утверждении Порядка рассмотрения документов, представляемых для принятия решения о введении, изменении или прекращении регулирования деятельности субъектов естественных монополий, и перечня таких документов», Административным регламентом исполнения Федеральной службой по тарифам государственной функции по формированию и ведению Реестра субъектов естественных монополий, в отношении которых осуществляются государственное регулирование и контроль, утвержденным приказом ФСТ России от 30.08.2010 № 417-э, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, а также на основании результатов проведенного тарифной службой анализа деятельности общества по заправкевоздушныхсудов авиационным топливом и хранению авиационного топлива на товарном рынке в границах аэропорта г. Симферополя, в связи с чем, пришли к выводу о его законности. Кроме этого, суды установили пропуск обществом срока на обжалование ненормативного правового акта и действий (бездействия) государственного органа, установленного частью 4 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявления. Причины пропуска срока признаны судами неуважительными. Приведенные в жалобе доводы были предметом исследования
закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях». По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, не усматриваются предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании. Судами установлено, что заинтересованным лицом был проведен анализ рынка оказываемых на транспорте услуг, исходя из которого установлено, что в географических границах рынка – границах аэропорта Уфа, в продуктовых границах рынка – обеспечение заправки воздушных судов авиационным топливом и хранение авиационного топлива, деятельность осуществляют два хозяйствующих субъекта: ОАО «Международный аэропорт Уфа» и ООО «Фирма «АЭРОФЬЮЭЛЗ УФА». При этом для ОАО «Международный аэропорт «Уфа» за обеспечение заправки воздушных судов авиационным топливом и хранение авиационного топлива ФСТ России установлены фиксированные тарифы. Для ООО «Фирма «АЭРОФЬЮЭЛЗ УФА» тарифы ФСТ России установлены не были, обеспечение заправки воздушных судов авиационным топливом осуществлялось по ценам, значительно превышающим тарифы для ОАО «Международный аэропорт «Уфа». Основываясь на
01.09.2009 № 09/А137-к/2, от 0106.2011 № 11/А127-к/2, от 01.12.2011 № 11/А337-к/2 (далее – договоры поставки). Сроки оплаты авиакомпанией топлива были определены: в договоре от 01.09.2009 № 09/А137-к/2 в течение 5-и дней с момента получения от общества счета-фактуры, в договоре от 0106.2011 № 11/А127-к/2 – в течение 44 - 30 дней с даты поставки в период с 11.06.2014 по 11.08.2015 переменно, в договоре от 01.12.2011 № 11/А337-к/2 – в течение 5-и дней с даты заправки воздушного судна . Банк как кредитор, получивший от общества на основании генерального договора об общих условиях факторингового обслуживания поставок внутри России от 01.03.2011 № 033326-НР (далее – договор факторинга) требование уплаты авиакомпанией задолженности, и авиакомпания заключили Соглашение о предоставлении коммерческого кредита от 21.03.2011 (далее – соглашение), в котором договорились о признании дебиторской задолженности авиакомпании за полученное топливо коммерческим кредитом на период ожидания – в пределах 90 дней с даты полагающейся на основании договоров поставки оплаты
общество Авиакомпания «Уральские авиалинии» вступило в дело в качестве соистца и просило взыскать с публичного акционерного общества «Аэропорт Кольцово» 7 357 027 рублей 07 копеек убытков, в том числе расходы по выполнению перегоночного рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово – Екатеринбург», по аэропортовому и наземному обслуживанию по вылету рейса из Домодедово, по прилету рейса в Екатеринбург, по заправке, аэронавигационному обслуживанию по трассе, себестоимость рейса U6 9879 по маршруту «Домодедово – Екатеринбург», расходы в связи с задержкой рейса U6 3725 по маршруту Екатеринбург – Анталия, расходы в связи с вынужденным возвратом воздушногосудна в аэропорт г. Екатеринбурга, расходы в связи с франшизой 100 000 долларов США. К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Страховое общество газовой промышленности». Решением Арбитражного суда Свердловской области от 27.07.2020 в удовлетворении исковых требований отказано. Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного судаот 12.10.2020 решение суда первой инстанции
