Федерации от 14 октября 2008 года № 8115/08 суд округа счел ошибочной. Суд округа исходил из оценки судами первой и апелляционной инстанций заключения эксперта как имеющего доказательственное значение в части выводов относительно стоимости чистых активов общества. При этом, поскольку в заключении отражены предусмотренные частью 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сведения и обоснована необходимость учета указанных коэффициентов для адекватной оценки рыночной стоимости пакетов акций, входящих в состав активов общества, суд округа исчислил стоимость активов с применением понижающих коэффициентов и без применения этих коэффициентов – действительную стоимость доли истца. В связи с тем, что выплаченная обществом сумма (14 522 845 рублей) превышала действительную стоимость доли (6 381 750 рублей), суд отказал ФИО1 в удовлетворении иска. Определением Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 13 апреля 2016 года постановление от 30 июля 2015 года отменено; решение от 26 декабря 2014 года и постановление от 15 апреля 2015
для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды руководствовались статьями 20.6, 110 (пункты 16, 17) Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статьями 309, 311, 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и исходили из того, что суд вправе снизить сумму процентов по вознаграждению исходя из действительной стоимости имеющихся у должника активов по ходатайству участвующего в деле лица, при условии представления доказательств того, что действительная стоимость активов значительно меньше стоимости, рассчитанной на основании бухгалтерской отчетности. Поскольку на момент вынесения определения суда об определении суммы процентов ФИО1 не имелось серьезных сомнений в достоверности данных бухгалтерской отчетности, но впоследствии после реализации активов должника выяснилось, что вырученная сумма значительно меньше, чем ранее определенная на основании бухгалтерской отчетности стоимость активов, то суды пришли к выводу о пересмотре этого определения по вновь открывшимся обстоятельствам. Началом течения трехмесячного срока на обращение конкурсного управляющего в суд с заявлением
направил в арбитражный суд заявление об определении процентов по вознаграждению временного управляющего, настаивая на сумме 301 205 руб. и исчисленной по правилам пункта 10 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве) в редакции, действовавшей на дату его утверждения временным управляющим. При этом ФИО1 исходил из того, что на последнюю отчетную дату, предшествовавшую дата введения наблюдения в отношении должника (т.е. на 31.12.2014) по данным бухгалтерской отчетности стоимость активов общества "Канаш" составляла 83 835 000 руб., следовательно сумма процентов должна составлять восемьдесят тысяч рублей и три десятых процента размера суммы превышения балансовой стоимости активов должника над десятью миллионами рублей. 10.12.2015 решением арбитражного суда должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 08.02.2016 определением арбитражного суда производство по заявлению ФИО1 об утверждении вознаграждения приостановлено до реализации активов должника в ходе конкурсного производства. Определением от 26.04.2017 арбитражный суд ввел в отношении должника внешнее
действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО1; вступившими в законную силу судебными актами установлены недостоверность отчетов и ненадлежащее исполнение ФИО1 обязанностей конкурсного управляющего должника. Конкурсный управляющий полагает, что ФИО1 необоснованно перечислил в свою пользу в отсутствие судебного акта проценты по вознаграждению в размере 565 955 руб. 86 коп. при наличии текущей задолженности по налоговым платежам и по заработной плате перед работниками Предприятия. Кроме того, как указывает конкурсный управляющий, рассчитанная ФИО1 сумма процентов не подтверждена документально; балансовую стоимость активов должника установить невозможно; обнаружена недостача конкурсной массы. Податель жалобы полагает, что суд апелляционной инстанции необоснованно не дал оценку доводам, отраженным в ходатайстве конкурного управляющего ФИО3 о приостановлении производства по рассмотрению настоящего заявления ФИО1, в удовлетворении которого было отказано судом первой инстанции. ФНС в своей жалобе также просит отменить постановление от 11.10.2017 и отказать арбитражному управляющему ФИО1 в удовлетворении заявления. Податель жалобы считает, что в настоящее время невозможно определить действительную стоимость имущества должника, в связи
СПб» процентов по вознаграждению временного управляющего в размере 904 975 руб. 77 коп. Определением арбитражного суда от 02.03.2015 заявление удовлетворено. В апелляционной жалобе ФНС просит отменить определение суда первой инстанции и отказать управляющему ФИО2 в установлении и выплате вознаграждения в виде процентов за процедуру наблюдения. По мнению подателя жалобы, действительную стоимость имущества должника как в процедуре наблюдения, так и в настоящее время установить не представляется возможным, притом, что имеются сведения о том, что действительная стоимость активов должника значительно ниже стоимости, ранее содержащейся в бухгалтерском учете должника. Податель жалобы ссылался на то, что в период процедуры наблюдения управляющей ФИО2 не была должным образом проведена инвентаризация имущества должника, не осуществлялась оценка его реальных активов, конкурсная масса должника в настоящее время не сформирована и объективных сведений о наличии значительных активов у должника, применительно к данным, содержащимся в бухгалтерском балансе, не имеется. Податель жалобы полагал, что действия управляющего по обращению в суд за установлением
000 руб. Определением от 25.07.2023 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание на 11.09.2023. Определением Арбитражного суда Свердловской области от 18.09.2023 (резолютивная часть оглашена 11.09.2023) установлены проценты по вознаграждению временному управляющему ФИО2 в размере 60 000 рублей. Не согласившись с вынесенным судебным актом, единственный учредитель ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить, в удовлетворении заявления и.о. конкурсного управляющего Дрожащих О.С. отказать. В обоснование апелляционной жалобы апеллянт указывает на то, что балансовая стоимость активов должника, отраженная в бухгалтерском балансе по состоянию на 31.12.2021 года в ходе процедуры наблюдения не проверялась и документально не подтверждена арбитражным управляющим. Полагает, что балансовая стоимость активов, указанная в балансе в сумме 19 043 000 рублей не отражает действительную стоимость активов. Отражение в бухгалтерском балансе отложенных налоговых активов используется с целью исчисления налога на прибыль и не представляет собой физический показатель активов должника. Возможность (реальность) взыскания дебиторской задолженности временным управляющим не устанавливалась. При этом,
арбитражному управляющему, а также для расчетов с кредиторами. Уполномоченный орган полагает, что в настоящее время преждевременно рассматривать вопрос о выплате временному управляющему процентов по вознаграждению. Конкурсный управляющий ООО «ДСК ИЛАН» ФИО2 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором с доводами апелляционной жалобы не согласился, пояснил, что расчет процентов произведен арбитражным управляющим в соответствии с пунктом 10 статьи 20.6 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Уполномоченный орган не представил доказательств того, что действительная стоимость активов значительно меньше стоимости, рассчитанной на основании бухгалтерской отчетности или что на данный момент невозможно точно определить действительную стоимость активов. В судебном заседании представитель уполномоченного органа поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение арбитражного суда от 13.02.2015 отменить и приостановить производство по рассмотрению заявления арбитражного управляющего до реализации активов должника в ходе процедуры банкротства ООО «ДСК ИЛАН». Представитель конкурсного управляющего ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просил оставить определение арбитражного суда без изменения,
организация) в лице учредителя О.Н.М. и ООО «ОН» (управляющая организация) в лице генерального директора ФИО1 заключен договор о передаче полномочий исполнительного органа управляющей организации, по которому ООО «...» приняло на себя полномочия исполнительного органа ООО «...». ДД.ММ.ГГГГ ООО «ОН» представило Марийскому УФАС России ответ на запрос с приложением документов. Изучив указанные документы, УФАС по Республике Марий Эл установило, что ООО «...» входит в группу лиц О.А.М. и О.Н.М. (далее – группа лиц «О»), суммарная стоимость активов группы лиц «О» на конец второго квартала 2011 года составила ... рублей, то есть превысила 7 миллиардов рублей. ООО «ОН» было обязано направить ходатайство о получении предварительного согласия в антимонопольный орган в соответствии с установленной формой. Однако такое ходатайство до заключения договора о передаче полномочий исполнительного органа управляющей организации от 10 августа 2011 года ООО «ОН» не представлялось. Согласно подп. 1 ст.26.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении выяснению подлежит наличие события административного
полагаю, что оснований для удовлетворения жалобы не имеется в связи со следующим. В соответствии с частью 3 статьи 19.8 КоАП РФ устанавливается административная ответственность для должностных лиц за непредставление в федеральный антимонопольный орган, его территориальный орган ходатайств, предусмотренных антимонопольным законодательством Российской Федерации, установлена частью 3 статьи 19.8 КоАП РФ. Согласно пункту 8 части 1, части 2 статьи 28 Федерального закона от 26 июля 2006 года № 135-ФЗ «О защите конкуренции» в случае, если суммарная стоимость активов по последним балансам лица, приобретающего акции (доли), права и (или) имущество, и его группы лиц, лица, являющегося объектом экономической концентрации, и его группы лиц превышает семь миллиардов рублей или если их суммарная выручка от реализации товаров за последний календарный год превышает десять миллиардов рублей и при этом суммарная стоимость активов по последнему балансу лица, являющегося объектом экономической концентрации, и его группы лиц превышает двести пятьдесят миллионов рублей либо если одно из указанных лиц включено
в оспариваемых нормах. Административный истец настаивает на том, что экономически обоснованная НВВ от услуг по передаче электрической энергии (без учета оплаты потерь) в 2016 году с учетом корректировок НВВ за 2012-2014 годы для филиала «Челябэнерго» должна составить 13 812 893,6 тыс. руб., что превышает установленную МТРиЭ величину НВВ на 1 454 379,6 тыс. руб. Считает, что при корректировке НВВ были нарушены нормы действующего законодательства в области электроэнергетики, а именно: из базы инвестированного капитала исключена стоимость активов , фактически введенных в эксплуатацию, выполненных по договорам технологического присоединения заявителей к сетям филиала «Челябэнерго» за период 2013-2015 годы, финансирование которых произведено за счет тарифов на услуги по передаче электрической энергии, что привело к занижению корректировки величины дохода и возврата на инвестированный капитал, за 2013-2016 годы на 830 266,9 тыс. руб., а также приведет в 2017 и последующие годы регулирования к определению НВВ филиала «Челябэнерго» в экономически необоснованном размере. При корректировке НВВ, осуществляемой в
