лицу за период отстранения от работы в соответствии с законодательством Российской Федерации, если за этот период не начисляется заработная плата; выплаченное работнику за этот период пособие по временной нетрудоспособности не подлежит возмещению за счет средств Фонда социального страхования Российской Федерации. Приведенные в жалобе доводы об отсутствии у работодателя оснований для отказа в назначении пособия основаны на неправильном толковании статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой пособие по временной нетрудоспособности не назначается за период отстранения работника от работы без сохранения заработной платы, тогда как отстранение от работы в соответствии с законодательством Российской Федерации за период, за который заработная плата начисляется, основанием для отказа в назначении пособия застрахованному лицу не является. Иные доводы заявителя, в том числе о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 в связи с отсутствием в его действиях признаков состава преступления, сами по себе не свидетельствуют о существенных нарушениях судами норм материального права и (или) норм
и только в предусмотренных федеральным законом случаях, в то время как на основании оспариваемой нормы такой работник фактически уравнивается с государственными гражданскими служащими, которые в силу Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» могут быть временно отстранены от занимаемой должности на период проведения в отношении их проверки. Трудовой кодекс Российской Федерации при таком отстранении не соблюдается, что понижает в правах работников, заключивших с Минобрнауки России трудовой договор, по сравнению с правами, гарантированными им ТК РФ и Конституцией Российской Федерации, не содержащих правовых оснований и порядка для отстранения от должности на время, а содержащих основания только для отстранения от работы в порядке статьи 76 ТК РФ, используемой для выполнения процедуры отстранения названным министерством. В обоснование своего требования административный истец указал, что он был назначен на должность временно исполняющего обязанности директора организации, подведомственной Министерству науки и высшего образования Российской Федерации. После направления документов о
2017 года ФИО3 отказано в удовлетворении иска к ГБУ ТО «Тюменская база авиационной и наземной охраны лесов» о признании незаконным и отмене приказа о временном отстранении от выполнения трудовой функции, признании незаконным отстранения от работы, признании недействительными результатов служебной проверки, взыскании компенсации морального вреда. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тюменского областного суда от 05 марта 2018г. решение Калининского районного суда города Тюмени от 06 декабря 2017г. отменено в части, признано незаконным временное отстранение от работы с 21 июля 2017 г., признан незаконным и отменен приказ №730 –л/с от 21.07.2017 о временном отстранении от выполнения трудовой функции, с ГБУ ТО «Тюменская база авиационной и наземной охраны лесов» в пользу ФИО3 взыскана компенсация морального вреда и госпошлина. 5 апреля 2018 г. в Калининский районный суд города Тюмени от истца ФИО3 поступило заявление о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб. ФИО3 в судебное заседание не явилась,
19.02.2018 года № 855-р-а/1 об отстранении ФИО1 от должности с 19.02.2018 года. Заработная плата истцу в течение периода отстранения от работы не начислялась. Период отстранения от работы не включается в стаж, необходимый для предоставления отпуска. Ежегодный оплачиваемый отпуск на основании заявления от 20.12.2018 года истцу не предоставлялся, в связи с чем, оснований для производства единовременной выплаты, предусмотренной п. 8.4 коллективного договора, не имеется. Оснований для допуска истца к работе также не имеется, поскольку временное отстранение от работы действует в период предварительного расследования и судебного разбирательства, пока необходимость в данной мере не отпала. Проверив материалы дела, выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд считает исковые требования не обоснованными и не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям. Согласно ст. 114 УПК РФ при необходимости временного отстранения от должности подозреваемого или обвиняемого следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора возбуждает перед судом по месту производства предварительного расследования соответствующее ходатайство,
ООО «Русфинанс Банк» и ФИО1 был заключен кредитный договор №, согласно которого заемщику банком предоставлен кредит в размере 153 340 руб. под 29,45 % годовых, сроком на 12 месяцев. Банк свои обязательства по предоставлению кредита выполнил полностью. До апреля 2018 года ежемесячные платежи по погашению кредитной задолженности вносились ФИО1 исправно и в соответствующие сроки. С указанного времени, в связи с неблагоприятным стечением обстоятельств истец утратила возможность производить ежемесячные платежи, причиной явились следующие обстоятельства: временное отстранение от работы , содержание малолетнего и несовершеннолетнего ребенка, заключение под стражу. Согласно графику платежей на настоящий момент задолженность по кредитному договору составляет 94 728,04 руб. 28.03.2018 г. истец обращалась в банк с требованием расторгнуть договор, однако требования истца оставлены без внимания. Ссылаясь на вышеизложенные обстоятельства, истец просила суд расторгнуть договор № от 12.10.2017 г., заключенный между истцом и ООО «Русфинанс Банк». Судом постановлено изложенное выше решение. В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить
