Судебное право - гражданское законодательство и судебные прецеденты

административным делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу о необходимости ее удовлетворения по следующим основаниям. Предусмотренное статьей 31 Конституции Российской Федерации право граждан России собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирование является одним из основополагающих и неотъемлемых элементов правового статуса личности в России как демократическом правовом государстве, в числе основ конституционного строя которого признаются идеологическое и политическое многообразие и многопартийность и на котором лежит обязанность обеспечивать защиту, включая судебную, прав и свобод человека и гражданина (часть 1 статьи 1, статья 2, части 1 и 3 статьи 13, часть 1 статьи 45, части 1 и 2 статьи 46, статья 64 Конституции Российской Федерации). Данное право обеспечивает гражданам реальную возможность через проведение публичных мероприятий (митингов) оказывать влияние на деятельность органов публичной власти посредством поддержания цивилизованного мирного диалога между гражданским обществом и государством. Принимая во внимание провозглашенную в преамбуле Конституции Российской Федерации цель утверждения гражданского мира и

и разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре вступивших в законную силу судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам», суды отказали в удовлетворении заявления. Судебными инстанциями исходили из того, что предусмотренные в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации основания для пересмотра по новым или вновь открывшимся обстоятельствам вступивших в законную силу судебных актов направлены на установление дополнительных процессуальных гарантий защиты судебных прав и законных интересов субъектов общественных отношений в сфере предпринимательской и иной деятельности. Данный механизм может быть задействована лишь в исключительных случаях, в том числе в целях исправления очевидной судебной ошибки, произошедший из-за отсутствия сведений об обстоятельствах, имеющих существенное значение и для правильного решения по существу спора. В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 №20-П указано, что предусмотренная названной нормой субсидиарная ответственность контролирующих обществом лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите

заседание 11.10.2023 проведено судом первой инстанции при участии представителя Общества и судебного пристава. Неявка представителя ГУ ФССП России по г. Санкт-Петербургу в судебное заседание не препятствовала рассмотрению дела по существу, поскольку с учетом части 3 статьи 156 АПК РФ это лицо считается надлежаще извещенным о месте и времени проведения судебного заседания. Утверждение Общества о том, что рассмотрение дела без участия ГУ ФССП России по г. Санкт-Петербургу, который мог дать пояснения относительно правовой оценки действий судебного права , нарушает права заявителя, неосновательно. С учетом обстоятельств настоящего спора проведение судом первой инстанции судебного заседания и вынесение решения по его результатам в отсутствие ГУ ФССП России по г. Санкт-Петербургу не свидетельствует о нарушении требований процессуального законодательства. Аргументы подателя кассационной жалобы о том, что суд первой инстанции, приобщив в судебном заседании 11.10.2023 материалы исполнительного производства, представленные судебным приставом, не дал возможности Обществу ознакомиться с позицией судебного пристава и материалами, переданными суду, что свидетельствует о

возмещения должен быть уменьшен; - при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Истец не дал пояснений относительно причин и мотивов, по которым он после получения уведомления об уступке права требования добровольно исполнил постановление судебного права -исполнителя, перечислил денежные средства на депозитный счет органа, осуществляющего исполнение судебного акта. В то же время, и само предъявление иска к Российской Федерации о взыскании убытков в размере 15 449 999 руб. является необоснованным в связи со следующим. Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение),

или по ходатайству лица, участвующего в деле, объединяет эти дела в одно производство для их совместного рассмотрения. Анализ приведенных положений позволяет прийти к выводу о том, что вопрос объединения дел в одно производство решается по усмотрению суда и является правом, а не обязанностью арбитражного суда, который должен руководствоваться принципом целесообразности для выполнения задач арбитражного судопроизводства, перечисленных в статье 2 АПК РФ. Критерий «целесообразность» следует рассматривать как достижение главной цели судебной деятельности - осуществление защиты судебных прав путем применения норм права к спорным правоотношениям. Судья должен решить вопрос, имея в виду скорую и полную реализацию задач арбитражного судопроизводства. Вопрос об объединении нескольких дел в одно производство решается с учетом конкретных обстоятельств и должен способствовать быстрому и правильному разрешению спора в целях эффективного правосудия. Принимая во внимание изложенные положения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что часть 2 статьи 130 АПК РФ устанавливает условия, при наличии которых арбитражные дела могут быть объединены

лица, участвующего в деле, объединяет эти дела в одно производство для их совместного рассмотрения. Анализ приведенных положений позволяет прийти к выводу о том, что вопрос объединения дел в одно производство решается по усмотрению суда и является правом, а не обязанностью арбитражного суда, который должен руководствоваться принципом целесообразности для выполнения задач арбитражного судопроизводства, перечисленных в статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Критерий "целесообразность" следует рассматривать как достижение главной цели судебной деятельности - осуществление защиты судебных прав путем применения норм права к спорным правоотношениям. Судья должен решить вопрос, имея ввиду скорую и полную реализацию задач арбитражного судопроизводства. Вопрос об объединении нескольких дел в одно производство решается с учетом конкретных обстоятельств и должен способствовать быстрому и правильному разрешению спора в целях эффективного правосудия. Принимая во внимание изложенные положения, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что часть 2 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает условия, при наличии которых арбитражные дела могут

аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, настоящим Кодексом. Действующим законодательством не запрещается хранение имущества и проживание граждан в жилых помещениях, не находящихся в их собственности, в связи с чем наличие имущества и проживание ФИО2 в спорном помещении не является неопровержимым доказательством мнимости оспариваемой сделки. Ссылка на определение судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда, как сложившуюся судебную практику по рассмотрению подобного рода споров является необоснованной, поскольку российское судебное право не является прецедентным, и каждое гражданское дело рассматривается, исходя из конкретных обстоятельств спора. Как указывалось ранее, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Материалами дела не доказывается, что действия ответчиков, связанные с заключением и исполнением оспариваемого договора дарения, не были направлены на достижение определенного результата. Как установлено по делу, договор дарения был зарегистрирован в органах