их по акту заказчику для выполнения отделочных работ, но до начала работ по пуско-наладке оборудования (пункт 4.5 контракта). По условиям пункта 5.1 контракта Общество поставляет оборудование с завода-изготовителя на объект по адресу: г. Краснодар, ул. Ярославская, д. 128. Срок поставки составляет 12 недель с более поздней даты наступления одного из следующих событий: поступления предоплаты в соответствии с пунктом 4.2 контракта на счет Общества; подписания ответчиком строительных чертежей здания для заказа оборудования в соответствии с пунктом 1.1.1 настоящего контракта. Поставка осуществляется только после поступления платежа по пункту 4.3 контракта на счет Общества. Ответчик изготовил оборудование, которое находится на временном хранении. В дополнительном соглашении от 10.11.2017 № 2 (далее – дополнительное соглашение) к контракту стороны подтвердили, что изготовленное оборудование по причине задержки заказчиком оплаты не отгружалось и находится на платном хранении у Общества с 11.05.2017 по дату получения денежных средств от Компании. Плата по договору хранения составляет 280 000 рублей. Решением Арбитражного
года (приложение № 7) составляет 2 925 000 руб. без НДС и является предельной суммой, которую может оплатить заказчик за фактически оказанные услуги (пункт 2.1 контрактов). В силу пункта 2.2 цена контрактов включает общую стоимость всех услуг, оплачиваемую заказчиком исполнителю за выполнение исполнителем своих обязательств по оказанию услуг по контрактам. Пунктом 2.3 контрактов установлено, что цена контракта является твердой и не подлежит изменению в течение срока оказания услуг. Иск мотивирован наличием у заказчика задолженности за оказанные исполнителем услуги по хранению имущества сверх установленной контрактами цены. Исследовав и оценив доказательства по делу в соответствии со статьей 71 АПК РФ, суды установили, что сумма требований составляет стоимость хранения имущества, принятого на хранение за период с августа по декабрь 2014 года, то есть уже после исчерпания предельной цены контрактов, при этом предприниматель не отрицал, что знал об исчерпании твердой (предельной) суммы контрактов по состоянию на 17.07.2014; заявленная предпринимателем сумма значительно превышает 10
об окончании подготовки помещения учреждением, подписан 29.10.2019. Согласно подписанному сторонами акту приема-передачи от 25.12.2019 оборудование по контракту поставлено. Поставщиком осуществлена сборка, установка и ввод в эксплуатацию, а заказчиком принято оборудование 25.12.2019. Обращаясь в арбитражный суд с настоящими требованиями, общество указало на нарушение учреждением условий контракта по надлежащей подготовке помещения для установки оборудования и невозможности его принятия в установленный контрактом срок, вследствие чего поставщик вынужден был осуществлять хранение оборудования в специализированных условиях за счет собственных средств. Суды, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе условия заключенного между сторонами контракта , договоры хранения медицинского оборудования от 20.03.2019 №№ 20-01/03-19, 20-02/03-19, заключенные с обществом с ограниченной ответственностью «МедЛайн», акты приема-передачи оборудования от 20.03.2019, акты возврата медоборудования с хранения от 15.08.2019, от 18.11.2019, платежные поручения, руководствуясь положениями статей 8, 12, 15, 307, 309, 310, 393, 401, 405, 506, 525, 526, 533, 763 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 05.04.2013 №
первой и апелляционной инстанций исходили из того, что в период действия контракта управление передало обществу на хранение имущество, в свою очередь хранитель принял на себя обязательство по обеспечению его сохранности и не мог в одностороннем порядке прекратить оказание услуг хранения; доказательства принятия мер по изъятию имущества с хранения или передаче его на хранение другим лицам отсутствуют; цена контракта была освоена в полном объеме до истечения установленного контрактом срока оказания услуг; расчет размера вознаграждения за хранение имущества произведен истцом, исходя из установленного контрактом ежесуточного размера цены услуги, срока хранения имущества, и уточнен с учетом доводов управления. Отменяя судебные акты судов нижестоящих инстанций, суд округа руководствовался статьями 309, 886, 896 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пункте 23 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, и, принимая во
у иных лиц, располагающих документами, касающимися деятельности проверяемого заявителя, эти документы. Получением сведений из информационной системы не может быть заменено получение Таможенных деклараций, подобные сведения не обладают доказательственной силой, поскольку не подтверждены установленными документами, на основании которых должны составляться. Таким образом, налоговый орган обязан был получить официальные ответы из Федеральной таможенной службы с приложением таможенных деклараций, иных документов, по которым можно было бы однозначно установить тот или иной факт. Налоговый орган указывает, что срок хранения контрактов , инвойсов, копий ГТД в Федеральной таможенной службе истек, в связи с чем они уничтожены, то есть признает, что надлежащих документов, подтверждающих перевоз указанными спорными контрагентами аналогичной номенклатуры товара, не существует. Данный довод опровергается также тем, что товар, приобретенный у ООО «Эскада», у ООО «Архимед 21» и у иных контрагентов, был затем перепродан заказчикам заявителя в количестве, указанном по всем поставщикам, согласно таблице реализации товара и подтверждающим первичным документам. Это означает, что товар
