судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Как следует из судебных актов, доначисление налога связано с выводом налогового органа о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в результате применения пониженной ставки налога на доходы иностранных организаций в виде дивидендов в размере 5% по Соглашению между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Кипр «Об избежании двойного налогообложения в отношении налогов на доходы и капитал» от 05.12.1998 (далее – Соглашение). Инспекция сочла, что совокупность сделок , заключенных между обществом, ООО «Русэнерготрейд» и ООО «Новое энергетическое партнерство», а также зарегистрированными в Республике Кипр компаниями Patbury Ventures Limited, Platinus Investments Limited, Integron Investments Limited, Prasino Enterprises Limited, Pleytell Holdings Limited, Robaina Enterprises Limited, Mattawa Enterprises Limited, представляет собой часть единой схемы, с целью искусственного создания условий для применения вышеназванной льготы. Отказывая в удовлетворении требований, суды руководствовались положениями Налогового кодекса Российской Федерации, Соглашением, учитывали основные принципы международных соглашений об избежании двойного налогообложения,
инстанции удовлетворил заявленные требования, признав ничтожными переход прав собственности на здания и права аренды земельного участка от должника к Доверительному управляющему, обязав вернуть имущество в конкурсную массу. Впоследствии выводы суда апелляционной инстанции были поддержаны судом округа. Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами, общество «Селигер Парк», Абсолют банк и Доверительный управляющий приводят следующие доводы. Они настаивают на том, что все совершенные в спорный период времени сделки являлись взаимосвязанными, поэтому их необходимо оценивать в совокупности. Данная совокупность сделок , по утверждению заявителей, опосредовала собою обращение взыскания на заложенное имущество. Единственным пайщиком ЗПИФ Якорь является Абсолют Банк, который в качестве пая внес денежные средства, за счет которых Доверительным управляющим ЗПИФ Якорь и была приобретена доля в обществе «Раздолье». Следовательно, в результате передачи недвижимости в ЗПИФ Якорь было фактически обращено взыскание на заложенное имущество самим Абсолют Банком. В то же время уступка прав по кредитам в пользу общества «Информационные системы» с передачей под контроль
сделок между взаимозависимыми лицами, направленных на избежание налогообложения. Не согласившись с выводами налогового органа, налогоплательщик оспорил решение инспекции как в административном, так и судебном порядке. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались положениями Налогового кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды», при оценке обстоятельств дела и доказательств в их совокупности и взаимосвязи. Проанализировав совокупность сделок по продаже товарного знака «Aqualor Аквалор» между обществом и ФИО1 Инк, по продаже товарного знака «Aqualor Аквалор» и вновь созданного актива - права на регистрацию товарного знака «Aqualor» и «Аквалор» между ФИО1 Инк и Баттервуд Холдингс Лимитед, а также по продаже товарного знака «Aqualor Аквалор» и прав на регистрацию товарного знака «Aqualor» и «Аквалор» между Баттервуд Холдингс Лимитед и АО «Нижфарм», суды пришли к выводу, что фактически имела место реализация актива заявителем в адрес
иные договорные взаимоотношения. По мнению заявителя, ООО «СИН» в соответствии с действующим законодательством не имело права возвращать денежные средства ФИО1, и (или) иным образом исполнять свои обязательства перед ФИО1, так как указанные денежные средства в его адрес были переведены непосредственно ООО «Парус». Заявитель полагает, что факт необоснованного обогащения ООО «СИН» подтверждается тем, что 27.12.2012 спорные денежные средства, переведенные ООО «Парус, были использованы в многостороннем зачете с участием ООО «Лагуна» и ЖСК «Якорь», а вся совокупность сделок совершенных 27.12.2012 как то: переуступка прав, разрыв договорных отношений в рамках договора №2з-ТОФ/04-08-В от 03.04.2008 заключение нового обязательства между теми же лицами и последующий многосторонний зачет обязательств, свидетельствует, по мнению заявителя, о наличии умысла в действиях как ФИО1, так и руководства ответчика, с целью создания видимости законности своих действий и введение в заблуждение третьих лиц, участвующих в многосторонней сделке. Заявитель также ссылается на постановление апелляционного суда от 23.06.2014 по делу №А56-14021/2011/сд.3, которым, как полагает
судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. При проверке обоснованности требования кредитора арбитражный суд оценивает доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, регулирующими не исполненные должником обязательства, по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации. Изложенное нормативное обоснование позволяют признать ошибочной правовую позицию кредитора, изложенную в письменных пояснениях от 18.11.2021 об отсутствии у кредитора обязанности представлять доказательства, отражающие совокупность сделок , опосредующих движение поставленного товара; с учетом повышенного стандарта доказывания, применяемого в делах о банкротстве, на кредитора возлагается обязанность подтвердить материально-правовые основания заявленных требований, поскольку целью проверки обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников); при этом в силу части 2 статьи 65 АПК РФ определение обстоятельств, имеющих значение для дела, относится
