным пунктом 3 настоящей статьи, так и дополнительным критериям, определенным уставом общества. В таком случае устав общества должен также предусматривать кворум
уставном капитале общества с ограниченной ответственностью (часть 3 статьи 35 СК РФ и пункт 11 статьи 21 Закона об общества с ограниченной ответственностью), поскольку совершение сделки одним из супругов в отношении их общего имущества с безусловностью повлечет наступление правовых последствий и для второго собственника. Согласие второго супруга на совершение сделки подтверждает совпадение воли собственников относительно распоряжения их общим имуществом. Гражданское законодательство не содержит положений, регулирующих отзыв предварительного согласия на совершениесделки. Из существа семейных отношений не исключается возможность отзыва такого согласия , данного одним из супругов, например, в связи с изменением интересов семьи, наступлением обстоятельств, приводящих к утрате согласия супругов относительно распоряжения их общим имуществом. В то же время возможность отзыва предварительного согласия на совершение сделки не может быть неограниченной во времени, поскольку такое действие способно затронуть права других участников оборота, возникших из ранее данного третьим лицом согласия. Как указано в связи с этим в пункте 57 постановления Пленума Верховного
договор купли-продажи распределительной подстанции, состоящей из одноэтажного кирпичного здания общей площадью 67,7 кв.м, расположенной по адресу: <...>, литер строения 19, укомплектованной оборудованием; подстанции, состоящей из одноэтажного кирпичного здания общей площадью 39,4 кв.м, расположенной по адресу: г. <...>, литер строения 11, укомплектованной оборудованием; линий электропередач. Истец полагала, что данная сделка является недействительной, как совершенная под влиянием существенного заблуждения с ее стороны, поскольку при даче ею согласия на совершение супругом сделки ей не было известно о продаже оборудования, которым укомплектованы подстанции, и линий электропередач. Согласия на продажу оборудования и линий электропередач она не давала. Проданное имущество являлось предметом (в составе прочего имущества) договора аренды имущества от 30 марта 2012 г., заключенного с ООО «АстДомСтрой-Инвест», перезаключенного 13 декабря 2017 г., при этом 24 апреля 2018 г. от арендатора получено письмо с предложением о расторжении договора аренды, поскольку аренда имущества стала экономически невыгодной в связи со сменой собственника энергопринимающих устройств и существенно возросших
208-ФЗ «Об акционерных обществах» (далее – Закон № 208-ФЗ) и абзацев четвертого-шестого пункта 6 статьи 45 Закона № 14-ФЗ, содержащаяся в них презумпция ущерба от совершения сделки подлежит применению только при условии, что другая сторона оспариваемой сделки знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, и (или) об отсутствии согласия на ее совершение. Бремя доказывания того, что другая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности в сделке и об отсутствии согласия (одобрения) на ее совершение, возлагается на истца. Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или заведомо должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона сделки или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45
пунктом 2 статьи 609 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса, Управление Росреестра 19.01.2015 сообщило Департаменту об отказе в государственной регистрации со ссылкой на то, что в представленных заявителем документах отсутствует нотариально удостоверенное согласие супруги ФИО1 на совершениесделки аренды земельного участка либо документ, подтверждающий, что арендатор на момент подписания договора аренды в браке не состоял. Полагая, что отказ в государственной регистрации договора аренды с ФИО1 является незаконным, Департамент обратился в арбитражный суд с заявлением по настоящему делу. Отказывая в удовлетворении требований, суды руководствовались пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса и исходили из того, что получение нотариально удостоверенного согласия супруга необходимо как при совершении сделки по распоряжению недвижимостью, так и при совершении других сделок, требующих нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке. Сделав вывод о том, что договор аренды земельного участка, одной из сторон которого является находящийся в браке ФИО1, в
