соглашением от 09.10.2015, в пункте 5 которого стороны определили сумму неотработанного подрядчиком аванса и согласовали срок его возврата заказчику. Соглашением от 02.03.2016 о переводе долга общество «Прогресс» (новый должник) приняло на себя обязательство по возврату заказчику суммы неотработанного аванса. Ссылаясь на неисполнение обществом «Прогресс» обязанности по возврату денежных средств, общество «База НЗ» обратилось в суд с настоящим иском; общество «Прогресс» предъявило встречный иск о признании соглашения о переводе долга недействительным. Исследовав и оценив доказательства по делу, суды руководствовались статьями 395, 450.1, 453, 702, 711, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора». Учитывая факт расторжения сторонами договора подряда, его авансирование заказчиком и отсутствие доказательств освоения подрядчиком перечисленного по договору аванса, признав соглашение о переводе долга действительным, суды пришли к выводу о возникновении на стороне общества «Прогресс» неосновательного обогащения в заявленной
и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Между тем таких оснований по результатам изучения обжалуемых судебных актов и доводов кассационной жалобы не имеется. По рассматриваемому спору установлено, что стороны пришли к соглашению о расторжении контракта от 06.11.2012 № МО/9730/12 с условием возврата истцу внесенного аванса, оформив расторжение контракта дополнительным соглашением от 24.06.2013 № 1. В материалы дела представлены две различные по своему содержанию копии дополнительного соглашения от 24.06.2013 № 1: копия в редакции истца и копия в редакции ответчиков. Нетождественность документов имеется в части размера подлежащего возврату аванса. Ни одна из сторон не представила подлинника соглашения. При рассмотрении спора суды, по сути, пришли к выводу о том, что при наличии в материалах дела двух различных по содержанию копий дополнительного соглашения невозможно достоверно установить волю и волеизъявление участников сделки относительно размера подлежащего возврату аванса на основании одних лишь этих копий. Однако суды
этом Исполнителя и принять меры к расторжению договора в установленном законодательством Российской Федерации порядке. 29.07.2016 на совместном совещании представителей Заказчика и Исполнителя был разработан план-график по завершению Исполнителем работ этапов 03, 04 в срок до 12.08.2016. Однако и к указанной дате Исполнитель в установленном договоре порядке работы не сдал. Заказчик письмом от 19.12.2016 исх. № 211/14385 направил Исполнителю на согласование дополнительное соглашение № 2 о расторжении договора № 6-5/13 от 25.09.2014 и возврате аванса по соглашению сторон , а также акт сверки. Указанное дополнительное соглашение Исполнителем подписано не было. Заказчик вторично письмом от 13.04.2017 исх. 385/365 направил Исполнителю на согласование дополнительное соглашение о расторжении договора № 6-5/13 от 25.09.2014 и возврате аванса по соглашению сторон, а также акт сверки. Указанное дополнительное соглашение Исполнителем также подписано не было. На основании изложенного, истец обратился с настоящим иском в суд. В соответствии со ст.450 ГК РФ, договор может быть изменен или расторгнут
Поэтому неустойка, установленная на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения указанной обязанности, начисляется до даты прекращения этого обязательства, то есть до даты расторжения договора. Вместе с тем условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора (например, гарантийные обязательства в отношении товаров или работ по расторгнутому впоследствии договору и т.п.) либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения (например, о порядке возврата уплаченного аванса), сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашениемсторон . Согласно пункту 67 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.032016 № 7 «О применении судами некоторых положений гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» если договором установлена неустойка за неисполнение обязанностей, связанных с последствиями прекращения основного обязательства, то условие о неустойке сохраняет силу и после прекращения основного обязательства, возникшего на основании этого договора. Соответственно, наличие соглашения о расторжении контракта не отменяет ранее установленной
