Субъективные права осужденных - гражданское законодательство и судебные прецеденты

из материалов дела будет достоверно известно, что у заявителя отсутствует субъективное право либо законный интерес, в защиту которого он обратился в суд. Из материалов дела следует, что ООО «Аметист» осуществляло управление спорным МКД с 01.06.2020 на основании решения ГУ ГЖИ от 22.05.2020 № 6146-в/1 (т. 1, л.д. 32), которое было принято в соответствии с решением общего собрания собственников жилых помещений спорного МКД, оформленного протоколом общего собрания от 04.04.2020 (т. 1, л.д. 29-31), которое и является в рассматриваемом случае правовым и фактическим основанием для управления многоквартирным домом. Вступившим в законную силу приговором Калининского районного суда города Челябинска от 16.12.2020 по делу № 1-948/2020 (т. 2, л.д. 91-93) ФИО3, работающий в ООО «Аметист» в должности рабочего комплексной уборки, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 327 Уголовного кодекса Российской Федерации; при этом в числе эпизодов преступления, за которое был осужден ФИО3, установленных указанным приговором суда, входит подделка протокола общего собрания

учреждения и прокурор возражали против перевода ФИО1 в колонию-поселение. Вопреки доводам жалобы, отсутствие действующих взысканий было принято во внимание судом первой инстанции. Указанные позитивные изменения в поведении осужденного в период, непосредственно предшествующий рассмотрению ходатайства, с учетом других материалов, характеризующих осужденного, обоснованно расценены как не достаточные для удовлетворения ходатайства осужденного. Учитывая указанные обстоятельства в совокупности, принимая во внимание, что изменение вида исправительного учреждения на учреждение с более мягким режимом содержания, не относится к числу субъективных прав осужденного , в колониях-поселениях предусмотрен полусвободный режим отбывания наказания, суд обоснованно не нашел оснований для перевода ФИО1 в колонию-поселение и обоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства. Нарушений закона, влекущих изменение или отмену обжалуемого постановления, судом первой инстанции не допущено. Постановление суда первой инстанции является законным, обоснованным и мотивированным. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, судебная коллегия ПОСТАНОВИЛА: Постановление <данные изъяты> от <дата> в отношении ФИО1 оставить без изменения,

возражал против перевода ФИО1 в исправительную колонию строгого режима. Вопреки доводам жалобы, отсутствие действующих взысканий было принято во внимание судом первой инстанции. Указанные позитивные изменения в поведении осужденного в период, непосредственно предшествующий рассмотрению ходатайства, с учетом других материалов, характеризующих осужденного, обоснованно расценены как не достаточные для удовлетворения ходатайства осужденного. Учитывая указанные обстоятельства в совокупности, принимая во внимание, что изменение вида исправительного учреждения на учреждение с более мягким режимом содержания, не относится к числу субъективных прав осужденного , суд обоснованно не нашел оснований для перевода ФИО1 в исправительную колонию строгого режима и обоснованно отказал в удовлетворении его ходатайства. Нарушений закона, влекущих изменение или отмену обжалуемого постановления, судом первой инстанции не допущено. Постановление суда первой инстанции является законным, обоснованным и мотивированным. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389-13, 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, судебная коллегия ПОСТАНОВИЛА: Постановление <данные изъяты> от <дата> в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1

о зачете времени содержания под стражей по приговору Ленинского районного суда г. Новосибирска от 30 января 2019 года. Суд первой инстанции, принимая решение о направлении ходатайства осужденной ФИО1 по подсудности в Эхирит – Булагатский районный суд Иркутской области, руководствовался п.11 ст.397 УПК РФ. Однако в нарушение принципа законности, судом неверно определен предмет рассмотрения, каковым суд счел зачет времени содержания под стражей в срок отбытия наказания (п. 11 ст. 397 УПК РФ), тогда как субъективное право осужденной ходатайствовать о пересмотре приговора Ленинского районного суда г. Новосибирска от 30 января 2019 года было обусловлено изменением уголовного закона, внесенным Федеральный законом от 03 июля 2018 года № 186-ФЗ (п. 13 ст. 397 УПК РФ). Допущенные судом первой инстанции нарушения являются существенными, неустранимыми судом апелляционной инстанции. При таких обстоятельствах постановление суда не может быть признано законным, обоснованным, мотивированным и подлежит отмене, материал - направлению на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в

Федерации, суды, прокуратуру, в органы и учреждения уголовно-исполнительной системы. При этом суд полагает, что указанным бездействием административного ответчика нарушены права, свободы и законные интересы ФИО1, а также созданы препятствия к реализации им своих прав направленных, прежде всего, на судебную защиту и доступ к правосудию. Поскольку обращение в государственные органы Российской Федерации, в надзорные органы, осуществляющие контроль за исполнением наказаний со стороны исправительных учреждений, вышестоящие органы уголовно-исполнительной системы, а также в судебные органы, являются субъективным правом осужденных , основанном на Конституции РФ, возможность беспрепятственной подачи жалоб, заявлений, ходатайств и иных обращений, адресованных в указанные органы, представляет собой неотъемлемый элемент права на защиту, в том числе судебную. Следовательно, отсутствие у осужденного, в силу его правового статуса и нахождения в местах изоляции, возможности самостоятельно реализовать свое право на обращение в вышеуказанные органы (учреждения, к должностным лицам), не должно являться препятствием к осуществлению им указанного права в силу пренебрежительного исполнения должностными лицами своих