такого срока является 15 мая 2018 г. - следующий день после даты принятия решения Апелляционной комиссии, поэтому процессуальный срокобращения в суд, установленный частью 1 статьи 219 КАС РФ, для административного истца истек 15 августа 2018 г. Между тем, отказывая административному истцу в удовлетворении требований по основанию пропуска процессуального срока обращения с административным иском, суды не учли следующее. Характер спорных правоотношений и процессуальный закон, подлежащий применению, определяется на стадии принятия заявления к производству суда, поскольку от этого зависят правила судопроизводства, в том числе распределение между сторонами судебного процесса бремени доказывания. Правильное определение вида судопроизводства, в котором подлежат защите права и свободы гражданина, несогласного с решением, действием (бездействием) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего, зависит от характера правоотношений, из которых вытекает требование лица, обратившегося за судебной защитой , а не от избранной им формы обращения в суд. Вид судопроизводства определяет суд. Гражданский процессуальный кодекс Российской
Российской Федерации от 15.11.2001 N 15/18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности". Как следует из материалов дела, договором аренды № М-05-052400 от 23.05.2018 г. установлена обязанность арендатора оплатить арендную плату с 21 апреля 2015 г. Таким образом, срок исковой давности должен исчисляться с 23 мая 2018 года, в то время как исковое заявление подано в Арбитражный суд г. Москвы 01 ноября 2019 года, таким образом, срок обращения за защитой нарушенных прав истцом не пропущен. На основании изложенного, исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств, суд апелляционной инстанции считает, что судом первой инстанции дана надлежащая оценка обстоятельствам дела, и у судебной коллегии не имеется оснований для их переоценки, в связи с чем, решение Арбитражного суда г. Москвы отмене не подлежит. Поскольку заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы, изложенные в апелляционной жалобе,
иск, направленный на оспаривание зарегистрированного права, исковая давность не распространяется. Из содержания ст. 195, 199, 200 ГК РФ следует, что защита прав ограничена во времени лишь для нарушенных прав. Но в силу п. 1 ст. 11 ГК РФ судебной защите подлежат нарушенные и оспариваемые права. Деление основания судебной защиты на нарушение и оспаривание характерно также и для процессуальных кодексов (п. 1 ст. 3 ГПК РФ, п. 1 ст. 4 АПК РФ). Законодатель ограничивает срок обращения за защитой нарушенного права, но не устанавливает таких ограничений относительно случаев оспаривания права. Для реализации требования о признании вещного права никаких изменений в имущественной сфере ответчика не требуется, поскольку такое охранительное право направлено на установление наличия вещных прав, которые уже существуют. Иск о признании права собственности направлен только на констатацию уже существующего правоотношения. И речь идет только о признании права. Само вещное право по своей природе преимущественно бессрочно и не может прекратиться из-за отсутствия реакции
требования уточнены в части размера единовременного пособия, в связи с чем, ФИО1 просит взыскать с ООО УК «Нерюнгриуголь» единовременное пособие за стаж работы в угольной промышленности в размере <данные изъяты> руб. Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, просил их удовлетворить. Представитель истца А.А. в судебном заседании поддержала требования истца, просит их удовлетворить. Суду пояснила, что отношения по выплате единовременного пособия за стаж работы в угольной промышленности не являются трудовыми, а, следовательно, срок обращения за защитой нарушенного права, установленный ст. 392 ТК РФ, в данном случае не применяется. Также считает, что в данном случае срок обращения за защитой нарушенного права следует исчислять не с даты увольнения ФИО1 из ОАО «УК Нерюнгриуголь», а с даты, когда он получил от ответчика письменный ответ об отказе в выплате единовременного пособия. Представитель ответчика С.С в судебном заседании исковые требования не признал, считает что истец обратился в суд с пропуском установленного ТК РФ срока,
отсутствуют сведения о заключении с адвокатом соглашения на оказание ФИО1 юридической помощи, а также данные о том, какими платежными документами подтверждается факт передачи денежных средств адвокату. Кроме того, заявителем не указаны адрес и контактный телефон ФИО2, которую он просит вызвать в судебное заседание, а также не представлено данных, что именно ФИО1 понесены материальные расходы по оплате услуг адвоката, а не ФИО2, не указано, в связи с чем пропущен заявителем установленный законом 3-х летний срок обращения за защитой своего права. При этом судом первой инстанции на стадии разрешения вопроса о принятии ходатайства к производству суда было установлено, что в ходе судебного разбирательства по уголовному делу защиту интересов ФИО1 осуществляла адвокат Мальцева И.А. на основании ордера № 153 от 03 февраля 1994 года. Определением суда по заявлению адвоката Мальцевой И.А. ей были выплачены расходы по оплате труда за осуществление защиты в суде ФИО1 по назначению суда. С учетом изложенного суд первой инстанции
было вынесено вышеуказанное предписание о нарушении ООО СК «Портал» требований трудового законодательства, с указанием, что организация в нарушение ст. 140 ТК РФ работнику ФИО2 при прекращении трудового договора не произведена выплата всех причитающихся сумм в день увольнения, а также в нарушение ст. 74 ТК РФ работнику ФИО3 без письменного уведомления изменен должностной оклад с 15 000руб. до 7 000 руб. С данным предписанием заявитель не согласен, полагает, у ФИО2 и ФИО3 истек трехмесячный срок обращения за защитой своих нарушенных прав, а потому по истечении данного срока государственный инспектор труда не вправе был выдавать указанное предписание. В судебном заседании представитель заявителя ФИО4 поддержал заявление по изложенным в нем основаниям и дополнительно пояснили, что ФИО2 работал в ООО СК «Портал» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 работала у заявителя с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Таким образом, полагают, что в силу ст. 392 ТК РФ для указанных лиц срок обращения за защитой своих трудовых прав
со дня выдачи трудовой книжки. В случае возбуждения в суде дела об оспаривании предписания об отмене приказа об увольнении работника за пределами указанного срока работодатель вправе заявить о применении последствий пропуска работником срока, установленного ч. 1 ст. 392 ТК РФ. Данный вопрос решается судом в каждом конкретном случае исходя из уважительности причин пропуска работником этого срока. Между тем, работник ФИО12 привлечен к дисциплинарной ответственности: в виде замечания 28.07.2017г. на основании приказа № ( срок обращения за защитой трудовых прав истек 29.10.2017г.); в виде выговора 14.08.2017г. на основании приказа №(срок обращения за защитой трудовых прав истек 15.11.2017г.); в виде выговора 23.10.2017г. на основании приказа №(срок обращения за защитой трудовых прав истек 24.01.2018г.); в виде увольнения по п.5. ч.1 ст.81 ТК РФ 21.03.2018 года на основании Приказа №(срок обращения за защитой трудовых прав истек 22.04.2018г.). Так как трудовая книжка выдана ФИО13 21 марта 2018г., а он обратился в Прокуратуру Тамбовской области только
