из средств компенсационного фонда; для строительных организаций, осуществляющих строительную деятельность с низкими рисками причинения вреда, страховые взносы будут необоснованно завышены, поскольку страховщики не могут прогнозировать уровень риска строительной деятельности в страховой период, поэтому в расчет размера страхового взноса могут быть заложены максимально возможные риски. 4.2.3. Учитывая особенности договора страхования гражданской ответственности "на годовой базе", изложенные в пункте 4.2.2 настоящих Методических рекомендаций, при принятии решения о заключении указанного вида договора страхования гражданской ответственности следует исходить из следующего: договор страхования гражданской ответственности "на годовой базе" нецелесообразно распространять на договора строительного подряда, которые содержат в себе риски существенных выплат по возмещению вреда; преимуществом применения договора страхования гражданской ответственности "на годовой базе" является его однократное заключение в течение года. 4.3. Договор страхования гражданской ответственности "на объектной базе" 4.3.1. Действие договора страхования гражданской ответственности на "объектной базе" распространяется на все строительные работы, выполняемые в отношении конкретного объекта капитального строительства. 4.3.2. При заключении договора страхования
закупаемой продукции или сроки исполнения договора по сравнению с указанными в протоколе, составленном по результатам закупки, заказчик в течение 10 дней со дня внесения изменений в договор официально размещает информацию об изменении договора с указанием измененных условий. 32.2.2. Заключение дополнительных соглашений к договору по соглашению сторон в отношении изменения условий договора (а именно - цены, объемов, сроков, условий поставки и платежей, обязательств сторон, гарантий, обеспечения, ответственности сторон) возможно на основании решения соответствующего органа управления или уполномоченных работников заказчика в следующих случаях: 32.2.2.1. В случае проведения дополнительной закупки продукции по ранее заключенному договору на сумму не более 30% от первоначальной цены договора (по совокупности всех дополнительных соглашений) и если смена поставщика нецелесообразна по соображениям стандартизации, унификации или ввиду необходимости обеспечения совместимости, преемственности с имеющимися товарами, оборудованием, технологией, работами или услугами, с сохранением первоначальных расценок за единицу продукции либо их снижением. 32.2.2.2. В случае снижения цены договора без изменения объема закупаемой
том числе приходящихся на период предпочтительности (пункты 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве). Прочие доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что неплатежеспособность должника до заключениядоговоров аренды и на протяжении срока действия договоров аренды подтверждена документально и являлась очевидной; признаки банкротства имелись у ключевых участников группы компаний «Мастер», куда помимо должника входили банкротящий его кредитор – общество «Кунцево-2», арендодатель и другие лица. Заявитель настаивает на том, что договоры аренды являлись мнимыми сделками, а платежи притворными. Истинной целью сделок являлся вывод денежных средств в пользу арендодателя для погашения задолженности перед залоговым кредитором арендодателя и возложение на должника обязанностей по содержанию обремененного залогом имущества до момента его продажи с торгов. Спорным имуществом пользовался не сам должник, для которого такая аренда была экономически нецелесообразна , а конечный бенефициар группы компаний «Мастер». Конкурсный управляющий арендодателя мог сдать спорное имущество в аренду любому независимому участнику гражданского оборота за более высокую цену аренды,
из этого суды сочли недоказанным как подозрительный характер сделки, так и наличие признаков злоупотребления правом при ее заключении, в связи с чем отказали в удовлетворении заявленных требований. Выражая несогласие с обжалуемыми судебными актами, общество отмечает, что суды вовсе не дали оценки доводам, которое оно приводило на всем протяжении рассмотрения обособленного спора. Суть этих доводов сводилась к следующему. На дату заключениядоговора купли-продажи эмитенты векселей (общества «ПО «Красноярский шинный завод» и «Красный Яр-Шина») были признаны банкротами (дела о банкротстве № А33-21573/2013 и № А33-11589/2009). Учитывая названый факт, заключение сделки являлось экономически нецелесообразным для должника, который перечислил продавцу 46 млн. руб. (факт оплаты не отрицался ответчиком), в то время как взамен получил неликвидные векселя. Совокупность названных обстоятельств, по мнению общества, указывает на целенаправленные действия по выводу активов из имущественной сферы должника в отсутствие какого-либо встречного предоставления. Приведенные заявителем в кассационной жалобе доводы заслуживают внимания, в связи с чем, данную жалобу с делом