разрешения споров, связанных с заключением хозяйственными обществами крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» пришли к выводу о том, что сделка, связанная с отчуждением имущества по цене, составляющей более 30 % стоимости имущества общества «Сделки с имуществом», является крупной, требующей соблюдения установленного законом порядка при ее заключении либо последующего одобрения оспариваемого договора. Не установив предусмотренных статьей 46 Закона № 14-ФЗ оснований для отказа в признании крупной сделки недействительной, суды, указав на совершение сделки без согласия и последующего одобрения единственного участника общества «Сделки с имуществом», а также убыточность сделки, обоснованно признали договор купли-продажи от 11.03.2008 недействительным (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). Разрешая вопрос о применении последствий недействительности сделки, суды, приняв во внимание недоказанность факта оплаты покупателем принятого по акту имущества, применили одностороннюю реституцию, обязав ФИО1 вернуть продавцу спорный объект недвижимости (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации). Представленная ФИО1 в суд кассационной инстанции в обоснование довода о соблюдении процедуры
силу статьи 158 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (указано в судебном акте) как заключенного с нарушением пункта 2 статьи 64 Закона о банкротстве. Сделки, совершенные должником без согласия временного управляющего, являются оспоримыми, а не ничтожными (информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.04.2009 № 129), статья 158 ГК РФ регулирует форму сделок. Вместе с тем ошибочность выводов суда о ничтожности сделки не влияет на существо спора, так как совершение сделки без согласия временного управляющего положено в основание требования временного управляющего. В соответствии с пунктом 2 статьи 64 Закона о банкротстве органы управления должника в период наблюдения могут исключительно с письменного согласия временного управляющего совершать сделки, связанные с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения имущества должника, балансовая стоимость которого составляет более 5% балансовой стоимости активов должника на дату введения наблюдения. Суд пришел к выводу, что балансовая стоимость лыжной базы на дату введения наблюдения составляет 13 296 000
000 руб. неотработанного аванса и соответствующей неустойки подлежит удовлетворению. Доводов в отношении несогласия с выводом судов в части взыскания неустойки или ее размера, кассационная жалоба не содержит. Кассационная инстанция не находит оснований для отмены судебных актов и в части отказа в удовлетворении требований ООО «Крафт» по встречному иску. Как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, довод ООО «Крафт» о том, что сделка по уступке права (требования) является недействительной, поскольку договором подряда установлен запрет на совершение сделки без согласия ООО «Крафт» является несостоятельным, поскольку уступка права (требования) совершена после расторжения договора, в связи с чем предусмотренное договором условие о запрете подрядчику осуществлять уступку права требования третьим лицам без согласия субподрядчика прекратило свое действие. Кроме того, пунктом 3 статьи 388 ГК РФ закреплено, что соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, не лишает силы такую уступку и не
382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором. Вместе с тем, довод ответчика о том, что сделка по уступке права (требования) является недействительной, поскольку договором № 09/13 от 02.09.2013 установлен запрет на совершение сделки без согласия ответчика, судом апелляционной инстанции отклоняется, как с учетом действующего законодательства, так и с учетом того, что уступка права (требования) совершена после расторжения договора, в связи с чем предусмотренное договором условие о запрете истца осуществлять уступку права требования третьим лицам без согласия ответчика прекратило свое действие. При этом, согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от
в подпункте 7.3.15 пункта 7.3 Устава Общества, не созывались и не проводились (т.1 л.д.26). Получив в феврале 2018 года выписку из Единого государственного реестра недвижимости, истец узнал о заключении ответчиками договора участия в долевом строительстве от 22.12.2017 № 01-ДН (т.1 л.д.79-84). Договор зарегистрирован 29.12.2017 под номером 76:23:030613:146-76/023/2017 с внесением в ЕГРН записи о совершении сделки без одобрения общего собрания членов Общества (т.2 л.д.145). Письмом от 05.07.2018 Управление Росреестра по Ярославской области сообщило, что совершение сделки без согласия органа юридического лица не является причиной приостановления государственной регистрации, в обязанности государственного регистратора не входит уведомление заявителей о наличии дополнительных сведений, внесенных в Единый государственный реестр недвижимости (т.2 л.д.168). По договору участия в долевом строительстве от 22.12.2017 № 01-ДН Общество обязуется своими силами или с привлечением других лиц построить многоквартирный жилой дом с подземной автостоянкой, нежилыми помещениями и инженерными коммуникациями, и после получения разрешения на ввод его в эксплуатацию передать ООО «Элит Строй»
