Л.М., возражения на кассационную жалобу представителя ФИО2 адвоката Соболевой М.В., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Власовой Т.А., полагавшей обжалуемые судебные постановления подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Су^а Российской Федерации установила: ФИО1 1 ноября 2018 г. обратилась в су^ с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного источником повышенной опасности. В обоснование иска Четвертакова И.В. указывала на то, что она является дочерью Дьяковой Марины Витальевны, <...> года рождения. 21 сентября 2016 г. около 19 час. 15 мин. гражданин Республики Молдова Мисиру Владимир Викторович, <...> года рождения, управляя автомобилем «НушкЫ РоЛег 37962», при движении задним ходом у дома 2 по ул. Школьной в пос. Шушары Пушкинского района г. Санкт-Петербурга совершил наезд на пешехода Дьякову М.В., которая от полученных телесных повреждений скончалась на месте дорожно-транспортного происшествия. 18 ноября 2016 г. по данному факту было возбуждено уголовное дело по
на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Изучив судебные акты, состоявшиеся по делу, проверив доводы кассационной жалобы заявителя, суд не находит оснований для ее передачи на рассмотрение в Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, исходя из следующего. Как следует из обжалуемых актов, по мнению истца, ФИО5 до его смерти – 20.08.2015 владел акциями Общества. ФИО1, являясь дочерью умершего ФИО5, 28.08.2015 обратилась с заявлением о вступлении в наследство. 11.02.2016 повторно обратившись к нотариусу с заявлением, ФИО1 указала, что в состав наследственного имущества, среди прочего, входят принадлежащие наследодателю акции Общества. Нотариус 16.03.2016 истребовал у Регистратора сведения о количестве, виде, номинальной стоимости и наличии обременении на день смерти ФИО5 акций Общества. В письме от 31.03.2016 № 33-03/202 Регистратор сообщило нотариусу, что ФИО5 не являлся акционером Общества на день смерти 20.08.2015. Истцом был в январе
с 01.01.2015 по 14.10.2017 ФИО1 стало известно, что с 21.06.2017 по 15.09.2017 Компании было перечислено 16 600 000 рублей по следующим сделкам: соглашению от 01.09.2015 № 01/15/А, дополнительному соглашению от 27.04.2017 № 2 к соглашению 01/15 от 01.09.2015, соглашению от 02.05.2017 № 02/17/П, соглашению от 01.09.2017 № 03/17/П, соглашению от 06.09.2017 N 04/17/П. В обоснование аффилированности сторон оспариваемых сделок, истец указал, что управляющим партнером и учредителем Компании является ФИО9, который является супругом ФИО10, которая является дочерью ФИО4 супруги ФИО3, являющихся участниками Общества, в связи с чем, оспариваемые сделки являются сделками, в совершении которых имеется заинтересованность единоличного исполнительного органа Общества – ФИО3 Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 166, 167, 168, 170, 174, 421, 422, 424 Гражданского кодекса, статьи 45 Закона № 208-ФЗ, приняв во внимание разъяснения, изложенные в пунктах 35, 73, 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О
1 квадратный метр, в счет затрат общества по инвестированию строительства. Обществом в лице директора ФИО5 (далее – ФИО5, директор) и ФИО2 20.09.2011 заключен договор уступки прав требования (далее – договор уступки), по условиям которого общество передало, а ФИО2 приняла права требования по договору долевого строительства в части передачи однокомнатной квартиры № 84, общей площадью 30,84 квадратных метра, расположенной по адресу: <...>. Указывая на то, что договор уступки имеет признаки сделки с заинтересованностью, поскольку ФИО2 является дочерью ФИО5, в связи с чем и в соответствии с пунктом 3 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) сделка подлежала одобрению единственным участником общества, а также указывая на причинение в результате заключения сделки убытков обществу, поскольку ФИО2 не исполнено встречное обязательство по оплате уступленного права, право требования реализовано без наценки в соотношении с ценой приобретения, истец обратился в суд с указанным иском. Суд
подземных 1, расположенный на земельном участке площадью 1 449 кв.м) был передан должником в дар дочерям ФИО2 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) по ½ доле в праве каждой. В дальнейшем, по договору дарения долей в праве собственности от 03.10.2019 ФИО1 ее доля подарена ФИО8 и ФИО9 по ¼ доли в праве общей долевой собственности. ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.), ФИО9 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) зарегистрированы в спорном помещении с 29.04.2013 и с 09.01.2013, соответственно. ФИО10 и ФИО1 являются дочерьми ФИО3; ФИО8 и ФИО9 являются сыновьями ФИО1, внуками должника; начиная с 2020 года должник фактически проживает в спорном жилом помещении, расположенном по адресу: <...>. Ссылаясь на отказ в предоставлении доступа в вышеуказанное жилое помещение с целью проведения полной описи (инвентаризации) имущества, принадлежащего должнику, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением. Удовлетворяя заявленные финансовым управляющим требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. Положениями пункта 8 статьи 213.9 Федерального закона от 26.10.2002