№ А41-52096/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества «Авелон». Отклоняя доводы общества «Авелон» о необходимости заключения спорного договора в связи с отсутствием в штате организации операторов котельных, обеспечивающих круглосуточную их эксплуатацию, механиков по холодильным установкам, рабочих по уборке, суды исходили из того, что из представленных приказов (распоряжений) следует, что в апреле 2016 года были расторгнуты трудовые договоры с 17-ю работниками: инженером, водителем погрузчика, электриком, механиком холодильных установок, водителем автомобиля, исполнительным директором, двумя такелажниками, главным электриком, оператором котельных, уборщицей, двумя дежурными смены охраны, двумя старшими дежурными смены, а также ведущим экономистом и начальником отдела аренды, маркетинга и рекламы. При этом, наличие в штате общества финансового менеджера и начальника отдела маркетинга фактически исключает необходимость в услугах общества «ПСН Проперти Менеджмент» по сдаче объектов в аренду. Соответственно, оспариваемая сделка заключена 15.04.2016 - в период увольнения всех вышеуказанных сотрудников, являлась экономически нецелесообразной . Судебные инстанции установили , что предоставление, полученное по сделке обществом «Авелон», в
и (или) договором по транспортировке сточных вод. Договором № 35/04560 от 16.05.2003 предусмотрен порядок определения объема дренажных вод. Согласно подпункту «в» пункта 1 договора объем дренажных вод определяется путем вычитания из общего объема стоков количества стоков АО «Невинномысский Азот» и хозбытовых и промышленных стоков АО «Водоканал». Кроме того, судом апелляционной инстанции установлено, что в связи с внесенными изменениями в действующее законодательство истец предлагал ответчику заключить новый договор. В своем ответе ответчик указал, что заключение договора нецелесообразно и предложил осуществлять деятельность в рамках действующего договора на прежних условиях (т.д.1, л.д.120-151). Доводы апелляционной жалобы о том, что примененная истцом методика расчета дренажных вод не является единственной методикой, поскольку в рамках дел № А63-3850/2016 и № А63-5832/2016 сторонами подписаны мировые соглашения на основе проведенного АО «Невинномысский Азот» расчета по усредненному объему дренажных вод является необоснованными. Расчет АО «Невинномысский Азот» по усредненному объему дренажных вод при заключении мировых соглашений по вышеуказанным делам представляет
право требования возмещения расходов на оплату услуг аварийного комиссара, заключив соглашение об отступном путем цессии, ввиду отсутствия такого права у потерпевшего в ДТП в силу положений Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО); расходы на оплату услуг аварийного комиссара не входят в состав компенсационной выплаты; доказательства объективной необходимости несения расходов на оплату услуг аварийного комиссара в сумме 5000 руб. не представлено, заключение договора нецелесообразно , подлежат отклонению как основанные на неверном толковании указанных норм права и несоответствующие обстоятельствам дела, установленным на основании представленных доказательств. Доводы ответчика о неверном применении судом статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит отклонению, поскольку в пункте 7 Обзора от 22.06.2016 указано, что к случаям уступки права на получение страхового возмещения в рамках договора ОСАГО положения абзаца второго статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат; запрет, предусмотренный абзацем вторым статьи 956
право требования возмещения расходов на оплату услуг аварийного комиссара, заключив соглашение об отступном путем цессии, ввиду отсутствия такого права у потерпевшего в ДТП в силу положений Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО); расходы на оплату услуг аварийного комиссара не входят в состав компенсационной выплаты; доказательства объективной необходимости несения расходов на оплату услуг аварийного комиссара в сумме 3000 руб. не представлено, заключение договора нецелесообразно , подлежат отклонению как основанные на неверном толковании указанных норм права и несоответствующие обстоятельствам дела, установленным на основании представленных доказательств. Доводы ответчика о неверном применении судом статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит отклонению, поскольку в пункте 7 Обзора от 22.06.2016 указано, что к случаям уступки права на получение страхового возмещения в рамках договора ОСАГО положения абзаца второго статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат; запрет, предусмотренный абзацем вторым статьи 956
потерпевший не мог передать право требования возмещения расходов на оплату услуг аварийного комиссара, заключив соглашение об отступном путем цессии, ввиду отсутствия такого права у потерпевшего в ДТП в силу положений Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО); расходы на оплату услуг аварийного комиссара не входят в состав компенсационной выплаты; доказательства объективной необходимости несения расходов на оплату услуг аварийного комиссара не представлено, заключение договора нецелесообразно , подлежат отклонению как основанные на неверном толковании указанных норм права и несоответствующие обстоятельствам дела, установленным на основании представленных доказательств. Доводы ответчика о неверном применении судом статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит отклонению, поскольку в пункте 7 Обзора от 22.06.2016 указано, что к случаям уступки права на получение страхового возмещения в рамках договора ОСАГО положения абзаца второго статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат; запрет, предусмотренный абзацем вторым статьи 956
