срока договора, порядка возврата имущества после истечения этого срока и условия о неустойке за несвоевременный возврат имущества по окончании срока действия договора не означают, что положения пункта 2 статьи 621 ГК РФ не подлежат применению. Поскольку в данном договоре стороны не исключили действие пункта 2 статьи 621 ГК РФ, то она подлежит применению к правоотношениям сторон. Судами установлено, материалами дела и объяснениями представителей ответчика подтверждается, что по окончании срока договора (31.12.2017) ссудополучатель продолжал пользоваться имуществом, а ссудодатель не возражал против продолжения нахождения имущества в пользовании Общества "ДИМЕДКОМ" вплоть до 20.07.2018, когда в претензии ссудодатель прямо потребовал вернуть имущество в срок до 24.07.2018. Более того, в уведомлении от 19.06.2018 Общество просило направить ему заявку на приобретение расходных материалов к оборудованию, переданному в безвозмездное пользование, и только в случае отказа от такой заявки предлагало возвратить имущество , тем самым подтверждая отсутствие возражений против пользования имуществом по состоянию на 19.06.2018. При таких
членов правления распорядился имущественными правами не только в отношении имущества, полученного от ответчика по сделке, но и частью имущества, принадлежащего непосредственно Фонду в виде неотделимых улучшений, которые согласно п.2.3 договора о безвозмездном пользовании являются собственностью истца. По заявлению ответчикам ссылка истца на п.1 ст.27 Федерального закона «О коммерческих организациях» несостоятельна, поскольку вхождение администрации муниципального района в состав правления Фонда не характеризует его как заинтересованное лицо. Переданное по договору имущество является муниципальной собственностью, и возврат безвозмездно полученного имущества не лишает Фонд продолжить уставную деятельность, которая осуществлялась до заключения договора от 16.08.2016г. В судебном заседании представитель истца также заявил, что соглашение о расторжении договора безвозмездного пользования от 16.08.2016г. заключено 14 сентября 2017г. Главой Администрации муниципального района «Дульдургинский район» ФИО8, который на основании результатов выборов вступил в должность только с 15.09.2017г. В судебном заседании представители ответчика пояснили, что соглашение о расторжении договора было подписано Главой Администрации муниципального района «Дульдургинский район» ФИО8 позже 14.09.2017г.
ИП ФИО3 истцом были представлены только лишь сам договор и акт сверки взаимных расчетов с ним по состоянию на 30.09.2012 года, при этом акта приема-передачи спектрофотомера по договору аренды от ИП ФИО3, истцу не представлен, доказательства фактической передачи имущества в аренду отсутствуют. Не нашел своего подтверждения и довод истца о расторжении договора № Ч056/БП от 13.04.2011 года, поскольку в претензии, на которую указывает истец, речь идет лишь о необходимости исполнения п.2.4. договора о возвратебезвозмездно полученного имущества при прекращении использования материалов Дюпонт приобретаемого у ответчика или приобретении таких материалов у иных лиц. Следует также отметить, что оборудование, предоставленное истцу по договору № Ч056/БП от 13.04.2011 года, до настоящего времени находится у истца и не возвращено ответчику, что подтверждается также инициированным ответчиком иском к истцу об обязании последнего возвратить оборудование, рассматриваемого в рамках дела № А65-31096/2012. Кроме того истец просит взыскать с ответчика 385.000 рублей убытков в виде упущенной выгоды. Согласно
дела суду необходимо: учесть, что удовлетворение требований лизинговой компании в части включения требований в реестр требований кредитора путем установления сальдо встречных обязательств к банкроту, в том числе учитывающее стоимость невозвращенного спорного имущества, является не более чем судебным признанием, но не надлежащим исполнением лизингополучателем обязательства по возврату имущества и (или) его стоимости; принять во внимание, что истец как сторона, передавшая во исполнение расторгнутого в настоящее время договора лизинга спорное имущество (кран) третьему лицу, которое, в свою очередь, без каких-либо правовых оснований передало имущество в безвозмездное пользование ответчику, и не получившая с учетом введения в отношении третьего лица процедуры банкротства и отсутствии данных о судьбе имущества какого-либо равноценного встречного предоставления, вправе требовать от другой стороны (сторон) возврата исполненного в той мере, в которой такое исполнение будет считаться равноценным применительно к абзацу 2 пункта 4 статьи 453, пункту 1 статьи 1102 ГК РФ; дать оценку действиям ООО «Радужный и ООО «Западно-Сибирский Холдинг»
обязательство, на прекращение которого направлена данная сделка, возникло до принятия заявления о признании должника банкротом (в данном случае все договоры займа прекратили свое действие до 27.08.2014г.), то восстановленное требование не относится к текущим платежам и такой кредитор является конкурсным кредитором должника (абз. 2 п. 4 ст. 61.6 Закона о банкротстве). Требование ФИО3 к включению в реестр требований кредиторов ООО «Тензор-Юг» не заявлялось и оплата ею задолженности, равно как и расторжение договора с целью возврата безвозмездно полученного имущества банкроту, по договору купли-продажи от 04.04.2014г. не производилось. Если бы задолженность была погашена ФИО3 либо был бы расторгнут договор купли-продажи от 04.04.2014г. и имущество было бы возвращено в конкурсную массу банкрота, то требования ФИО3 в случае обращения ее обращения с соответствующим требованием в суд в рамках дела № должны были бы быть включены в третью очередь требований кредиторов должника (либо признаны подлежащими удовлетворению в порядке, установленном п. 4 ст. 142 Закона о банкротстве)
имущество отсутствием у ООО «АльваСофт» права на односторонний отказ от договора (т.1, л.д.12). Отказ ссудополучателя возвратить имущество ссудодателю обусловил обращение ООО «АльваСофт» в суд с иском к ФИО1 Решением Советского районного суда г.Красноярска от 9 октября 2019 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Красноярского краевого суда от 10 февраля 2020 г., принятым по делу по иску ООО «АльваСофт» к ФИО1 о расторжении договора безвозмездного пользования и возврате имущества, расторгнут вышеназванный договор безвозмездного пользования имуществом от 20 мая 2019г., заключенный между сторонами, и на ФИО1 возложена обязанность в течение 3-х дней с даты вступления решения суда в законную силу возвратить ООО «АльваСофт» все полученное по этому договору имущество, перечень которого соответствует договору (т.1, л.д. 47-50, 51-54). Из указанного решения суда от 9 октября 2019 г., вступившего в законную силу, принятого по спору между теми же сторонами, следует, что удовлетворяя иск ООО «АльваСофт» к ФИО1, суд установил
