лицензии характеру нарушений (тяжести возможных или наступивших последствий), в том числе, с учетом предпринятых субъектом мер по приведению своей деятельности в соответствие с лицензионными требованиями, таким образом, обеспечивая достижение баланса между частными интересами, связанными с продолжением ведения лицензируемой деятельности, и публичным интересом, связанным с реализацией целей лицензирования. Изложенное согласуется с правовой позицией относительно правовой природы исков об аннулировании лицензии, выраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.05.2009 № 15211/08, и формируемой Верховным Судом Российской Федерации практикой разрешения споров об аннулировании лицензий, нашедшей отражение, в частности, в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 14.05.2020 № 305-ЭС19-26163, от 17.03.2020 № 307-ЭС19-22051, от 12.03.2020 № 304-ЭС19-21271, от 30.01.2020 № 306- ЭС19-17580. В данном случае, исходя из положений части 8 статьи 93 Закона об образовании , выявленные в деятельности института нарушения лицензионных требований, могли образовывать необходимый повод (основание) для аннулирования судом лицензии образовательного учреждения при условии, что образовательная организация
судебного решения, основаны на неправильном применении и толковании норм материального права. Это обстоятельство в силу ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены в кассационном порядке состоявшихся по делу судебных постановлений и принятии нового решения об отказе в удовлетворении заявленных требований. На основании изложенного и руководствуясь ст. 386-388, п. 5 ч. 1 ст. 390 ГПК РФ, Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда Российской Федерации определила: решение Саратовского гарнизонного военного суда от 16 мая 2018 г. и апелляционное определение Приволжского окружного военного суда от 7 августа 2018 г. отменить полностью и принять по делу новое решение, которым в удовлетворении искового заявления начальника Федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшегообразования «Краснодарское высшее военное авиационное училище летчиков имени Героя Советского Союза ФИО2» Министерства обороны Российской Федерации к ФИО1 о взыскании средств федерального бюджета, затраченных на его военную и специальную подготовку, отказать полностью. Председательствующий Судьи
которым согласился суд кассационной инстанции, отменяя судебное постановление суда первой инстанции, указал, что вывод суда о наличии основания для оставления без рассмотрения заявления ФИО1 о взыскании судебных расходов, исходя из предписаний пункта 4 статьи 106 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, не соответствует процессуальному законодательству, поскольку такое требование не заявлялось. Суд апелляционной инстанции при рассмотрении частной жалобы административного истца исходил из того, что поскольку из актов выполненных работ следует, что ФИО2, оказавший юридические услуги, в судебных заседаниях не участвовал, документов от имени ФИО1 не подписывал, а оказывал помощь консультативного характера и составлял проекты процессуальных документов, то понесенные административным истцом, не имеющим высшего юридического образования , расходы на получение юридических услуг были необходимы для реализации права на обращение в суд и подлежат возмещению с учетом принципов разумности и справедливости, что согласуется с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пунктах 2, 4, 10 и 11 постановления от 21 января 2016
лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Как верно установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, в период с 05.12.2016 по 06.08.2021 полномочия генерального директораООО «Краснокаменские Энергосети» выполнял ФИО2. Из анализа положений пункта 1 статьи 44 Закона № 14-ФЗ и пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации суд первой инстанции приходит к верному выводу о том, что директор является исполнительным органом управления общества, реализующим от имени данного юридического лица гражданские права и обязанности, и, действуя в интересах организации, директор не вправе выходить за пределы предоставленной ему компетенции. Между ФГАОУ ВО «Сибирский Федеральный университет» иООО «Краснокаменские Энергосети» в лице генерального директора ФИО2 заключен договор от 15.08.2018 № ЮВБ/18-041 об образовании и оказании платных образовательных услуг по образовательным программам среднего профессионального/высшегообразования в юридическом институте по заочной форме обучения на базе высшего образования, по условиям которого исполнитель
привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного должника общества с ограниченной ответственностью «Династия» установил: Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования «Костромской государственный университет» (далее – Истец) обратилось в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ФИО1 (далее – Университет, Ответчик) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного юридического лица (общества с ограниченной ответственностью «Династия» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>). Решением Арбитражного суда Свердловской области от 02.06.2021 года в удовлетворении заявленных требований Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшегообразования «Костромской государственный университет» отказано. Не согласившись с вынесенным решением, Истец обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы заявитель указывает на то, что согласно выписке из ЕГРЮЛ, ФИО1 является руководителем общества с ограниченной ответственностью «Династия» с 03.10.2016, которой был подписан государственный контракт № 31ГК от 26.12.2016 года на выполнение работ по ремонту кровли учебного корпуса «Е» КГУ,