договорных отношений в заявленный период. Указание в жалобе на то, что в рассматриваемый период общество не сообщало управлению о хранении переданного на хранение имущества за пределами срока действия контракта не может служить поводом для отказа в иске, поскольку ответчик является стороной контракта и должен знать о его условиях, в том числе и окончании срока, а также обстоятельствах нахождения имущества на хранении; при этом обязанность хранителя по уведомлению поклажедателя относительно хранения имущества за пределами срокахраненияконтрактом не предусмотрена. Ссылка на неправомерность применения при расчете иска цены, определенной контрактом, не может быть принята во внимание судом кассационной инстанции, поскольку при рассмотрении дела в суде первой инстанции ответчиком не представлено расчета иска по иной цене, нежели чем указанной в контракте. Поскольку судами правильно установлены обстоятельства спора и применены нормы материального права, подлежащие применению к правоотношениям сторон, нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 288 АПК РФ, не
отклонен, поскольку представленные в материалы дела акты об оказании услуг от 05.11.20196 № 140, от 11.12.2019 № 146 и от 15.01.2020 № 1, подписаны ответчиком без возражений относительно стоимости и объемов оказанных услуг. Установлено, письмами от 20.03.2020 № 44 и от 01.04.2020 № 49 общество проинформировало управление о досрочном освоении цены контракта в связи с превышением объема хранения. Кроме того, следует отметить, что обязанность хранителя по уведомлению поклажедателя относительно хранения имущества за пределами срока хранения контрактом не предусмотрена. Поскольку судами правильно установлены обстоятельства спора и применены нормы материального права, подлежащие применению к правоотношениям сторон, нарушений норм процессуального права, в том числе предусмотренных частью 4 статьи 288 АПК РФ, не допущено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют. Руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа ПОСТАНОВИЛ: решение от 17.08.2020, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2020 по делу № А73-5234/2020 Арбитражного
контракта № 83 от 30.06.2020, необоснованный отказ от приемки и оплаты выполненных работ. Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласилась, привела возражения, изложенные в отзыве на иск, ссылалась на то, что порядок направления решения об одностороннем отказе от исполнения контракта Заказчиком соблюден, решение об одностороннем отказе от исполнения контракта от 03.11.2020 было направлено подрядчику по электронной почте 03.11.2020, а также заказным письмом 05.11.2020, однако последним не получено, письмо возвращено Почтой России за истечением срока хранения; контракт считается расторгнутым с 22.12.2020; оснований для приемки и оплаты работ не имелось, поскольку работы выполнены с существенными недостатками и подлежат выполнению заново, что подтверждено заключением специалиста от 15.02.2021 № 16.2-ст/21. Кроме того, представитель ответчика ссылалась на несоблюдение истцом претензионного порядка по требованию о взыскании 1 431 672 руб. 20 коп. задолженности по оплате выполненных работ. В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 01.02.2021 был объявлен перерыв до 14 часов 30
поселения «Рабочий поселок Заветы Ильича» порядка расторжения муниципального контракта № 82 от 30.06.2020. Представитель ответчика с исковыми требованиями не согласилась, привела возражения, изложенные в отзыве на иск, ссылалась на то, что порядок направления решения об одностороннем отказе от исполнения контракта Заказчиком соблюден, решение об одностороннем отказе от исполнения контракта от 03.11.2020 было направлено подрядчику по электронной почте 03.11.2020, а также заказным письмом 05.11.2020, однако последним не получено, письмо возвращено Почтой России за истечением срока хранения; контракт считается расторгнутым с 22.12.2020; оснований для приемки и оплаты работ не имелось, поскольку работы выполнены с существенными недостатками и подлежат выполнению заново, что подтверждено заключением специалиста от 15.02.2021 № 16.1-ст/21. В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании 22.03.2021 был объявлен перерыв до 16 часов 30 минут 29.03.2021, информация о котором размещена в открытом доступе на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». После перерыва от истца поступили в материалы
истец в порядке ст.39 ГПК РФ исковые требования с учетом заключения судебной экспертизы изменил и просил взыскать с ответчика ущерб за утраченный товар в размере 2 096 831 руб. Представитель ТУ Росимущества в РСО – Алания ...Н. исковые требования не признала и пояснила, что Северо-Осетинской таможней передан ТУ Росимущества в РСО – Алания товар, задержанный на основании протокола задержания товаров от 10.09.2018. В дальнейшем данный товар был передан на хранение ...». После истечения срокахраненияконтракта изъятый товар ООО «Гигант» был возвращен ТУ «Росимущества» в РСО – Алания, но была выявлена недостача некоторых товаров, в том числе изъятых сигарет, принадлежащих ФИО2 Считает, что ТУ Росимущества в РСО – Алания ненадлежащий ответчик, так как изъятие производилось Северо-Осетинской таможней, а хранение - ООО «Гигант». Представитель третьего лица ....Г. разрешение иска оставила на усмотрение суда и пояснила, что между ТУ «Росимущества» и ООО «Гигант» были заключены контракты на хранение изъятого имущества. В
трудовых отношений, окончание срока договоров – <...>. Приказом командира войсковой части 92746 № от <...> (по строевой части) истцы уволены <...> по п. 2 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с окончанием срока действия трудовых договоров. В 2016 году между ФБУ «Федеральное управление по безопасному хранению и уничтожению химического оружия при Министерстве промышленности торговли Российской Федерации (войсковая часть 70855)» (работодатель), в лице руководителя филиала 1207 объекте хранению и уничтожению химического оружия (войсковая часть 92746) и истцами заключены трудовые договоры на период выполнения работ в должностях по утвержденному штатному расписанию с <...> по <...>, финансируемому за счет средств федеральной целевой программы «Уничтожение запасов химического оружия Российской Федерации», в рамках государственного контракта на выполнение работ для государственных нужд «Эксплуатация объекта уничтожению химического оружия «Щучье» г. Щучье Курганской области (ликвидация запасов химического оружия, переработка промышленных отходов и корпусов боеприпасов)». При этом судебная коллегия полагает, что неточность в части наименования
