необоснованной муниципальной преференции и создании дискриминационных условий для неограниченного круга хозяйствующих субъектов, что отражено в решении управления от 09.04.2015 по делу № 21-05/04-15А. Учреждению также предписано произвести возврат объектов муниципальной собственности, находящихся в пользовании общества. В ответ на запрос антимонопольного органа о причинах отсутствия сведений об исполнении указанного предписания учреждение пояснило, что им ведутся мероприятия по инвентаризации спорных объектов; также указало, что общество отказалось выступить с инициативой заключения концессионного соглашения спорного имущества ввиду действительности (по мнению общества) договора аренды, обозначив желание приватизировать арендуемые объекты энергетической инфраструктуры. Оспариваемым в рамках данного спора решением антимонопольного органа общество признано нарушившим положения пункта 8 части 1 статьи 10 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции). Нарушение выразилось в уклонении от возврата арендуемых объектов муниципальной собственности энергетической инфраструктуры, а также в планировании приватизации спорных объектов. По мнению управления, в уклонении общества от передачи имущества, переданного в аренду
следуя достигнутой с покупателем договоренности, израсходовал большую часть полученного аванса на исполнение обязательства по возврату заемных средств банку, обеспечив тем самым погашение записи о залоге в отношении недвижимого имущества. Кроме того, после заключения предварительного договора лица, проживавшие в жилом доме, были сняты с регистрационного учета. После возникновения обязанности возвратить аванс, полученный по предварительному договору, Хаймс М.С. зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя и работал таксистом, направляя часть доходов от этой деятельности на погашение задолженности перед Морозовой О.А. После возбуждения дела о банкротстве Хаймс М.С. продал свой автомобиль, направил вырученные денежные средства на расчеты с кредиторами и устроился работать водителем. Таким образом, апелляционный суд установил, что должник действовал добросовестно: исполнял предварительный договор купли-продажи и не уклонялся от погашения задолженности перед Морозовой О.А. Отменяя постановление апелляционного суда, окружной суд согласился с выводом суда первой инстанции о злостном уклонении ФИО1 от погашения кредиторской задолженности. Суд округа счел, что освобождение должника от исполнения обязательств
о нарушении норм материального и процессуального права. При этом аргументы об использовании ответчиком имущества в период, когда арендные отношений прекратились, не подтверждены надлежащими доказательствами, не учитывают единичность обозначенного кассатором предположительного факта и отношении его к части имущества. Значение соглашения о расторжении договора аренды, на которое ссылается ООО «Адмирал», исчерпывающим образом оценено апелляционной инстанцией. В том числе с учетом недобросовестного поведения истца и правовой позиции о недопустимости требовать с арендатора плату за период просрочки возврата имущества при уклонении арендодателя от его приемки (пункт 37 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»). При этом по существу был отмечен формальный характер указанного соглашения. Позиция ответчика о вынужденном характере этого соглашения подтверждается материалами дела и кассатором не опровергнута. Кроме того, необходимо учесть, что претензия ООО «Адмирал» о возмещении убытков в размере восстановительного ремонта при должном варианте поведения предполагала обращение в суд с
статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), то есть в период осуществления ФИО1, как конкурсным управляющим, полномочий руководителя должника (пункт 1 статьи 129 Закона о банкротстве). Однако после прекращения действия договора аренды (с 23.12.2010) должник арендуемые помещения не освободил и по акту приема-передачи не возвратил, что повлекло к взысканию с него в пользу собственника имущества арендной платы (в размере 299 719 руб. 29 коп.) за период уклонения от возврата арендованного имущества и штрафных санкций за уклонение от возврата арендованного имущества (в размере 10 000 руб.) в порядке, предусмотренном статьей 622 ГК РФ. Согласно пункту 1 статьи 16 АПК РФ вступившие в законную силу судебные акты арбитражного суда являются обязательными для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан и подлежат исполнению на всей территории Российской Федерации. Анализ материалов дела свидетельствует о том, что при рассмотрении ходатайства представителя собрания кредиторов и заявления конкурсного
статьи 1103 ГК РФ предусмотрено, что поскольку иное не установлено названным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством. Статьей 1107 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения. В силу пункта 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Из приведенных правовых норм следует, что
месяца составляет 72 000 руб., НДС не предусмотрен. Пунктом 2.3.4 договора предусмотрено, что арендатор обязан в установленные договором сроки вносить арендную плату. Исследовав и оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что возврат арендованного имущества после даты истечения срока действия договора аренды от 30.09.2015 № 124 и прекращения договорных отношений предприятием не осуществлен. С учетом преюдициальных обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами по делам № А60-60389/2015 и № А60-59371/2016 суды пришли к верному выводу, что просрочка кредитора (арендодателя) отсутствует, поскольку последний своевременно указал адрес места доставки арендованного имущества письмом от 29.12.2015. Довод ответчика об уклонении истца от приемки торговых павильонов признан судами необоснованным, противоречащим материалам делам дела. Суды указали на наличие в материалах дела писем истца о намерении принять торговые павильоны из аренды в связи с истечением срока действия договора: письма от 29.12.2015 (получено ответчиком 21.12.2015, о
РФ, поскольку судом первой инстанции было принято решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, обжалуемый судебный акт подлежит безусловной отмене в соответствии с п. 4 ч. 4 ст. 330 ГПК РФ. Обращаясь в суд с иском, истец заявил требования о взыскании процентов за неправомерное уклонение от возврата задолженности в связи с неисполнением судебного акта, о признании права собственности на имущество, обращении на него взыскания с перечислением денежных средств в счет уплаты задолженности перед истцом, признании притворными сделок по приобретению автомобилей. При рассмотрении исковых требований ФИО1 о взыскании процентов за неправомерное уклонение от возврата задолженности в связи с неисполнением судебного акта суд апелляционной инстанции приходит к следующему. Из материалов дела следует, что решением Центрального районного суда г. Челябинска от 24 декабря 2010 г. с учетом определения того же суда от 24 февраля 2011 г. об исправлении описки, вынесенными по гражданскому делу по исковому заявлению