не была связана с предстоящим разводом. Ответчик ФИО3 участия в судебном заседание не принимал, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Решением Новоуренгойского городского суда от 29 мая 2014 года ФИО1 отказано в удовлетворении требований иска. С решением не согласен представитель истицы Манохин И.Н. В апелляционной жалобе просит об отмене решения суда и принятии нового решения об удовлетворении иска. В обоснование доводов жалобы оспаривает выводы суда о недоказанности истцом обстоятельств подтверждающих совершение сделки без согласия супруга, полагая его противоречивым и не соответствующим материалам дела. В возражениях относительно апелляционной жалобы ответчики ФИО2 и ФИО3, просят решение суда первой инстанции оставить без изменения, считая его законным и обоснованным. Стороны, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, в судебное заседание не явились, в связи, с чем судебная коллегия по гражданским делам суда ЯНАО находит возможным рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц на основании статьи
п.4 ст.10 Федерального закона «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей». Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом. Ранее представителем ответчика ФИО3 в судебном заседании было заявлено о пропуске истцом срока исковой давности, в связи с этим судом было дополнительно распределено бремя доказывания юридически значимых обстоятельств. Представитель ответчика возражал против удовлетворения иска, пояснил, что надлежащим правовым основанием является ст.173.1 ГК РФ, то есть совершение сделки без согласия органа опеки и попечительства, и сделка в этом случае является оспоримой, срок исковой давности по которой истек. Поскольку иные лица собственниками квартиры не были, существовало лишь обязательство, то согласия органа опеки и попечительства не требовалось. Иск ФИО1 заявлен в своих интересах, так как ею не указаны несовершеннолетние дети как истцы. Спорными являются не все доли, а только те, которые принадлежали бы детям. В случае удовлетворения иска будут восстановлены договор займа и залога. Из
договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника. Уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна. Исходя из предмета и оснований заявленных требований о недействительности договора цессии по основаниям ее несоответствия ст. 173.1 ГК РФ ( совершение сделки без согласия третьего лица, необходимость получения которого предусмотрена законом), оспариваемый договор уступки не может быть признан недействительным по данному основанию, поскольку необходимость получения согласия застройщика на уступку прав требования неустойки за нарушение сроков передачи объекта долевого строительства, законом не была предусмотрена ни на момент заключения договора долевого участия, ни на момент заключения договора цессии. Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 17 Постановления от <дата изъята> N 54 «О некоторых вопросах применения положений главы
из выписки из ЕГРН истице стало известно, что собственником квартиры с 19 августа 2016 года является ФИО2 Удовлетворяя требования истицы, суд первой инстанции исходил из того, что при совершении оспариваемой сделки нотариально удостоверенное согласие истца получено не было, а значит, сделка совершена с нарушением требований пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации. Суд также указал, что ответчица не является добросовестным приобретателем, поскольку не могла не знать об отсутствии у ФИО5 права на совершение сделки без согласия супруги. При этом судом отклонены доводы истицы о мнимости сделки со ссылкой на подтверждение фактического исполнения сделки обеими сторонами. Отменяя решение суда первой инстанции, и отказывая истице в удовлетворении ее требований, суд апелляционной инстанции руководствовался пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, исходил из того, что нотариально удостоверенное согласие ФИО1 на совершение оспариваемой сделки не требовалось, так как на момент совершения сделки она не