сброшенных на очистные сооружения АО «Невинномысский Азот» в апреле 2015. Ответчику был предоставлен доступ к приборам учета и материалам по распределению объемов сточных вод. Стороны произвели сверку расчетов объемов стоков истца в рамках спорного договора. Разногласий по расчету у сторон не возникло. По результатам проведенного совещания составлен протокол № 1 от 18.05.2015. В связи с внесением изменений в действующее законодательство истец предложил ответчику заключить новый договор. Ответчик отказался от заключения договора указав, что заключение договора нецелесообразно и предложил осуществлять деятельность в рамках действующего договора на прежних условиях. Таким образом, фактический объем дренажных вод (стоков) определяется путем вычитания из общего объема стоков (по прибору Лоток «Вентури») количества стоков АО «Невинномысский Азот», промышленных и хозбытовых стоков АО «Водоканал». Расчет стоков АО «Невинномысский Азот» представляет собой формулу, в которую включены данные стоков насосной станции опорожнения, стоков бункеров песка, хозбытовые стоки общества и сторонних организаций, которые сбрасывают свои стоки в сети истца. Стоки
рублей, в том числе: почтовые расходы на отправление искового заявления ответчику – <данные изъяты> рублей; оплата услуг представителя по составлению искового заявления – 3 535 рублей (в том числе комиссия банка – 35 рублей); оплата услуг представителя по составлению уточненного искового заявления и уточненных расчетов – 3030 рублей (в том числе комиссия банка – 30 рублей). Представитель ответчика возражал против взыскания судебных издержек, полагая, что суммы по договору об оказании правовых услуг завышены, заключение договора нецелесообразно , так как истец обладает необходимыми знаниями; комиссия банка не является судебными издержками. В судебном заседании ФИО1 заявленные требования, с учетом их уточнения, поддержала по мотивам, изложенным в иске. Представитель ответчика ФИО2 заявленные требования не признал по мотивам, изложенным в письменном отзыве, приобщенном в материалы дела. Выслушав объяснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. В судебном заседании установлено, что ФИО1 с 17 августа 1992 года до 29 августа 2021
IV класса опасности для окружающей среды (пульпа (отходы (хвосты) цианирования руд серебряных и золосодержащих от 25 февраля 2022 года, направленный ООО «<данные изъяты>»; - ответ директора ООО «<данные изъяты>» от 18 марта 2022 года на запрос от 25 февраля 2022 года, из которого следует, что разработка и подготовка запрашиваемой документации для Общества, а именно: паспорт на отход IV класса опасности для окружающей среды и получение лицензии на обезвреживание указанного отхода не представляется возможной. Заключение договора нецелесообразно , в силу того, что результат работ будет противоречить нормативным документам и технологическому циклу; - проектную документацию «Продление срока эксплуатации хвостохранилища II очереди Коммунаровской ЗИФ. Наращивание ограждающей дамбы». Представители административного органа, которым вынесено обжалуемое постановление, были надлежащим образом уведомлены о времени и месте рассмотрения жалобы. В судебное заседание не явились, ходатайствовали о рассмотрении жалобы в их отсутствие. Дополнительно представили отзыв на жалобу и решения арбитражных судов РХ от 04 октября 2021 года и
отсутствии перечня общего имущества полгал не основанными на законе. Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 против иска возражали. Сослались на наличие решения суда, имеющего преюдициальное значение для данного дела, которым договор признан несоответствующим закону. Также поставили под сомнение утверждение договора и размера платы общим голосованием. Полагали необходимым определить в договоре перечень общего имущества. Также привели доводы о том, что необходимо учитывать протокол разногласий. Указали на намерение продать земельный участок, в этой связи полагали заключение договора нецелесообразным , поскольку может быть взыскана плата за пользование общим имуществом. Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. В судебном заседании установлено и следует из материалов дела, что ответчик являлся членом НСТН (ранее - ДНТ) "Север", что подтверждается анкетой кандидата и списком членов товарищества. На основании собственного заявления от 13.03.2015 г. ответчик из состава членов товарищества вышел. Требования иска основываются на том, что ответчик ведет дачное хозяйство на принадлежащем ему земельном
с ч. 4 ст. 445 ГК РФ, если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор. В судебном заседании установлено, что договорные отношения между сторонами сохраняются с ДД.ММ.ГГГГ года, и вполне удовлетворяют ответчика, т.к. он инвалид-колясочник 1 группы, передвигается с помощью автоматической коляски, себя по возможности обслуживает, поэтому понуждение его к заключению договора нецелесообразно , тем более прежний договор не расторгнут, и истец продолжает оказывать по нему услуги и получать оплату своевременно и в полном объеме. Ответчик вправе отказаться от предложенного варианта услуг, т.к. он дееспособный и ведет активный образ жизни. Суд не считает необходимым понудить ФИО3 заключить новый договор о социальном обслуживании с истцом, с учетом разработанной примерной индивидуальной программы, поскольку спектр услуг и оплата за социальное обслуживание не меняется, а остается прежней. Что же касается