– Соглашение) к Договору. В обоснование исковых требований, истец указал, что согласно пунктам 1, 3, 5 Соглашения стороны прекратили взаимные обязательства по Договору и произвели зачет встречных однородных требований, при этом размер задолженности признанный ответчиком составил 6 405 318, 72 руб. В соответствии с абзацем 4 пункта 11 дополнительного соглашения от 02.03.2018 № 1 к Договору в случае прекращения Договора исполнитель обязуется осуществить возвратаванса, полученного в соответствии с пунктом 5 Дополнительного соглашения, не позднее пяти календарных дней с даты получения соответствующего уведомления. Поскольку соглашение подписано сторонами 18.12.2019 истец, полагая, что с этого дня стороны были уведомлены о прекращении Договора, направил 19.03.2020 в адрес ответчика претензию с требованием погасить задолженность в полном объеме. Претензия была получена ответчиком 26.03.2022, при этом в ответе на претензию АО «Ленморниипроект» признало факт прекращения взаимных обязательств по Договору, однако возвратить денежные средства истца отказалось, в связи с чем АО «Ямалтрансстрой» обратилось в арбитражный суд с
договору, предусмотрев возврат суммы аванса, уплату процентов по ставке 12 % годовых и убытков в твердой сумме, распределив полученную сумму на ежемесячные платежи, предусмотрев ответственность за несвоевременное перечисление установленных платежей. Отказывая в удовлетворении требования о взыскании неустойки за нарушение графика выполнения работ и за нарушение срока получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, суд первой инстанции исходил из того, что отношения между сторонами из договора прекратились, возникли отношения из заключенного соглашения от 10.12.2014. Судом апелляционной инстанции отклоняется ссылка истца на то, что судом первой инстанции неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела. Судом первой инстанции дана надлежащая правовая оценка имеющимся в деле доказательствам. Выводы суда первой инстанции соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Довод истца о том, что суд первой инстанции необоснованно отказал во взыскании пени, неустойки за нарушение графика выполненных работ и за нарушение срока получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, судом апелляционной инстанции признан несостоятельным. Сторонами подписано соглашение
соглашения). Статьей 180 ГК РФ установлено, что недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части. С учетом изложенного недействительность дополнительного соглашения в части установления срока возврата аванса, не влечет недействительности прочих частей данной сделки, в частности принятого на себя ФИО2 обязательства о возвратеаванса в размере <данные изъяты> рублей. Поскольку событие, указанное сторонами дополнительного соглашения от 15 августа 2013 года в качестве срока возврата аванса, не обладает признаком неизбежности судебная коллегия приходит к выводу о том, что стороны не согласовали срок возврата аванса в размере <данные изъяты> рублей. Согласно пункту 2 статьи 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, оно должно быть исполнено в разумный срок после возникновения обязательства. Обязательство, не исполненное в разумный срок, а равно обязательство, срок, исполнения которого определен
№ А40-40782/18 оставлены без изменения, опубликовано 31 января 2020 г. Истец, ссылаясь на данное обстоятельство, полагает подлежащим возврату вознаграждение, полученное Поверенными в соответствии с Дополнительным соглашением. Возражая против удовлетворения заявленных требований, истцы указали, что получения подготовленной кассационной жалобы в Верховный Суд РФ истец письмом исх. № 15 от 24.03.2020 уведомил их об отмене поручения, предусмотренного Протоколом-Поручением, заявил требование о возврате уплаченного аванса в порядке, предусмотренном дополнительным соглашением от 20.01.2020 к Протоколу-Поручению, однако, в силу пункта 5 Протокола-Поручения в случае отказа Доверителя от заявленных требований, указания на отсутствие намерений со стороны доверителя (уполномоченных лиц Доверителя) обжаловать судебные акты в рамках данного дела, выраженное в письменной форме (в том числе по факсу и (или) электронной почте), расторжения настоящего Протокола-поручения Доверителем в одностороннем порядке, вознаграждение Поверенных рассчитывается и выплачивается Доверителем в полном объеме, указанном в п. 3 настоящего Протокола-поручения. Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, указав, что в заключенном сторонами Дополнительном соглашении