ВС РФ от 21.12.2017 № 53 приведены разъяснения о том, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства. В силу правовой позиции, приведенной в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия
по делу № А60-3392/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2017 по тому же делу отменены. Обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Свердловской области. Определением от 26.10.2017 судом предложено ПАО «Уралтрансбанк» и конкурсному управляющему представить уточнения в части предмета требования. ПАО «Уралтрансбанк» представлено уточнение заявленных требований: 1. Заявитель просит в соответствии со ст. 61.2. п. 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», ст. 168, 170 и ст. 10 ГК РФ признать недействительными совокупность сделок , охваченных общими целями причинения вреда интересам кредиторов: - договора займа № 28 от 21.09.2010 года между ООО «Кристалл - 2010» и Должником (на сумму 4 291 661 рубль); - договора займа № 16/11/03 от 29.12.2011 года между ООО «Кристалл2010» и Должником (на сумму 7 720 404.19 рублей); - договора займа № от 18/12/03 от 27.12.2012 между Должником и ООО «Кристалл - 2010» (сумма 14 949 856,35 рублей); - договора займа от 02.02.2012 года
степени исследовано то обстоятельство, что сделка, на основании которой ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» претендует на включение в реестр требований кредиторов, является частью совокупности сделок, в ходе которых обязательство поручителя и залогодателя трансформировалось в собственное обязательство; суд первой инстанции необоснованно применил правовую позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 01.11.2005 №2521/05, не учитывая при этом требования о повышенном стандарте доказывания при банкротстве; бремя доказывания действительности сделки (отсутствия притворности) лежало на заявителе; совокупность сделок : соглашения об отступном от 27.11.2013, предварительного договора купли-продажи недвижимого имущества от 27.11.2013, договора купли-продажи недвижимого имущества от 06.03.2015, прикрывает сделку по безвозмездному переводу долга перед ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк» с общества с ограниченной ответственностью «Камчатсбытфармация» (далее – ООО «Камчатсбытфармация») на ЗАО «ТПК «Форт-Россо»; в период когда титульным собственником объекта «Здание сварочного цеха инв.№3784» являлось ПАО СКБ Приморья «Примсоцбанк», этот объект передавался в аренду должнику, что свидетельствует о формальной передаче в собственность объекта на
произведенным расходам (квитанции к приходным ордерам, банковские выписки о перечислении денежных средств со счета покупателя на счет продавца, товарные и кассовые чеки, акты о закупке материалов у физических лиц с указанием в них адресных и паспортных данных продавца и другие документы). В соответствии с п. 1 ст. 105.3 и пунктом 1 ст. 105.14 НК РФ по общему правилу контролируемыми признаются сделки между взаимозависимыми лицами. К сделкам между взаимозависимыми лицами в целях настоящего Кодекса приравнивается совокупность сделок по реализации (перепродаже) товаров (выполнению работ, оказанию услуг), совершаемых с участием (при посредничестве) лиц, не являющихся взаимозависимыми (с учетом особенностей, предусмотренных настоящим подпунктом). Указанная в настоящем подпункте совокупность сделок приравнивается к сделке между взаимозависимыми лицами, не принимая во внимание наличие третьих лиц, с участием (при посредничестве) которых совершается такая совокупность сделок, при условии, что такие третьи лица, не признаваемые взаимозависимыми и принимающие участие в указанной совокупности сделок: не выполняют в этой совокупности сделок никаких
статьей 220 приведенного Кодекса, не предоставляется. В силу подпункта 11 пункта 2 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации взаимозависимыми лицами признаются физическое лицо, его супруг (супруга), родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры, опекун (попечитель) и подопечный. В соответствии с пунктом 1 статьи 105.14 Налогового кодекса Российской Федерации контролируемыми сделками признаются сделки между взаимозависимыми лицами. К сделкам между взаимозависимыми лицами в целях настоящего Кодекса приравнивается совокупность сделок по реализации (перепродаже) товаров (выполнению работ, оказанию услуг), совершаемых с участием (при посредничестве) лиц, не являющихся взаимозависимыми (с учетом особенностей, предусмотренных настоящим подпунктом). Указанная в настоящем подпункте совокупность сделок приравнивается к сделке между взаимозависимыми лицами, не принимая во внимание наличие третьих лиц, с участием (при посредничестве) которых совершается такая совокупность сделок, при условии, что такие третьи лица, не признаваемые взаимозависимыми и принимающие участие в указанной совокупности сделок: не выполняют в этой совокупности сделок никаких
