истолкования, которое не может осуществляться правоприменителями. Согласно пункту 2 той же статьи законом может быть установлена государственная регистрация сделок с движимым имуществом определенных видов. Такая государственная регистрация предусматривается в единичных случаях. Так, согласно статье 11 Закона Российской Федерации "О залоге" при залоге имущества, подлежащего государственной регистрации, договор залога должен быть зарегистрирован. Фиксация перехода прав на бездокументарную именную ценную бумагу (пункт 2 статьи 142 Гражданского кодекса Российской Федерации) осуществляется путем внесения необходимых записей на счетах держателем реестра или депозитарием, что является регистрацией сделки в установленном законом порядке. Однако для совершения такой сделки одним из супругов не требуется получения нотариально удостоверенного согласия другого супруга , несмотря на норму пункта 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой для совершения одним из супругов сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. В силу пункта 2 статьи 164 Гражданского кодекса
банкротстве ФИО2 (далее – должник) ФИО1 обратился в арбитражный суд с заявлением о принятии обеспечительных мер в виде запрета ФИО3, ФИО4 и иным лицам осуществлять эксплуатацию и использование в коммерческих целях заложенного в его пользу имущества до его реализации на торгах. Определением суда первой инстанции от 22.07.2019 запрещена иным лицам, кроме конкурсного управляющего должника, коммерческая эксплуатация недвижимого имущества индивидуального предпринимателя ФИО2 без согласия его конкурсного управляющего, а имущества предпринимателя, обремененного залогом, без согласия залогового кредитора − ФИО1 ФИО4 (супруга должника) обратилась в арбитражный суд с ходатайством об отмене обеспечительных мер, принятых определением арбитражного суда от 22.07.2019, указав, что определение суда от 22.07.2019 делает неисполнимым определение суда общей юрисдикции от 18.03 2019, которым, в свою очередь, приняты обеспечительные меры в виде запрета ФИО2 и иным лицам, за исключением ФИО4, эксплуатации и использования спорного имущества; запрета ФИО2 и иным лицам чинить препятствия в использовании ФИО4 спорного имущества; запрета Управлению Федеральной службы
В соответствии со свидетельствами о государственной регистрации права от 5 декабря 2007 г. ФИО2 на праве собственности принадлежат земельный участок, площадью 1 000 кв.м, и расположенный на нем жилой дом, площадью 383,6 кв.м, находящиеся по адресу: <...> (л.д. 13, 14). 3 августа 2009 г. ФИО6 в обеспечение надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору от 3 августа 2009 г. заключил с АО «Россельхозбанк» договор об ипотеке ( залоге недвижимости) в отношении вышеуказанных объектов (л.д. 31-38). При заключении указанного договора ФИО2 представил нотариально удостоверенное согласиесупруги ФИО1 на совершение сделки от 30 июля 2009 г. (л.д. 54). В соответствии с заключением судебной почерковедческой экспертизы от 30 мая 2019 г., проведенной по делу ФБУ «Дагестанская лаборатория судебной экспертизы» Министерства юстиции Российской Федерации, подпись от имени ФИО1 в нотариально заверенном согласии от 30 июля 2009 г. выполнена не ею, а другим лицом (л.д. 66-72). Удовлетворяя заявленный иск, суд первой инстанции, сославшись на положения пункта
кредитной линии индивидуальному заемщику от 04.03.2015 №1244/К-2 предоставила ОАО КБ «Саммит Банк» в залог: 1) права аренды на земельный участок площадью 518,0 кв.м., кадастровый номер: 25:28:050022:360; 2) права аренды на земельный участок площадью 1 514,0 кв.м., кадастровый номер: 25:28:050022:0490. Рыночная стоимость передаваемого недвижимого имущества составила 2 458 720 рублей, сторонами предмет залога оценен в сумме 1 966 900 рублей. Необходимо отметить, что указанное имущество являлось общим имуществом ФИО3 и ФИО2, поскольку приобретено в период их нахождения в браке. ФИО2 05.03.2015 оформил согласие на заключение сделки (том 3 л.д.75) по передаче в залог приобретенных в период брака на имя супруги ФИО3 объектов недвижимого имущества: ½ доля в праве общей долевой собственности на здание, назначение: жилой дом 3-х этажный, общая площадь: 391,8 кв.м., адрес: <...>; земельный участок, общая площадь: 750 кв.м., адрес: <...>; права аренды на земельный участок площадью 518,0 кв.м., кадастровый номер 25:28:050022:360; права аренды на земельный участок площадью 1 514,0
Закона о банкротстве. Ипотека как имущественное обременение, установлена в отношении всей квартиры по адресу: <...>. Залог, являясь формой обеспечения основного обязательства, представляет собой обременение вещи и прекращается одновременно с исполнением основного обязательства, которое в настоящее время не исполнено. Поэтому спорное имущество в любом случае подлежит реализации в деле о банкротстве должника. При этом солидарные залогодатели вправе представить свои интересы в деле о банкротстве в целях контроля за реализацией залогового имущества и расчетов с залогодержателем. Таким образом, реализации подлежит не доля в общей совместной собственности, а непосредственно сам объект недвижимости. Данный вывод соответствует правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.12.2018 N 304-ЭС18/6113(2). Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации установлено, что при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга . Исходя из названных правовых норм при последующем разделе общего имущества супругов, переданного в залог
