агентский договор, в соответствии с которым ответчик (агент) обязался за вознаграждение по поручению банка, от его имени и за его счет совершать юридические и иные действия, в частности выполнять прием наличных денежных средств в адрес банка, выдачу наличных денежных средств клиентам банка, в том числе с применением пластиковых карт, подписывать от имени банка договоры о приеме наличных денежных средств во вклад и о выдаче наличных денежных средств, а также осуществлять иные действия, входящие в технологический цикл обслуживания населения. В обоснование исковых требований истец указывал, что в ходе проверки обнаружена выдача агентом наличных денежных средств со счетов клиентов банка без их распоряжения. Банк в возмещение ущерба, причиненного ответчиком вкладчикам, перечислил на их счета денежные средства в размере 973 458 руб. 87 коп. Удовлетворяя исковые требования, суды руководствовались положениями статей 307, 1005, 393, 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходили из того, что факт ненадлежащего исполнения ответчиком приятных обязательства по договору подтвержден
выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд» порядке, в связи с чем не подлежат оплате и в связи с этим не могут быть предъявлены к зачету, являются необоснованными, поскольку как установлено судами и следует из заключения проведенной по делу экспертизы, выполненные обществом работы относятся к предметам всех государственных контрактов, образуют единый цикл строительства одного объекта, состоящего из двух пусковых комплексов, связаны с технологическим циклом выполнения работ по каждому из контрактов и дополняют технологический цикл каждого из них, необходимость экстренного проведения работ имелась, о чем заказчику было известно. Выводы судов о возможности оплаты согласованных с заказчиком дополнительных строительных работ по государственным контрактам при указанных выше обстоятельствах согласуются с правовым подходом, закрепленным в Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017. Иные изложенные департаментом в кассационной жалобе доводы были
для Муниципального казенного учреждения г. Сочи «Управление капитального ремонта» (далее – учреждение); а также о необоснованном применении налоговых вычетов по операциям, связанным с выполнением работ подрядчиками - ООО «Юпитер», ООО «Прогресс», ООО «КД-Стройопт»,ООО «Партнер», ООО «Мак Макс», ООО «Алев». Отказывая в удовлетворении требований в обжалуемой части, суды, исследовав и оценив в совокупности и взаимной связи, представленные в дело доказательства, установили, что фактически работы по контракту от 29.04.2013, заключенному с учреждением, выполнены в 2013 году, технологический цикл работ не являлся длительным в соответствии с условиями контракта, срок выполнения работ сторонами не изменялся; обществом не соблюдены условия абзаца 7 статьи 316 Налогового кодекса, в связи с чем доход, полученный за выполненные работы подлежал учету в составе доходов 2013 года. Кроме того, суды установили, что первичные документы налогоплательщика содержат недостоверные сведения, действия общества направлены на получение необоснованной налоговой выгоды путем создания формального документооборота в отсутствие реальных хозяйственных отношений с подрядчиками. С учетом установленных
должно было предвидеть возможные риски, связанные с выполнением дополнительных работ, не предусмотренных дополнительным соглашением, не входящих в предмет контракта. Общество не могло не знать, что для выполнения работ, не предусмотренных проектно-сметной документацией, необходимо внесение соответствующих изменений, а также, что увеличение объемов выполненных работ автоматически приведет к увеличению стоимости данных работ. Суды также отметили, что не могут быть признаны дополнительными работы, фактически являющиеся самостоятельными по отношению к заключенному контракту, то есть не входящие в единый технологический цикл работ, составляющих предмет государственного (муниципального) контракта, выполнение которых требует размещение заказа в порядке, установленном действующим законодательством. Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, выполнение работ в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у подрядчика право требовать их оплаты. При таких обстоятельствах суды правомерно отказали
суд первой инстанции установил, что контракт от 30.08.2019 № Ф.2019.235567 подлежит исполнению в порядке, определенном Законом о контрактной системе, применительно к статье 95 которого объемы работ и цена контракта не могут быть изменены более чем на десять процентов, однако исходил из того, что без выполнения дополнительных работ и изменения способа выполнения работ, предусмотренных проектом, общество не смогло бы исполнить принятые на себя обязательства по качественному ремонту мемориального комплекса, данные работы были необходимы для завершения технологического цикла , обеспечения годности и прочности их результата, ввиду чего пришел к выводу, что такие работы подлежат оплате. Объем дополнительных работ и их стоимость, определены судом на основании заключения, составленного по результатам судебной экспертизы. Суд также признал, что управление было поставлено обществом в известность о необходимости дополнительных работ, согласовало их выполнение, сославшись в подтверждение этому на имеющиеся в материалах дела протоколы совместных производственных совещаний, проведенных с участием представителей ООО «СКС», МУ «УКС города Тулы», Главного