№ 1081, соискатель лицензии для осуществления фармацевтической деятельности должен соответствовать следующим лицензионным требованиям: а) наличие помещений и оборудования, принадлежащих ему на праве собственности или на ином законном основании, необходимых для выполнения работ (услуг), которые составляют фармацевтическую деятельность, соответствующих установленным требованиям (за исключением медицинских организаций и обособленных подразделений медицинских организаций); б) наличие у медицинской организации - соискателя лицензии лицензии на осуществление медицинской деятельности; в) наличие у руководителя организации (за исключением медицинских организаций), деятельность которого непосредственно связана с оптовой торговлей лекарственными средствами, их хранением, перевозкой и (или) розничной торговлей лекарственными препаратами, их отпуском, хранением, перевозкой и изготовлением: для осуществления фармацевтической деятельности в сфере обращения лекарственных средств для медицинского применения - высшего фармацевтического образования и стажа работы по специальности не менее 3 лет либо среднего фармацевтического образования и стажа работы по специальности не менее 5 лет, сертификата специалиста; для осуществления фармацевтической деятельности в сфере обращения лекарственных средств для ветеринарного применения - высшего или
образовательной программе высшего профессионального образования от 09 июля 2014 года. Истцом было оплачено 122000 рублей, что составляет полную оплату обучения на первом, втором курсе и частично – третьем. По утверждению истцов, 03 сентября 2015 года ими получено уведомление о прекращении оказания образовательных услуг в филиале в городе Твери. После нескольких неудачных попыток перевестись в иное образовательное учреждение соответствующего типа и анализа имеющихся документов, истцы обнаружили, что ответчиком нарушены установленные законодательством нормы и обязательные требования к высшему образованию , к минимуму содержания образовательных программ не были соблюдены, начитано меньшее количество часов по образовательным дисциплинам, по которым предусмотрены лекционные часы, проведено меньшее количество практических занятий. Из-за чего истец не получила образовательную услугу в том объеме, который предусмотрен законодателем по данной дисциплине, и который ею был оплачен. Ответчиком не были выполнены даже нормативы по базовой (обязательной) части. Что касается неизвестных величин, то это те данные, которые не были проставлены в зачетной книжке при
района <данные изъяты> от 04.05.2010 № «О приеме на работу» в отношении ФИО1 и обязать Администрацию <данные изъяты> Республики Тыва расторгнуть трудовой договор с ФИО1 на основании п.11 ч.1 ст.77 ТК РФ. Представитель истца - помощник прокурора Тес-Хемского района Республики Тыва ФИО7, действующая на основании доверенности, поддержала требования и просила удовлетворить иск. В судебном заседании представитель ответчика муниципальный район <данные изъяты> ФИО8 указала, что муниципальная служащая ФИО1 была принята на работу, когда квалификационные требования к высшему образованию не предъявлялись, с учетом опыта работы, трудового стажа, а также с наличием иждивенцев ФИО1, просит отказать в иске. Соответчик ФИО1 в судебном заседании указала на то, что она имеет среднее специальное образование, в настоящее время учится в высшем учебном заведении, согласно постановления председателя Администрации от 16.12.2013 года № «О внесении изменений и дополнений в постановление № от 10 декабря 2012 года» квалификационные требования к должности, которую она занимает, не требуется наличие высшего образования,
12 Федерального закона от 27 июля 2004 г. N 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» в число квалификационных требований к должностям государственной гражданской службы в число квалификационных требований к должностям гражданской службы категорий "руководители", "помощники (советники)", "специалисты" всех групп должностей гражданской службы, а также категории "обеспечивающие специалисты" главной и ведущей групп должностей гражданской службы входит наличие высшего образования. Судом первой инстанции при рассмотрении дела была дана надлежащая оценка обоснованности введения нового квалификационного требования к высшему образованию по профильному направлению применительно к установленным по делу юридически значимым обстоятельствам. При этом суд мотивированно отверг довод ответчика о несоответствии И. занимаемой должности, с учетом имеющегося у него высшего образования, стажа государственной гражданской службы, профессиональных навыков. Доводы апелляционной жалобы относительно соблюдения представителем нанимателя процедуры освобождения истца от занимаемой должности в связи с сокращением не имеют правового значения, поскольку судом установлено, что сокращение должности истца не имело место быть и соответственно оснований для освобождения
ФГБОУ ВО «<данные изъяты>» был заключен договор № об образовании на обучение по образовательной программе высшего профессионального образования. Ими по договору было оплачено <данные изъяты> руб., что составляет полную оплату обучения на первом, втором курсе и частично – на третьем. ДД.ММ.ГГГГ ими получено уведомление о прекращении оказания образовательных услуг. После нескольких неудачных попыток перевестись в иное образовательное учреждение соответствующего типа и анализа имеющихся документов, обнаружили, что ответчиком нарушены установленные законодательством нормы и обязательные требования к высшему образованию , к минимуму содержания образовательных программ не были соблюдены, начитано меньшее количество часов по образовательным дисциплинам, по которым предусмотрены лекционные часы, проведено меньшее количество практических занятий. Из-за чего обучающийся не получила образовательную услугу в том объеме, который предусмотрен законодателем по данной дисциплине, и который ею был оплачен. Поскольку не представляется возможным восполнить недостатки, вызванные отступлением ответчиком от образовательных стандартов, они как потребители имеют право расторгнуть договор и потребовать полного возмещения убытков. На претензию
