ФИО1 с 30 сентября 2016 г. состояла в трудовых отношениях с ООО «Главная линия», работала поваром, с ней 30 сентября 2016 г. был заключен трудовой договор № 2/291-1/16 (далее также - трудовой договор от 30 сентября 2016 г.). По условиям трудового договора от 30 сентября 2016 г. он заключен в соответствии со статьей 59 Трудового кодекса Российской Федерации на определенный срок с 1 октября по 31 декабря 2016 г. на период выполнения работником заведомоопределеннойработы по организации питания военнослужащих войсковой части 12450, являющейся получателем услуг, оказываемых ООО «Главная линия» по договору оказания услуг по организации питания военнослужащих Министерства обороны Российской Федерации от 23 декабря 2014 г. В силу пункта 1.4 трудового договора от 30 сентября 2016 г. местом работы ФИО1 является столовая № 2/291, расположенная на территории войсковой части 12450 по адресу: Калужская область, п. Ульянове. В дальнейшем между ФИО1 и работодателем ООО «Главная линия» неоднократно заключались дополнительные
ликвидацией унитарного предприятия, в том числе, с выплатой вознаграждения членам ликвидационной комиссии, ее председателю, являются обязательством предприятия, а на собственника имущества унитарного предприятия может быть возложена субсидиарная ответственность при недостаточности имущества государственного или муниципального предприятия в случае, если несостоятельность (банкротство) такого предприятия вызвана собственником его имущества. В соответствии с действующим законодательством с членами ликвидационной комиссии (ликвидатором) можно заключить либо гражданско-правовой договор на оказание услуг по ликвидации общества либо срочный трудовой договор для выполнения заведомоопределеннойработы (глава 39 Гражданского кодекса Российской Федерации, статья 59 Трудового кодекса Российской Федерации). Исследовав материалы дела, суды установили, что протоколом ликвидационной комиссий предприятия «Банно-прачечного комбината» № 1 от 17.07.2018 истцу было установлено вознаграждение в размере 25 000 руб. ежемесячно, которое оплачивать обязалось предприятие «Банно-прачечный комбинат». При этом из материалов дела следует, что Комитет по управлению собственностью Министерства земельных и имущественных отношений по Давлекановскому району и г. направлял истцу проект договора оказания услуг на подписание,
месяцев) работ; для выполнения сезонных работ, когда в силу природных условий работа может производиться только в течение определенного периода (сезона); с лицами, направляемыми на работу за границу; для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг; с лицами, поступающими на работу в организации, созданные на заведомо определенный период или для выполнения заведомо определенной работы ; с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой; и иных случаях. Абзацем 1 статьи 79 ТК РФ предусмотрено, что срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок
ч.1 ст. 77 ТК Российской Федерации. В ст. 59 ТК Российской Федерации перечислены случаи, когда заключается срочный трудовой договор. В их числе приведен один из случаев, который гласит, что срочный трудовой договор заключается с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой. Исходя из смысла и содержания данной статьи трудового законодательства, следует, что при заключении срочного трудового договора в нем должна быть отражена заведомо определенная работа , а в заключенном с ней, ФИО2, трудовом договоре № * от дата, какой –либо конкретный вид работы заведомо определен не был. В качестве приложения к вышеуказанному трудовому договору, ею дата была подписана должностная инструкция, в соответствии с которой на нее, как на мерчендайзера, возложены следующие должностные обязанности: осуществлять меры, направленные на увеличение объемов продаж и привлечение потребителей; обеспечивать выкладку продукции, реализуемой ЗАО «Д. Дистрибьюшен» (далее продукция), согласно стандартам и планограмме на протяжении
том числе, с лицами, принимаемыми для выполнения заведомо определенной работы в случае, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой. Как установлено судом, между ООО «Воронеж-Торговый» и ФИО1 заключен срочный трудовой договор от 03.09.2014г., по которому истец принят в отдел логистики управляющим складом. Условия оплаты труда работника – 6000,00 руб. (л.д.14-16), что также подтверждается заявлением о принятии на работу (л.д. 41). В соответствии с п.2 данного договора, основанием для заключения договора является заведомо определенная работа , срок выполнения которой не может быть определен конкретной датой, связанная с исполнением заключенного между работодателем и ООО «Воронеж-Фрахт» договора на оказание услуг, а именно, договора возмездного оказания услуг по предоставлению персонала № 20/08/2014 от 20.08.2014г. Датой окончания договора является дата прекращения действия контракта, указанного в п.2 договор – п.3. Согласно приказа от 22.10.2015г. ФИО1 уволен по собственному желанию (л.д.39), о чем также свидетельствует заявление истца об увольнении по собственному желанию (л.д.40). В
закончены в апреле 2016 г., подписание актов о принятии объемов работ было завершено , По договору работы были закончены в мае 2016 года, принятие работ и подписание актов было завершено , что подтверждается актами . В соответствии с п.4.8договора № расчет за фактически оказанные услуги производится заказчиком в течение 90 календарных дней с момента предоставления оригиналов актов выполненных работ. Поскольку трудовая функция ФИО1 не касалась финансовых взаимоотношений сторон по этим договорам, то его заведомо определенная работа , на которую он был принят, также была окончена, в связи с чем работодатель направил истцу уведомление о расторжении срочного трудового договора с , которое согласно уведомлению о вручении, было получено истцом , что истцом не оспаривается. В это время истец находился по месту жительства .. Приказом истец был уволен на основании п.2 ч.1 ст. 77 ТК РФ, с приказом ознакомлен , что ФИО1 в судебном заседании подтвердил. Таким образом доводы истца о
лицами, то есть с 30 апреля 2022 года. Несмотря на это, 06 апреля 2022 года ФИО1 получил уведомление о прекращении срочного трудового договора с 11 апреля 2022 года в связи с завершением выполнения заведомо определенной работы и был уволен по приказу от 11.04.2022 года № У-194 по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса). Представитель ответчика ФИО2, возражая против иска, утверждал, что заведомо определенная работа истцом ФИО1 была выполнена, количество заявок от ООО «Агроторг» постоянно уменьшается. Однако ФИО6, также принятый в ООО «КПЛ» мобильным сервисным инженером в связи с выполнением заведомо определенной работы в случаях, когда ее завершение не может быть определено конкретной датой, а именно, на период действия и в рамках выполнения работ на техническое обслуживание и ремонт ИТ-оборудования, техническую поддержку контрольно-кассовой техники, заключенного между работодателем и его заказчиком (ООО «Агроторг») на территории Ельца и Липецкой области,
