Верховный суд необоснованная налоговая выгода - гражданское законодательство и судебные прецеденты

рамках выездных и камеральных проверок, в том числе с применением методов, установленных главой 14.3 Налогового кодекса Российской Федерации. Верховный Суд Российской Федерации, отказывая налогоплательщику в заявленных требованиях пришел к выводу, что реализация полномочий по доказыванию получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды в рамках выездных и камеральных проверок не относится к случаям контроля соответствия цен, примененных в контролируемых сделках, рыночным ценам. В апелляционном определении от 12.05.2016 N АПЛ16-124 Верховный Суд Российской Федерации отметил, что выявленная (доказанная в рамках выездной или камеральной налоговой проверки) необоснованная налоговая выгода в виде уменьшения налоговой обязанности предполагает ее суммовую оценку. При этом Налоговый кодекс Российской Федерации не предусматривает закрытый перечень способов оценки размера необоснованной налоговой выгоды в целях доначисления налогов и сборов по результатам налоговых проверок и в то же время не содержит запрета на использование методов, установленных главой 14.3 Налоговым кодексом Российской Федерации, в целях определения размера необоснованной налоговой выгоды. Данные выводы содержатся в Решении Верховного

системы налогообложения. Доначисление спорных сумм налогов произведено инспекцией в результате применения к сделкам общества положений статей 20, 40 Налогового кодекса РФ и методов определения рыночной цены, предусмотренных главой 14.3 раздела V.1 Налогового кодекса РФ, вследствие чего общество утратило с IV квартала 2010 года право на применение упрощенной системы налогообложения и было переведено инспекцией на общую систему налогообложения. Однако Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации признала правильными выводы судов первой и апелляционной инстанций о том, что налоговым органом не доказано получение обществом необоснованной налоговой выгоды , а также наличие взаимозависимости между физическими лицами и обществом, в связи с чем признала неправомерным перерасчет налоговых обязательств общества посредством определения рыночных цен по сделкам купли-продажи объектов недвижимости. Данные выводы содержатся в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.12.2016 N 308-КГ16-10862 по делу N А32-2277/2015 (ООО "Аквапарк" против Инспекции Федеральной налоговой службы по городу-курорту Анапа). Необоснованная налоговая выгода. 7. Противоречия в доказательствах,

в производственный процесс подконтрольного аффилированного лица индивидуального предпринимателя Бочарова П.С., деятельность которого носила формальный характер в отсутствие деловой цели. Верховный Суд Российской Федерации (далее - ВС РФ), отменяя постановление суда кассационной инстанции, удовлетворившего заявленные требования Общества, указал, что совокупность установленных в ходе проведенной налоговой проверки обстоятельств подтверждает факт согласованности действий Общества и подконтрольного индивидуального предпринимателя, применяющего систему налогообложения в виде ЕНВД. ВС РФ пришел к выводу о том, что целью таких действий является уклонение от уплаты налога на прибыль организаций и НДС путем формального заключения с указанным лицом взаимных договоров поручения, по условиям которых Общество и предприниматель от имени друг друга могли совершать действия по оформлению сделок купли-продажи с покупателями товаров, что позволяло им распределять между собой полученную выручку в целях минимизации своих налоговых обязательств и получения необоснованной налоговой выгоды . В частности, ВС РФ учел, что реализация товаров предпринимателя осуществлялась преимущественно в пределах торговых площадей, используемых Обществом, при

31 Налогового кодекса Российской Федерации, применил расчетный метод, правильность расчетов при котором налогоплательщик не опроверг. Суммы налогов, подлежащие уплате в бюджет, исчислены налоговым органом на основании данных, имеющихся в первичных документах, изъятых правоохранительными органами, а также полученных от общества, его контрагентов, данных бухгалтерского учета общества, данных о движении денежных средств в банках. Данные выводы содержатся в судебных актах, поддержанных Определением Верховного Суда Российской Федерации от 05.09.2018 N 308-КГ18-12753 по делу N А32-44581/2017 (ООО "Гурман А" против Межрайонной ИФНС России N 13 по Краснодарскому краю). 9. Налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода в результате занижения налога на прибыль путем манипулирования ценами по сделкам с взаимозависимым лицом, что свидетельствует об обоснованности проведенной налоговым органом проверки. В ходе проверки инспекцией установлено, что общество по сделкам с взаимозависимым предпринимателем занизило налогооблагаемую базу по налогу на прибыль путем увеличения затрат по приобретению товара. Между обществом (покупатель) и предпринимателем был заключен договор поставки стали рулонной и тонколистового

налоговых органов, установленные законодательством о налогах и сборах. Кодекс не предусматривает закрытый перечень способов оценки размера необоснованной налоговой выгоды в целях доначисления налогов и сборов по результатам выездных и камеральных налоговых проверок и не содержит запрета на использование методов, установленных главой 14.3 Кодекса, в целях определения ее размера. Ссылка ООО "Минводы-Кровля" на противоречие обжалуемого решения определению Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 11 апреля 2016 г. N 308-КГ15-16651 безосновательна. В указанном определении отсутствует вывод суда о том, что при определении размера необоснованной налоговой выгоды территориальные налоговые органы ограничены в применении методов налогового контроля. Представленное административным истцом в обоснование доводов о незаконности решения суда филологическое исследование содержания абзаца двенадцатого Письма не опровергает вывод суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для признания этого абзаца недействующим. Привлечение судом к участию в деле Федеральной налоговой службы в качестве административного ответчика, а не заинтересованного лица не влечет отмену обжалуемого

решением инспекции, общество оспорило его в Арбитражный суд города Москвы. Рассматривая настоящий спор, суды согласились с выводами инспекции, указав, что действия общества в рамках спорных субарендных отношений направлены на получение необоснованной налоговой выгоды, и отказали обществу в удовлетворении заявленных требований. Обжалуя указанные судебные акты в Верховный Суд Российской Федерации, общество ссылается на существенное нарушение судами норм материального и процессуального права, повлиявшее на исход дела. В частности, общество приводит доводы о том, что расценивая финансово-хозяйственные отношения общества по субарендным отношениям как направленные на получение необоснованной налоговой выгоды, ни инспекция, ни суды при рассмотрении дела не привели мотивированного обоснования, в чем именно выразилась необоснованная налоговая выгода у каждого из участников арендных и субарендных отношений. Ссылаясь на то, что субарендные отношения привели к увеличению стоимости арендной платы, ни инспекция, ни суды не указывают каким образом эти отношения привели к получению участниками этих отношений необоснованной налоговой выгоды. Как указывает общество, то обстоятельство, что

компаний, подконтрольных обществу «СПБ ЮЗ ЮСС». На основании изложенного суд апелляционной инстанции согласился с выводом инспекции о том, что налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода в результате участия в схеме неправомерного предъявления НДС к вычету по взаимоотношениям с обществом «СПБ ЮЗ ЮСС». Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации находит, что обстоятельства, изложенные судом апелляционной инстанции, могли иметь значение для оценки правомерности применения налоговых вычетов, если в совокупности с иными обстоятельствами они позволяют сделать вывод об участии налогоплательщика в организации уклонения от уплаты НДС в связи с поставками драгоценных металлов обществом «СПБ ЮЗ ЮСС» и подконтрольными этому поставщику лицами. Однако, делая вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды в результате согласованных действий с обществом «СПБ ЮЗ ЮСС», суд апелляционной инстанции лишь воспроизвел содержание решения налогового органа, которое являлось предметом оспаривания по настоящему делу. В нарушение положений статей 10, 71, части 1 статьи 168 и пункта 2 части 4 статьи 170 Арбитражного

из «теневого» (необлагаемого налогами) оборота и осуществить их полное налогообложение (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 № 309-ЭС20-23981). Принимая во внимание изложенное, противодействие злоупотреблениям в сфере налогообложения не должно приводить к определению налоговой обязанности в относительно более высоком размере - превышающем потери казны от неуплаты налогов, возникшие на той или иной стадии обращения товаров (работ, услуг), приобретенных налогоплательщиком. Иное означало бы применение санкции, что выходит за пределы мер, необходимых для обеспечения всеобщности и равенства налогообложения. Если в цепочку поставки товаров включены «технические» компании, и в распоряжении налогового органа имеются сведения и доказательства, в том числе раскрытые налогоплательщиком - покупателем, позволяющие установить лицо, которое действовало в рамках легального хозяйственного оборота (осуществило фактическое исполнение по сделке с товаром и уплатило причитавшиеся при ее исполнении суммы налогов), то необоснованной налоговой выгодой покупателя может быть признана та часть расходов, учтенных при исчислении налога на прибыль организаций, и примененных

с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. В отзыве на кассационную жалобу налоговый орган просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения. Изучив материалы дела, проверив в соответствии с положениями статьи 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, Судебная коллегия приходит к следующим выводам. Как установлено судами и подтверждается материалами дела, в период с 2004 года по 2012 год предприниматель зарегистрировал ряд организаций (общества с ограниченной ответственностью ЮЗ «Золотые купола», «Макс», «Пилот», «Снежка», «Авакс», «Альфа», «Бета», «Гамма», «Кати Голд», «Майкл Голд», «Золотые Купола», ЮК «Золотые купола»), осуществляющих аналогичные виды деятельности, связанные с производством и реализацией ювелирных изделий, драгоценных камней и металлов. Основанием для доначисления соответствующих сумм налогов, пени, штрафов послужили выводы налогового органа о том, что в проверяемом периоде налогоплательщиком получена необоснованная налоговая выгода в связи с дроблением единого бизнеса на ряд взаимозависимых юридических лиц с целью

и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным основанием для пересмотра судебных актов в кассационном порядке, а также если указанные доводы не находят подтверждения в материалах дела. При изучении доводов кассационной жалобы и принятых по делу судебных актов не установлено оснований, по которым кассационная жалоба может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Основанием для доначисления налогоплательщику оспариваемых сумм НДС, начисления пени и штрафа послужили выводы инспекции о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в результате применения налоговых вычетов по сделкам общества с контрагентами – обществами с ограниченной ответственностью «Альфа», «ТехСтрой», «Лорет». Изучив полно и всесторонне представленные в материалы дела доказательства, оценив их в совокупности и взаимосвязи, с учетом выводов экспертизы и показаний свидетелей, суды первой и апелляционной инстанций исходя из обстоятельств, подтверждающих отсутствие ведения контрагентами финансово-хозяйственной деятельности, недостоверность сведений, указанных в первичных документах, не проявление должной

полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, заявитель и иные участники процесса лишены возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.09.2020 по делу № 310ЭС20-6760). Судами учтено, что налоговый орган представил доказательства ведения обществами «Жилсервис», «РСУ» и «РЭП» единой хозяйственной деятельности под контролем ФИО9, ФИО1, ФИО8, ФИО5 и извлечения ими выгоды от задействования в схеме «дробления бизнеса», направленной на получение необоснованной налоговой выгоды от занижения сумм налога подлежащего уплате в бюджет. При этом налоговым органом представлены сведения о всех поступлениях денежных средств от общества «РЭП» в общества «Жилсервис» и «РСУ», сведения о распределении заработной платы ФИО9, ФИО1, ФИО8, ФИО5 во всех трех организациях, представлен смоделированных расчет совокупного экономического результата деятельности всех трех организаций при

с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком - покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик - покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 № 305-ЭС19-16064). Изложенный выше правовой подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, нашел отражение в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества

установлению при оспаривании правомерности применения налоговых вычетов по основаниям, связанным с отсутствием экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком-покупателем, помимо данного факта также относится реальность приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности, и то, преследовал ли налогоплательщик-покупатель цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, знал или должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях (определения Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 №307-ЭС19-27597, от 28.05.2020 №305-ЭС19-16064). Изложенный выше правовой подход к разрешению споров, связанных с получением необоснованной налоговой выгоды за счет вычета (возмещения) НДС, нашел отражение в пункте 35 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2020. На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема

субконтрагентами, поскольку эти действия относятся к деятельности налогового органа (аналогичные выводы изложены в определениях Верховного суда Российской Федерации от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399 по делу № А40-71125/2015, от 6 февраля 2017 г. № 305-КК16-14921 по делу № А40-120736/2015). Все эти обстоятельства также нашли отражение во вновь введенной в Налоговый кодекс Российской Федерации статье 54.1, которая устанавливает, что в случае реальности хозяйственной операции и отсутствии у налогоплательщика цели неуплаты (неполной уплаты) и (или) зачета (возврата) суммы налога выявленные налоговым органом нарушения налогового законодательства у контрагента налогоплательщика не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным. В соответствии с ч. 2 ст. 54 Конституции Российской Федерации указанная норма подлежит применению в настоящем деле, поскольку она трактует в пользу налогоплательщика обстоятельства, связанные с выявлением и установлением необоснованной налоговой выгоды . Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды во взаимоотношениях с контрагентами,

и лиц, совершивших такие операции. Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 05.03.2009 № 468-О-О указал на то, что налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение достоверности сведений и обоснованности требований, изложенных в документах, на основании которых он претендует на получение налоговых вычетов, несет риск неблагоприятных последствий своего бездействия в виде невозможности принятия к вычету соответствующих сумм налога. Судами высшей инстанции, в том числе определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016 № 305-КГ16-4920 неоднократно указано на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды , является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса. В соответствии с постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - постановление № 53) под

недвижимого имущества, принадлежавшего налогоплательщику на праве собственности. Указанный вывод налогового органа, о необходимости доначисления сумм налоговых задолженностей и штрафов по НДС неуплаченному в бюджет ФИО1 по сделкам, совершенным в связи с фактически осуществляемой предпринимательской деятельностью, соответствует правовым нормам налогового законодательства, содержащимся в абз. 4 п. 2 ст. 11, п. 1 ст. 143, п. 1 ст. 146, ст. 153 НК РФ и правовой позиции изложенной в определении Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, №. Необоснованным представляется довод налогоплательщика о том, что налоговым органом неправомерно сделан вывод о занижении административным истцом налоговой баз по НДФЛ в размере <данные изъяты> <данные изъяты> рублей, то есть в размере расходов, заявленных налогоплательщиком к имущественному налоговому вычету, в принятии которых налоговым органом было отказано. Указанные расходы были заявлены налогоплательщиком как понесенные в связи с оплатой работ по договору подряда от ДД.ММ.ГГГГ, заключенным между ФИО1 (заказчик) и ООО «<данные изъяты>» (подрядчик). Предметом данного договора

в законную силу отозвать из ИФНС по Сургутскому району ХМАО-Югры указанные справки о доходах и направить уточненную информацию, взыскать расходы по госпошлине. Требования мотивировала тем, что ее супруг ИАС ДД.ММ.ГГГГ погиб при исполнении производственного задания работодателя – ответчика по данному делу. Апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 26.02.2018 с ответчика в ее пользу были взысканы проценты за необоснованную задержку единовременной денежной выплаты в результате несчастного случая на производстве со смертельным исходов в размере 430 311 рублей и судебные расходы в размере 10 500 рублей, всего 445 011,31 рублей, которые ответчиком ей были выплачены добровольно.Указанную сумму ответчик включил ей в налогооблагаемый доход, о чем сообщил в налоговый орган, что незаконно, поскольку полученная ею выплата является компенсационно-восстановительной, взыскана за просрочку ответчиком обязательств по возмещению вреда в результате несчастного случая на производстве со смертельным исходом, представляет собой меру ответственности, носит карательный характер для одной из сторон и компенсационный для другой, является средством