Учет влияния инфляции 4.39. Резервы - оценочные обязательства и условные обязательства 4.40. Вознаграждения работникам и связанные с ними отчисления 4.41. Отчетные сегменты 4.42. Операции со связанными сторонами 4.43. Изменения в учетной политике и представлении финансовой отчетности 5. Денежные средства и их эквиваленты 6. Финансовые активы, оцениваемые по справедливой стоимости через прибыль или убыток 7. Средства в других банках 8. Кредиты и дебиторская задолженность 9. Финансовые активы, имеющиеся в наличии для продажи 10. Финансовые активы, удерживаемые до погашения 11. Инвестиции в ассоциированные и совместные предприятия (организации) 12. Инвестиционное имущество 13. Основные средства и нематериальные активы 14. Прочие активы 15. Долгосрочные активы (выбывающие группы), классифицируемые как "предназначенные для продажи", и прекращенная деятельность 16. Средства других банков 17. Средства клиентов 18. Финансовые обязательства, оцениваемые по справедливой стоимости через прибыль или убыток 19. Выпущенные долговые ценные бумаги 20. Прочие заемные средства 21. Прочие обязательства 22. Обязательства по пенсионному обеспечению работников 23. Уставный капитал
процентов к уплате субъекта регулирования по долгосрочным долговым обязательствам, признаваемых расходом в соответствии с налоговым законодательством Российской Федерации, по данным отчета за финансовый год, предшествующий текущему; - общий размер начисленных процентов по долгосрочным долговым обязательствам субъекта регулирования, по данным отчета за финансовый год, предшествующий текущему. Доли заемных и собственных средств в структуре капитала субъекта регулирования рассчитываются с учетом фактических величин данных показателей, а также рекомендуемых мер по оптимизации структуры капитала. С учетом целевой структуры капитала рекомендуемая доля заемногокапитала устанавливается равной 0,1. В случае если фактическая доля заемного капитала, определенная (прогнозируемая) на соответствующий финансовый год, превышает значение данного показателя, установленное в рамках целевой структуры капитала, при формировании нормативной прибыли на данный финансовый год доля заемных средств принимается на уровне фактической. В случае если фактическая доля заемного капитала, определенная (прогнозируемая) на соответствующий финансовый год, ниже значения 0,1, при формировании нормативной прибыли на данный финансовый год применяются параметры целевой структуры капитала. При
инвестирования в собственный капитал субъекта регулирования определяется по следующей формуле: , (26) где: rm - среднерыночная доходность по ценным бумагам, соответствующая средней норме прибыли по биржевому курсовому индексу за последние 10 лет (в качестве среднерыночного используется индексный портфель РТС). Среднегодовая доходность индексного портфеля РТС рассчитывается как отношение значения индекса РТС на момент закрытия последней торговой сессии в году t и аналогичного показателя в году t-1; - скорректированное с учетом соотношения заемных и собственных средств значение систематического риска инвестирования в собственный капитал субъекта регулирования. 28.2.2. Скорректированное значение систематического риска инвестирования в собственный капитал субъекта регулирования рассчитывается по следующей формуле: , (27) где: - среднеотраслевое значение систематического риска инвестирования в собственный капитал субъекта регулирования (показатель не учитывающий структуру капитала субъекта регулирования). На первый долгосрочный период регулирования устанавливается равным 0,9; ДЗК - доля заемных средств в структуре среднегодовой величины капитала субъекта регулирования; ДСК - доля собственного капитала в структуре среднегодовой величины капитала
дополнительное соглашение от 04.12.2017 направлено на замену первоначального обязательства другим (новация). Вместе с тем, с учетом прекращения обязательств по договору от 01.07.2013, оснований для новации в соответствии со статьей 414 Гражданского кодекса ранее возникших по договору обязательств в заемные, также не имелось. Судом округа справедливо учтено, что оспариваемая сделка совершена 04.12.2017, то есть в течение месяца после подачи истцом заявления о выходе из состава участников общества (19.11.2017). Последствием совершения указанной сделки явилось внесение изменений Обществом в бухгалтерскую отчетность с отражением переданных ФИО2 денежных средств в качестве заемных, представление обществом уточненной бухгалтерской отчетности в налоговый орган. В соответствии с подпунктом 11 пункта 1 статьи 251 Налогового кодекса Российской Федерации при определении налоговой базы по налогу на прибыль организаций не учитываются доходы в виде имущества, полученного безвозмездно, в частности, от физического лица, если уставный (складочный) капитал (фонд) получающей стороны более чем на 50 процентов состоит из вклада (доли) этого физического лица.
