от 01.02.2017 № 1, содержащая сведения о перевозчике, автомобиле, водителе, маршруте, стоимости, включая охрану, организация которой возложена на экспедитора. При осуществлении перевозки груза, соответствующей реквизитам заявки, часть груза утрачена вследствие хищения. В силу договора экспедитор несет перед заказчиком ответственность за утрату груза в виде реального ущерба, причиненного по вине экспедитора. Согласно статье 805 Гражданского кодекса Российской Федерации экспедитор вправе привлечь к исполнению своих обязанностей других лиц, что не освобождает его от ответственности перед клиентом за исполнение договора. За подбор лиц, осуществивших перевозку, в процессе которой утрачен груз, в силу договора 05.10.2016 № 013-АТ и закона отвечает экспедитор. В такой ситуации довод АО «СОГАЗ» о несоответствии выводов судов о непричастности экспедитора к несохранной перевозке и принятии им мер к надлежащему исполнению обязательств перед заказчиком закону, договору и обстоятельствам перевозки заслуживает внимание. Для проверки указанного довода кассационная жалоба передается для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской
спорный груз был принят от имени ООО «Эстетик-Групп» неуполномоченным лицом, не являющимся представителем и работником ответчика, несостоятельна, поскольку перевозка спорного груза производилась уполномоченным представителем ответчика водителем ФИО2, кандидатура которого, государственный регистрационный знак и марка транспортного средства были представлены самим ответчиком согласно заявке № 8 от 19.07.2017 на транспортно-экспедиционное обслуживание и перевозку грузов автомобильным транспортом в междугородном сообщении. Кроме того, в соответствии с пунктом 2.2.4. заключенного сторонами договора водители транспортных средств являются представителями экспедитора. Аналогичная позиция изложена в пункте 8 Обзора судебнойпрактики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2017, согласно которой экспедитор несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза на основании статьи 7 Закона о транспортной экспедиции, если он фактически осуществлял перевозку своими собственными транспортными средствами (фактический перевозчик), выписал свой транспортный документ или иным образом выразил намерение взять на себя ответственность перевозчика (договорный перевозчик). Доводы апелляционной жалобы
59), который должен был составлять от +8 до +12 ºС, а также актом контроля погрузки продукции от 08.07.2020 (т.2. л.д. 180-181), подписанным водителем перевозчика при приемке груза к перевозке. Суд исходит из того, что водителем при приеме продукции осуществлена приемка груза по качеству, что подтверждается актом контроля погрузки продукции от 08.07.2020 (т.2. л.д. 180-181), сведения о температурном режиме установлены непосредственно в заявках (т.1. л.д. 55, 59), который должен был составлять от +8 до +12 ºС. Следовательно, приняв на себя данное обязательство, ответчик как экспедитор должен доказать выполнение данных условий. Доказательства соблюдения указанного температурного режима в течение срока доставки товаров в нарушение ст. 65 АПК РФ в материалы дела не представлены. Пунктом 1 Обзора судебнойпрактики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2017, разъяснено, что перевозчик является коммерческой организацией, осуществляющей на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, и
к исполнению ответчиком заявки на оказание транспортно-экспедиционных услуг б/н от 27.02.2017 с указанием данных водителя и автотранспортного средства, не является доказательством перевозки груза ответчиком. Между тем, судами при рассмотрении настоящего спора не применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения и не было учтено следующее. Согласно положениям пункта 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договорной перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортной экспедиции» экспедитор несет ответственность за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза на основании пункта 2 статьи 6 и статьи 7 Закона о транспортной экспедиции, если он выразил намерение гарантировать сохранную перевозку груза, в том числе принял на себя ручательство за исполнение договора перевозки (далее – договорной перевозчик). Аналогичная правовая позиция изложена была также в пункт 8 Обзора судебнойпрактики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортной экспедиции, утвержденного Президиумом Верховного Суда
транспортной экспедиции, либо уполномоченному им лицу, если не докажет, что утрата, недостача или повреждение (порча) груза произошли вследствие обстоятельств, которые экспедитор не мог предотвратить и устранение которых от него не зависело. В ситуации отсутствия необходимого в силу договора мотивированного отказа от исполнения поручения клиента, а принятия, как предусмотрено договором, поручения к исполнению с сообщением клиенту информации о перевозящем груз водителе и транспортном средстве экспедитор не вправе ссылаться на перевозку и утрату груза сторонним лицом и ненаступление ответственности за действия привлеченного им к оказанию услуги лица (пункт 31 Обзора судебнойпрактики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 10.06.2020). Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.06.2015 № 304-ЭС15-1942, одним из существенных условий для возложения на экспедитора ответственности за утрату, недостачу или повреждение (порчу) груза до выдачи его получателю является факт принятия груза экспедитором. Суд первой инстанции установил, что принятие груза
№ 581 от 08.12.2011, № 647 от 28.12.2011, № 542 от 14.05.2012 оформленные от имени руководителя истца ФИО5 на водителей-экспедиторов ФИО2, ФИО4, ФИО1, ФИО3 судом первой инстанции обоснованно не приняты, поскольку сами по себе доверенности не являются документами, подтверждающими факт возврата тары. Получение от ответчика заявленной в иске многооборотной тары истец отрицает. Иные, представленные в материалы дела накладные с учетом их содержания и объема доказательств, недостаточны для выводов об установившейся во взаимоотношениях сторон практики по возврату тары, а также о том, что возврат спорной тары осуществлялся путем передачи ее водителям-экспедиторам при доставке товара ответчику. Обстоятельства, установленные вступившими в законную силу судебными актами по делу № А60-35496/2012 по спору между ООО «АКР-Трейдинг» и ООО «Пикник-28», не свидетельствуют о том, что между истцом и ответчиком по данному делу сложилась такая же практика по возврату тары, как во взаимоотношениях между ООО «АКР-Трейдинг» и ООО «Пикник-28». В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса
апреля 2018 года между сторонами по настоящему делу, в соответствии с условиями которого «Работник», занимающий должность водителя-экспедитора в ООО «Выборг-Транс», принимает на себя полную материальную ответственность за недостачу вверенного ему «Работодателем» имущества, а также за ущерб, возникший у «Работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (том № 1 – л.д.11). Другие представленные истцом письменные доказательства – трудовая книжка установленного образца с вкладышем к ней свидетельствуют о том, что на основании трудового договора № 05/04/18 от 5 апреля 2018 года ФИО1 был принят на работу в ООО «Выборг-Транс» на должность водителя-экспедитора (приказ № 9 от 5 апреля 2018 года) и уволен 4 марта 2019 года по собственному желанию (приказ № 8 от 4 марта 2019 года) (том № 1 – л.д.13 – 17, том № 3 – л.д.16 - 32). В ходе судебного разбирательства по настоящему делу суд первой инстанции также установил, что 16 февраля 2019 года в 09