не имел объекта налогообложения; согласно подходу налогового органа, не имеет никакого значения, была ли руда помещена на установку кучного выщелачивания, для того, чтобы признать все золото в такой руде потерянным; неверный вывод налогового органа связан с ошибками в применении пункта 3 статьи 339 Налогового кодекса Российской Федерации; фактически добытое полезное ископаемое должно быть произведено из того объема ДПИ, на который уменьшались запасы; указанная норма предписывает брать то количество ископаемого, в отношении которого завершен полный технологический цикл по добыче полезного ископаемого, т.е. сравнивать исходное количество золота в руде с количеством ДПИ, полученным после переработки, надо после завершения цикла добычи (в расчете надо учитывать незавершенное производство) - судом первой инстанции указано, что подход заявителя, по которому он рассчитал количество потерь, не соответствует постановлению Президиума ВАС РФ от 12.11.2013 № 8090/13 по делу № А78-3471/2012 и определению ВС РФ от 11.11.2016 № 302-КГ16-14748 по делу № А78-3803/2015; однако, методология расчета потерь, примененная в
Н.Г.) решение суда оставлено без изменения. В кассационной жалобе общество «ЖБИ – Сервис» просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на неверное применение норм налогового законодательства, нарушение процессуальных норм, а также неприменение Методических указаний по контролю за технической обоснованностью расчетов платежей при пользовании недрами. В обоснование доводов заявитель жалобы ссылается на то, что щебень ошибочно отнесен судами к конечной товарной продукции горного производства; отмечает, что до строительства дробильно-сортировочных фабрик на карьере, минеральное сырье проходило полный технологический цикл по приведению его в соответствие с ТУ 5711-058-56384797-2006 и продавалось другой организации, которая производила дробление горной массы, а уплата налога на добычу полезных ископаемых (далее – НДПИ) производилась на основании цены реализации строительного камня, соответствующего ТУ 5711- 058-56384797-2006. В качестве процессуальных нарушений, допущенных судами, указывает на не привлечение органов государственного горного надзора к рассмотрению настоящего дела, рассмотрение дела в основном судебном заседании в отсутствие представителя общества при наличии советующего возражения. Кроме того, по мнению
видам, объемам и стоимости работ, указанным в актах от 01.07.2021 № 2, от 12.07.2021, от 11.08.2021 № 2, от 10.09.2021 № 5. Необходимость выполнения дополнительных работ на объекте обусловлена непредвиденными обстоятельствами, выявленными в ходе производства работ, выполнение которых предусмотрено условиями договора подряда, что исключало возможность их дальнейшего производства и, как следствие, достижение целей указанного договора и использование результата данных работ. Приостановка производства работ в рамках договора без проведения дополнительных работ не только нарушила бы технологический цикл , но и привела бы к повреждению объекта строительства. Общество представило в материалы дела документы, подписанные в одностороннем порядке: акты от 01.07.2021 № 2, от 28.05.2021 № 1, от 23.06.2021 № 2, от 20.08.2021 № 3,от 14.08.2021 № 4, счет от 01.07.2021 № 48, дополнительное соглашение от 01.07.2021. Организация заявила возражения относительно указанных документов, указывала на то, что соответствующие документы заказчику не предъявлялись. Общество предъявляло организации счет от 01.07.2021 № 48 иного содержания на
признак «…нанесенного на корпус слоя покрытия», указанный в формуле полезной модели по свидетельству Российской Федерации № 174111, поскольку исходя из особенностей технологии изготовления продукта предпринимателем Давыдовым Д.С. «..уваренную в сиропе сосновую шишку откидывают на сито, дают стечь сиропу, затем готовую шишку раскладывают на специальные решетки тонким слоем и помещают в ИК сушилку, где осуществляют подсушивание шишки до полной готовности, после чего остужают до комнатой температуры, снимают с решеток и упаковывают соответствующим образом…», то есть технологический цикл производства изделия не содержит операции нанесения на корпус (сосновый цукат) какого-либо покрытия. По смыслу части 1 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 20 Федерального закона от 31.05.2001 № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», дополнительная экспертиза назначается, если: выводы эксперта недостаточно ясны или их полнота результатов недостаточна, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела. Аналогичная правовая позиция также изложена в пункте 3 Обзора судебной практики
Хранящиеся на свалке насыпью отходы не защищены от воздействия атмосферных осадков и ветров, хранятся без разделения по классам опасности веществ и их компонентов. Не разработан регламент, не утвержден режим работы и не разработана инструкция по приему бытовых отходов, с учетом требований производственной санитарии для работающих на полигоне ТБО. Не обеспечен контроль за составом поступающих отходов, не ведется круглосуточный учет поступающих отходов, не осуществляется контроль за распределением отходов в работающей части полигона, также не обеспечивается технологический цикл по изоляции отходов, что является нарушением п. 2.3 СП 2.ДД.ММ.ГГГГ-01 «Гигиенические требования к устройству и содержанию полигонов для твердых бытовых отходов», согласно п. 2.3 организацией, эксплуатирующей полигон, разрабатываются регламент и режим работы полигона, инструкции по приему бытовых отходов, с учетом требований производственной санитарии для работающих на полигоне, обеспечивается контроль за составом поступающих отходов, ведется круглосуточный учет поступающих отходов, осуществляется контроль за распределением отходов в работающей части полигона, обеспечивается технологический цикл по изоляции отходов. На