причинение вреда. Сделка признана недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, как причиняющая вред имущественным правам кредиторов. Рассматривая вопрос о том, является ли совершенная ФИО13 с должником сделка существенно убыточной, применительно к подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений, данных в пункте 23 Постановления от 21.12.2017 № 53, и исследуя масштабность причиненного кредиторам вреда, существенность убыточности и последствия совершенной сделки по возврату заемных денежных средств ФИО13 для финансового положения ООО «Дисконт», суд пришел к выводу о том, что действия по возврату заемных денежных средств ФИО13, изначально внесенных в Общество в качестве создания начального капитала для функционирования Общества, при недостижении запланированных результатов развития бизнеса в условиях его убыточности, противоречили принципам разумности и добросовестности и очевидно не соответствовали интересам должника, что в свою очередь предопределило вхождение Общества в стадию объективного банкротства. Как указано выше, при создании ООО «Дисконт» учредители наделили Общество уставным
обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника. При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр (Определение Верховного Суда РФ от 06.07.2017 N 308-ЭС17-1556(2) по делу N А32-19056/2014; Определении Верховного Суда
аффилированы непосредственно друг с другом или оба - с третьими лицами. На основе Комментариев к Модельной конвенции ОЭСР Российской Федерацией разрабатываются договоры об избежании двойного налогообложения. Исходя из вышеизложенного, с учетом складывающейся арбитражной практики по данному вопросу, общий смысл применения п.2 ст.269 НК РФ устанавливает возможность применения правил о контролируемой задолженности не только при прямой, но и косвенной зависимости между российским налогоплательщиком - получателем займа и иностранной компанией, через которую предоставляются заемные средства. Косвенная зависимость российского налогоплательщика от иностранной компании - кредитора выражается в самом факте подконтрольности обоих лиц единому центру - иностранной материнской компании (вхождение в международный холдинг), даже если между самим заимодавцем и непосредственно заемщиком отсутствуют отношения подчиненности и подконтрольности (владение акциями или долями в уставном капитале ). Учитывая изложенное, факт направления косвенно сестринской компанией полученных от российского налогоплательщика денежных средств в адрес материнской компании, перед которой признается задолженность контролируемой, для установления факта скрытого распределения дивидендов под
п. 2 - 4 ст. 269 НК РФ в редакции, действовавшей в проверяемый период (в ред. Федеральных законов от 06.06.2005 № 58-ФЗ, от 27.07.2006 № 137-ФЗ). Исходя из вышеизложенного, с учетом складывающейся арбитражной практики по данному вопросу, общий смысл применения п. 2 ст. 269 НК РФ устанавливает, возможность применения правил о контролируемой задолженности не только при прямой, но и косвенной зависимости между российским налогоплательщиком -получателем займа и иностранной компанией, через которую предоставляются заемные средства. Косвенная зависимость российского налогоплательщика от иностранной компании - кредитора выражается в самом факте подконтрольности обоих лиц единому центру - иностранной материнской компании (вхождение в международный холдинг), даже если между самим заимодавцем и непосредственно заемщиком отсутствуют отношения подчиненности и подконтрольности (владение акциями или долями в уставном капитале ). Аналогичный вывод содержится в п. 12 Обзора Президиума Верховного Суда РФ от 16.02.2017 о практике рассмотрения судами дел, связанных с применением отдельных положений раздела V.1 и ст. 269 НК
счету 66.3 и иные оборотно-сальдовые ведомости не являются документами первичного учета и не подтверждают факт возникновения задолженности перед ФИО3 По утверждению представителей истца, являющегося ответчиком по встречному иску, из бухгалтерской (финансовой) отчетности ООО «СТК» за 2013 - 2015 годы следует, что в разделе «Пассив» в графе долгосрочные заемные средства, краткосрочные заемные средства нет каких-либо данных о наличии задолженности ООО «СТК» перед третьими лицами. Природа появления сальдовой ведомости по счету 66.3 представителям истца неясна, они оспаривают достоверность данного документа. Представители ООО «СТК» заявили о пропуске ФИО3 срока исковой давности при подаче встречного иска, так как ее требования основаны на платежах, произведенных в 2013 году. ФИО3 и ее представители возражали против удовлетворения иска ООО «СТК», ссылаясь на то, что ФИО3 в период с 18 июня 2008 г. по 16 октября 2017 г. являлась учредителем ООО «СТК» с долей в уставном капитале 50%, должность директора общества занимала второй учредитель с долей в
и законные интересы административного истца. Полагают, что включение в необходимую валовую выручку расходов на погашение заемных средств, обусловленных неоплаченной дебиторской задолженностью за услуги по передаче электрической энергии экономически необоснованно, приведет к повторному учету затрат, что противоречит основным принципам Основ ценообразования. В период с 01 июля 2018 года по 01 июля 2019 года филиал ОАО «МРСК Урала» - «Челябэнерго» исполнял функции гарантирующего поставщика. По итогам работы дебиторская задолженность потребителей перед филиалом ОАО «МРСК Урала» - «Челябэнерго», как перед гарантирующим поставщиком, составила 4 870,21 млн. руб. Таким образом, кредитный портфель сформировался, в том числе, в период деятельности административного истца в качестве гарантирующего поставщика и в дальнейшем был рефинансирован. Расходы на обслуживание заемных средств необходимых для поддержания достаточного размера оборотного капитала при просрочке платежей со стороны покупателей (потребителей) электрической энергии (мощности), включающие, в том числе, просроченную задолженность предыдущих лет, уже были учтены при установлении сбытовых надбавок для ОАО «МРСК Урала» - «Челябэнерго», то
в размере 1410472880 руб. с учетом распределения по годам объемов его погашения (учета в тарифах) ранее признан службой экономически обоснованным и подлежащим учету в НВВ организации, соответственно, расходы по обслуживанию заемных средств на цели компенсации недостатка денежных средств, неучтенных службой, также признаны экономически обоснованными. Орган регулирования, отказывая в учете заявленной суммы, в экспертном заключении указывает, что поскольку в материалах тарифной заявки филиала ПАО «Россети Юг» - «Астраханьэнерго» отсутствует информация о целях привлечении кредитов, заявленные организацией расходы в расчет не принимаются. Кроме того, расходы по обслуживанию заемных средств, которые возникли по результатам деятельности до 2018 года (при применении метода доходности инвестированного капитала ), не относятся к экономически обоснованным расходам на основании пункта 7 Основ ценообразования. Согласно пункту 7 Основ ценообразования, при установлении регулируемых цен (тарифов) регулирующие органы принимают меры, направленные на исключение из расчетов экономически необоснованных расходов организаций, осуществляющих регулируемую деятельность. Из объяснений представителей административного ответчика следует, что ни в
