Существенные условия договора эквайринга - гражданское законодательство и судебные прецеденты

выносит определение об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в кассационных жалобе, представлении доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке и (или) для решения вопроса о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела. Основания для пересмотра судебных актов в кассационном порядке по доводам жалобы отсутствуют. Как следует из судебных актов, во исполнение условий заключенного между сторонами договора от 12.05.2014 № 02?03?20?2530 на проведение расчетов по операциям, совершенным с использованием банковских карт (эквайринга ), обществом совершен ряд операций по возврату денежных средств в банк–эмитент; у предпринимателя образовалась дебиторская задолженность перед обществом. Поскольку претензия о возврате денежных средств по договору была оставлена без

291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения Судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Таких оснований в связи с доводами жалобы не усматривается. Рассматриваемый спор возник в связи с исполнением договора эквайринга от 16.09.2016, по условиям которого банк не несет ответственности по спорам и разногласиям между истцом и покупателями и по спорам в отношении товаров, услуг, оплаченных с использованием карт. Таким образом, исполнение туроператором договора с истцом (турагентом) не относится к предмету договора эквайринга и подлежит урегулированию без участия банка, на что правильно указал окружной суд. Ссылка в обоснование нарушения единообразия практики на судебные акты по отличной категории

существенные нарушения норм материального права и (или) норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Таких оснований для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке по доводам жалобы, изученным по материалам, приложенным к ней, не установлено. Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что банком надлежащим образом исполнены принятые на себя обязательства по договору обслуживания держателей банковских карт в предприятиях торговли и услуг (эквайринг) от 18.04.2013 № ОО-эк-2018/747т, тогда как ответчик ненадлежащим образом проводил операции с картами своих клиентов, в том числе допускал нарушения в оформлении документов по операциям и обязан возместить банку суммы опротестованных операций в соответствии с условиями договора

ИП ФИО1 по вопросам качества, количества, возврата товара в случае наличия брака, оплаты товара, акты сверок взаимной задолженности, а также любые иные доказательства, подтверждающие исполнение договора. Кроме того, с учетом отсутствия в материалах дела заявок ИП ФИО2 на товар с указанием его наименования, ассортимента и цены во исполнении договора поставки от 01.01.2013 б/н, а также сведений таможенных органов об отсутствии фактов ввоза товара на таможенную территорию Российской Федерации, сторонами не могли быть согласованы существенные условия договора поставки, следовательно, отсутствуют хозяйственные операции по поставке товара в заявленной номенклатуре и количестве ИП ФИО1 в адрес ИП ФИО2 Отсутствуют факты ведения телефонных переговоров между ИП ФИО1 и ИП ФИО2 по вопросам исполнения договора поставки от 01.01.2013 б/н на протяжении 3-х лет, а именно: в 2013 г., 2014 г., 2015 г., иная деловая переписка. По результатам экспертиз установлено, что подписи, имеющиеся на документах, представленных ИП ФИО2, а именно: договоре поставки от 01.01.2013 б/н,

из договора простого товарищества или фактических обстоятельств. Денежная оценка вклада товарища производится по соглашению между товарищами (статья 1042 Гражданского кодекса Российской Федерации). Согласно пункту 1 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса российской Федерации о заключении и толковании договора» в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора . Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ). Из материалов дела следует, что между предпринимателями ФИО1 и ФИО3 договор

39 и 43, ежемесячное пользование товарным знаком и программно-аппаратным комплексом сторонами оформлено актами, подписанными между обществами «Тур-бокс» и «Санвэй», которые признаны судами надлежащими доказательствами с учетом совокупности представленных иных документов, оригиналов актов и пояснений, данных в ходе рассмотрения дела,учитывая, что стороны достигли соглашения по существенным условиям сделки и, начиная с февраля 2019, должник использовал в своей производственной деятельности указанный программный комплекс, во исполнение требований действующего законодательства, в частности, статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», а также в соответствии со статьей 425 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитор и должник оформили сложившиеся между ними с 01.02.2019 правоотношения путем подписания в августе 2020 договора , следовательно, у кредитора имелась возможность передать должнику право использования товарного знака с 01.02.2019, признав, что надлежащее исполнение заявителем обязательств по договору от 01.02.2019 № 56 подтверждается совокупностью представленных в материалы дела документов, при том, что доказательств, подтверждающих оплату должником в полном объеме предоставленного

принятия совместных решений). Данное обстоятельство подтверждается текстом письма исх. № 12 от 14.09.2020, направленного исполнителю. При этом, поясняет, что в период действия вышеуказанного дополнительного соглашения стороны рассматривали не только вопросы выполнения дополнительных работ, но и изменение сроков выполнения действующих этапов работ по договору, предоставление дополнительных гарантий выполнения работ по договору во вновь устанавливаемые сроки (что при наличии просрочки являлось для заказчика существенным условием), но договориться сторонам не удалось. Считает, что заказчик предпринял все возможные меры для урегулирования спорных моментов, в том числе, им было сделано предложение исполнителю расторгнуть договор по соглашению сторон, что подтверждается письмом исх. № 14 от 30.10.2020, не принятым исполнителем. Как указывает заявитель, факт нарушения сроков исполнения работ по договору был признан исполнителем, что подтверждается предоставлением им в материалы дела контррасчета неустойки за нарушение срока выполнения работ, установлено судом первой инстанции. Таким образом, полагает, что при наличии установленного факта нарушения срока выполнения работ, попытки заказчика урегулировать спорные

что оплата произведена по договору в порядке, который был избран истцом, а именно в наличной и безналичной форме. Сделка совершена в установленной для данного вида сделок форме, содержит все существенные условия договора, подписана сторонами. Довод истца о том, что он не имел возможности ознакомиться с условиями договора, не могут быть приняты судом, из представленных материалов следует, что договор, оплата, передача транспортного средства были осуществлены в течение нескольких дней, истец, находясь в сознательном возрасте, будучи дееспособным, перед заключением договора имел возможность ознакомиться с условиями договора. Оспариваемые пункты договора изложены прямо, возможности трактовать их двусмысленно не имеется. Условиями договора не предусмотрена комиссия за оплату по договору в безналичной форме. Доводы истца о том, что сумма, уплаченная за дополнительное оборудование, является возвратом эквайринга не подтверждены относимыми, допустимыми, достаточными доказательствами. Указывая о том, что фактически дополнительное оборудование на транспортное средство установлено не было, истцом не представлено доказательств, так, заключение, сделанное по результатам осмотра

карты ФИО2 суду не представила. Как видно из материалов дела, 27.09.2013 года ФИО4 обращалась в ЗАО МКБ "Москомприватбанк" с заявлением о расторжении договора по кредитной карте, заключенного ранее в связи с невозможностью ее дальнейшего обслуживания вследствие ухудшения материального положения, однако соглашения о расторжении кредитного договора между сторонами в добровольном порядке достигнуто не было. Установлено, что существенного нарушения договора ЗАО МКБ "Москомприватбанк" допущено не было, обязательных условий, предусмотренных для его расторжения в судебном порядке, предусмотренных приведенными выше нормами материального права, не имеется. Давая оценку исследованным доказательствам, исходя из требований закона, регулирующего правоотношения сторон, учитывая, что договор может быть расторгнут судом лишь только при существенном нарушении договора другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных действующим законодательством или договором, чего в данном случае не имеется, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО4 о расторжении спорного кредитного договора удовлетворению не подлежат. Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в