свои выводы исключительно на обстоятельствах, установленных постановлением суда апелляционной инстанции от 23.12.2021 по настоящему делу, в котором давалась оценка действиям арбитражного управляющего ФИО6 по передаче денежных средств в оспариваемой сумме ФИО3 на предмет причинения убытков должнику. Апелляционным судом отмечено, что оформление 01.02.2018 ФИО3 нотариального согласия на залог приобретенного во время брака с должником имущества, среди которого указаны и спорные транспортные средства, при этом ФИО3 было выражено согласие на обращение взыскания на заложенное имущество, а также она отказалась от права выдела доли из заложенного имущества, до полного погашения долга, обеспеченного указанным имуществом, само по себе не свидетельствует о том, что ФИО5 неправомерно передал супруге должника спорную сумму денежных средств. При этом судами апелляционной и кассационной инстанции не анализировалась недобросовестность поведения со стороны ФИО3 Однако, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего обособленного спора безосновательно пришел к выводу о добросовестности поведения Лаптевой М.В. действуя добросовестно, Лаптева М.В. обязана была передать финансовому управляющему
собственника, что в соответствии со ст. 173 Гражданского кодекса РФ, ст. 34 Семейного кодекса РФ дает ему право требовать признания данной сделки недействительной в судебном порядке. В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали, изменив в процессе рассмотрения дела основания иска, а также просили о применении двусторонней реституции в качестве последствий недействительности сделки, полагали необходимым признать сделку недействительной, поскольку ответчик не только передала имущество в залог без согласия супруга , но и право зарегистрировано в отсутствие нотариально удостоверенного согласия супруга. Настаивали на том, что данный жилой дом является совместной собственностью супругов, так как он, хоть и возведен на земельном участке, принадлежащем ответчице на праве единоличной собственности, но построен на совместные доходы супругов в ДД.ММ.ГГГГ году, после регистрации права собственности ФИО5 на земельный участок. Ответчик ФИО5 в судебном заседании отсутствовала при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела. Руководствуясь ст. 167 ГПК
Между тем, нотариально удостоверенного согласия истца ФИО1 на передачу квартиры в залог по договору от 27 июня 2017 года получено не было. В деле о регистрации оспоренного договора залога, исследованном в ходе судебного заседания, также отсутствует нотариальное согласие ФИО1 на передачу в залог квартиры. Доказательства в подтверждение тому, что спорный объект недвижимости не являлся общим имуществом супругов, в связи с чем, ФИО2 могла распорядиться им, как личным имуществом, в том числе передать в залог без согласия супруга в материалы дела не представлены. Довод кредитного учреждения том, что данная квартира являлась личным имуществом ФИО2 вследствие приватизации, суд находит несостоятельным, поскольку он опровергается сведениями регистрационного дела Управления Федеральной регистрационной службы по Республике Калмыкия в отношении квартиры по адресу: <адрес> Более того, при государственной регистрации договора залога представлено свидетельство о государственной регистрации права от 19 мая 2009 года серии 08РК №072512, в котором также указано основание регистрации – договор купли-продажи от 21 апреля
частичном удовлетворении иска залогодержателя, обратив взыскание на заложенное недвижимое имущество – аптечный магазина по адресу: <адрес изъят>, по договору ипотеки (данные изъяты). Проанализировав нормативные положения, предусмотренные пунктом 1 статьи 7 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)», пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, установив, что нежилое помещение – магазин продовольственных товаров по адресу: <адрес изъят>, который являлся совместной собственностью супругов А-вых, был передан в залог без согласия супруга ФИО1 ФИО3, суд удовлетворил его исковые требования, признав недействительным договор ипотеки (данные изъяты), отказав в удовлетворении исковых требований ОАО «Сбербанк России» об обращении взыскания на это недвижимое имущество. Судебная коллегия согласилась с выводами суда первой инстанции, как соответствующими обстоятельствам дела, подтвержденным доказательствами, оцененными судом в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и законам, регулирующим возникшие правоотношения. Доводы апелляционной жалобы судебной коллегией отклонены по следующим мотивам. Пунктом 3 статьи 253 Гражданского