в квартире, расположенной по адресу: <...>, были зарегистрированы, помимо прочих лиц, ФИО8 (квартиросъемщик) и две ее дочери ФИО9 и ФИО4, при этом дата рождения ФИО9 совпадает с датой рождения ФИО1, являющейся кредитором по данному обособленному спору, как и адрес, который она указала при подаче требования в суд. Из указанного суд первой инстанции сделал вывод о том, что ФИО9 и ФИО1 – это одно и то же лицо, сменившее фамилию, а поскольку ФИО4 и ФИО9 являются дочерьми квартиросъемщика, то друг другу они приходятся сестрами, в связи с чем суд принял во внимание довод участника ООО «Венеция» ФИО2 о родстве кредитора (ФИО1) и кредитора-заявителя по делу (ФИО4) Апелляционный суд полагает необходимым отметить, что документально родство ФИО1 и ФИО9 не подтверждено, однако ни в суде первой инстанции ни в апелляционной жалобе данное обстоятельство не оспорено и доказательств обратного в материалах дела нет. Таким образом, установив факт проживания ФИО7 в принадлежащей ФИО4 квартире, приняв
с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Для признания сделки притворной необходимо установить, какую цель преследовали все стороны при ее заключении и на что была направлена действительная воля каждой из сторон. Судами установлено и подателем жалобы не отрицается, что конечные приобретатели спорного имущества ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 являются дочерьми учредителей Общества, следовательно, аффилированными по отношению к нему лицами. Суды выяснили, что на момент совершения первой из цепочки сделки (01.04.2016) у должника имелись неисполненные обязательства перед ФИО5 и ФИО3 на сумму более 7 млн руб., установленные вступившим в законную силу судебным актом и включенные в реестр требований кредиторов должника. В этой связи и, отметив, что валюта баланса Общества на 31.12.2015 составила 448 000 руб., на 2016 год – являлась нулевой, суды правомерно указали на
Однако, общее собрание участников долевой собственности по утверждению списка невостребованных земельных долей не состоялось. С момента публикации ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ принимались в письменной форме возражения лиц, считающих, что они или принадлежащие им земельные доли необоснованно включены в список невостребованных земельных долей. Возражения поступили от ФИО4, который является сыном ФИО5, ФИО6, которая является дочерью ФИО7, ФИО8, которая является сестрой ФИО9, ФИО10, которая является дочерью ФИО11, ФИО12, который является сыном ФИО13, ФИО14, ФИО15 и ФИО16, которые являются дочерьми ФИО17 и ФИО18, ФИО19 и ФИО20, которые являются дочерьми ФИО21, ФИО22, который является сыном ФИО23, ФИО24, который является сыном ФИО25, ФИО26, которая является дочерью ФИО27, ФИО28, ФИО29, которые являются дочерьми ФИО30, ФИО31, которая является женой ФИО32, ФИО33, ФИО34, ФИО35, которая является внучкой ФИО36 и ФИО37, ФИО38, которая является дочерью ФИО39, ФИО40, который является сыном ФИО41, ФИО42 и ФИО43, которые являются сыновьями ФИО44, ФИО45, ФИО46, которая является дочерью ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53,
заявлением о принятии наследства, однако нотариусом им было сообщено, что из представленных заявителем документов невозможно установить родственные отношения между ФИО4 и ФИО1, ФИО2 На день открытия наследства, наследодателю принадлежало 12/48 долей в <адрес> площадью 84,9 кв.м. расположенной на втором этаже <адрес> <адрес> ФИО9. Наследниками первой очереди являются истцы и сын наследодателя. При этом, ФИО2 добровольно отказалась от причитающейся ей доли по закону после смерти матери в пользу ФИО1 Истцы просят суд установить, что истцы являются дочерьми ФИО4, **.**.**** года рождения, умершей **.**.****; признать за ФИО1 в порядке наследования право на 8/48 долей в <адрес> площадью 84,9 кв.м. расположенной на втором этаже <адрес> <адрес> в ФИО9. Истец ФИО1, являющаяся также представителем истца ФИО2, представитель истца ФИО1 ФИО12 в судебное заседание явились, заявленные требования поддерживают, просят удовлетворить, суду пояснил, что нотариус не смог установить родственные отношения истцов с наследодателем, так как мать истцов после заключения брака не сменила фамилию в установленном законом
