принятия обычных мер по проверке платежеспособности заемщика; внесение должником денежных средств во вклад в данном банке на аналогичную сумму и передача прав по вкладу в залог по кредиту; отсутствие каких-либо действий со стороны банка по истребованию задолженности с основного заемщика после просрочки по кредиту; списание денежных средств со счета должника после просрочки со стороны заемщика – в своей совокупности свидетельствуют о том, что в преддверии банкротства должника через ряд фиктивных операций совершена единая цепочка притворных сделок , прикрывающих вывод имущества должника в оффшорную юрисдикцию при содействии банка. Таким образом, суд округа усмотрел основания для признания спорных сделок недействительными. При этом, учтя, что в результате совершения цепочки сделок денежные средства в конечном счете поступили в распоряжение аффилированного с должником контрагента (компании Digoseno Investments Ltd.), суд округа пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания денежных средств с банка в порядке реституции. По результатам изучения материалов дела оснований для того, чтобы
представлении доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке и (или) для решения вопроса о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела. Основания для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке по доводам жалобы отсутствуют. Общество, полагая, что цепочка притворных сделок прикрывала единственную сделку по погашению ООО «Ардекс» своих обязательств по кредитным договорам, заключенным с банком, то есть прикрываемой сделкой являлось рефинансирование задолженности ООО «Ардекс», обратилось в арбитражный суд с настоящим иском. Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь статьями 166, 170, 181, 199, 200, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды отказали в удовлетворении иска в связи с пропуском истцом срока исковой давности. Суды установили, что истец, являясь
доводы не подтверждают существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке и (или) для решения вопроса о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок, а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела. Основания для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке по доводам жалобы отсутствуют. Общество «Ярбункер», полагая, что цепочка притворных сделок прикрывали единственную сделку по погашению ООО «Ардекс» своих обязательств по кредитным договорам, заключенным с банком, то есть прикрываемой сделкой являлось рефинансирование задолженности ООО «Ардекс», обратилось в арбитражный суд с настоящим иском. Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса, руководствуясь статьями 166, 170, 181, 199, 200, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды отказали в удовлетворении иска в связи с пропуском истцом срока исковой давности. Суды установили, что истец, являясь
Между тем таких оснований по результатам изучения материалов дела, судебных актов и доводов кассационных жалоб не установлено. Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации и в отношении требования, касающегося цепочки сделок, исходили из того, что в рамках настоящего дела о банкротстве не может быть оспорен заем от должника в пользу общества «РИК», поскольку в действительности цепочка притворных сделок является длиннее и прикрывает заем от общества «Мостострой-12» в пользу общества «РИК». Тем самым, должник в этой цепочке выступает не заимодавцем, а выполняет функции транзитного звена, в силу чего прикрываемую сделку необходимо оспаривать не в рамках настоящего дела, а в деле о банкротстве общества «Мостострой-12». Основания не согласиться с этими выводами судов отсутствуют. В части требования о признании недействительными договоров купли-продажи акций компании «Келстено Менеджмент Лимитед» судами отмечено, что действительная стоимость этих акций
аренды земельного участка от 09.09.2014 № 91-Ф за период с 16.02.2018 по 03.03.2019, 17 410,58 руб. пени за период с 11.04.2018 по 13.03.2020, 3 004,23 руб. проценты за пользование чужими денежными средствами (определение арбитражного суда от 14.04.2021). Из представленных ответчиками отчетов от 15.09.2021 № ОТ-1733, от 15.09.2021 № 663/21 следует, что по состоянию на 30.03.2021 рыночная стоимость спорного земельного участка составляла 939 000 руб. и 1 008 000 руб., соответственно. Полагая, что совершенная цепочка притворных сделок является недействительной, заключенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, вывода активов должника, управляющий обратился в арбитражный суд с указанным заявлением. Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из того, что договоры купли-продажи от 10.01.2019, от 30.03.2021 заключены неплатежеспособным ФИО3 с заинтересованными лицами без предоставления встречного исполнения обязательств сторонами цепочки сделок, в течение трех лет до даты принятия заявления о признании должника банкротом, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов в виде уменьшения имущества
удовлетворении заявленных требований отказано. Суды установили, что договор расторгнут, денежные средства возвращены, отсутствуют доказательства того, что по сделке сторонами передавались какие-либо активы, что нарушило бы права кредиторов. Управляющим пропущен годичный срок исковой давности, основания для применения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суды не установили. В кассационной жалобе АО «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – банк) просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, при отчуждении должником доли в уставном капитале ООО «Вертикаль» существовала последовательная цепочка притворных сделок , разным субъектным составом которых прикрывалась одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Сделка совершена при неравноценном встречном исполнении. В судебном заседании представитель банка поддержал доводы жалобы, однако не пояснил, какие конкретно активы передавались сторонами, либо отчуждались. Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационную жалобу надлежит оставить без удовлетворения. Как видно из материалов дела, определением от 23.06.2020 в отношении должника
от 21.06.2021 в отношении ФИО1 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2 Финансовый управляющий ФИО2, после многократных уточнений требований, представил в суд заявление, просит признать недействительной единую притворную сделку, оформленную соглашениями об отступном от 28.04.2016 между обществом с ограниченной ответственностью «Август» (далее – общество «Август») и ФИО1, договором купли-продажи от 23.01.2018 между обществом «Август» и ФИО3, полагает, что указанная совокупность притворных сделок прикрывала фактическую сделку – договор купли-продажи между ФИО4 и ФИО3, цепочка притворных сделок оспаривается по пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), прикрываемая сделка по пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), просит применить последствия недействительности ничтожных сделок путем возврата имущества в конкурсную массу должника. В отсутствие возражений участвующих в деле лиц уточнение судом было принято в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). Определением Арбитражного
силу положений статьи 170 ГК РФ и положений статьи 10 ГК РФ как заключенных при злоупотреблении правом сторонами указанных договоров. Вступившим в законную силу указанным решением суда установлено, что заключение спорных сделок, направленных на нарушение прав и законных интересов кредитора, имеющих целью вывод активов ЗАО «ППФ «Кавказ» путем отчуждения объектов недвижимости ООО «Вертикаль», свидетельствует о злоупотреблении гражданскими правами. Исследовав имеющиеся в деле доказательства Верховный суд Республики Адыгея приходит к выводу, что существовала последовательная цепочка притворных сделок , разным субъектным составом которых прикрывается одна сделка, направленная на отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. В силу п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила. Согласно п.п.
заявлению истец указал, что он является главой .... и обязан строго соблюдать требования Федерального закона «О противодействии коррупции», в соответствии с которым на гражданских служащих возлагается обязанность по предоставлению ежегодна сведений о своих доходах и расходах. Предоставление недостоверных сведений влечет ответственность, в том числе виде увольнения. Полагает, что совершенные от его имени сделки являются недействительными в силу их ничтожности, поскольку истец данные договору купли-продажи не подписывал, согласие на их подписание не давал. Вся цепочка притворных сделок по продажи автомобиля ФИО1 была необходима для завладения ответчиком ФИО4 государственным регистрационным номером <***>, установленным на принадлежащем истцу автомобиле Ныса 522. По изложенным основаниям истец просит: признать недействительным договор купли-продажи автомобиля ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ между продавцом ФИО4 и покупателем ФИО5, признать недействительным договор купли-продажи автомобиля ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ между продавцом ФИО5 и покупателем ФИО4, признать за истцом право собственности на автомобиль Ныса 522, с государственным регистрационным номером <***>, признать недействительным зарегистрированное за истцом
инстанции, является супругой ФИО5, что к делу не относится, юридически значимым обстоятельством не является. Суды указывают, что ФИО9 являлась фактическим руководителем ООО «Специализированное управление № 25», однако материалы дела доказательств этому не содержат. Исковые требования не рассмотрены по существу, суд апелляционной инстанции формально рассмотрел доводы апелляционной жалобы. Исковое заявление о притворности сделок осталось без рассмотрения, представленным истцом доказательствам не была дана оценка. Вывод суда об истечении срока исковой давности является ошибочным, так как цепочка притворных сделок выявилась только послу вступления в законную силу судебных актов, исковые требования основаны исключительно на преюдиции. В судебное заседание суда кассационной инстанции явилась представитель истца ФИО1, которая доводы кассационной жалобы поддержала, на ее удовлетворении настаивала. Представитель ответчика ФИО2 ФИО3 против удовлетворения кассационной жалобы возражал, полагал, что решение суда и апелляционное определение являются законными и обоснованными. Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, не