о том, что данныйдоговор, не может приниматься во внимание по той причине, что ответчик не представил доказательств направления в его адрес подписанного договора с протоколом разногласий, является необоснованным и противоречащим имеющимся в деле материалам. Действия истца по заправке ВС «АК «Крыло», выставление счетов-фактур с указанием последнего в качестве плательщика, а ответчика – в качестве грузополучателя свидетельствует о последовательном исполнении ЗАО «ТЗК «Славнефть-Туношна» условий указанного договора. В октябре-декабре 2003 года в аэропорту Туношна производилась заправка воздушного судна ответчика АН-24 б/н 47304 для выполнения рейсов № 9538, 9539 по маршруту Ярославль-Москва-Ярославль, заказчиком указанных рейсов являлось ООО «АК «Крыло». ОАО «Саратовские авиалинии» в качестве грузополучателя товара при осуществлении заправки воздушного судна АН-24 б/н 47304 оформляло в аэропорту г. Ярославль установленные договором и ведомственными нормативными актами обязательные для предприятий Гражданской Авиации требования формы № 1-ГСМ для подтверждения сведений о количестве заправленного в воздушное судно авиатоплива. Заправка ВС АН-24 б/н 47304 в аэропорту Туношна
области поставок нефти и нефтепродуктов. Нефть и нефтепродукты, поставляемые на основании внешнеэкономических контрактов, заключаемых между хозяйствующими субъектами Российской Федерации и Республики Казахстан, подлежат декларированию, как если бы они вывозились за пределы таможенной территории Таможенного союза (статьи 3, 5 Соглашения от 09.12.2010). Как следует из материалов дела, АО «Авиакомпания «Сибирь» не заключала каких-либо внешнеторговых контрактов с иностранными юридическими лицами (хозяйствующими субъектами Республики Казахстан) и не осуществляла поставку нефти или нефтепродуктов на территорию Республики Казахстан. Заправка воздушного судна топливом на территории РФ на основании контракта, заключенного между российскими юридическими лицами, и последующее расходование данного авиатоплива в процессе совершения воздушным судном перелета Новосибирск-Караганда не подпадает под вышеприведенные понятия и не может быть квалифицирована как транспортировка нефтепродуктов. Транспортное средство - это, в частности, воздушное судно с предусмотренными для него техническими паспортами или техническими формулярами запасными частями, принадлежностями и оборудованием, горюче-смазочными материалами, охлаждающими и иными техническими жидкостями, содержащимися в заправочных емкостях, предусмотренных их конструкцией,
со стороны ООО «Аэрокомплекс» - ФИО4, со стороны ООО «Авиакомпания «Победа» - ФИО5. Согласно пункту 1 соглашения стороны вносят в п.1.1. договора следующие изменения: «1.1. Настоящий договор устанавливает взаимные обязательства сторон по обеспечению силами и средствами Аэропорта: вылета, посадки, и полного комплекса работ (услуг) по наземному обслуживанию в аэропорту «Нальчик» рейсов Перевозчика, выполняющих полеты по ВВЛ (внутренние воздушные линии) по расписанию и вне расписания - на воздушных суднах (ВС) В-737; хранение авиационного топлива; заправка воздушного судна авиакеросином в крыло». Довод ООО «ТЗК «Прогресс» о том, что действие договора аренды имущества от 16.01.2013 было продлено дополнительным соглашением от 01.06.2019 до 01.05.2020 также верно отклонен судом, поскольку это не имеет правового значения в силу статьи 102 Закона о банкротстве. Довод апеллянта о злоупотреблении арбитражным управляющим правом при отказе от договора аренды отклоняется по следующим основаниям. Доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц
