Гражданский кодекс часть 1

Стейн Славы и ФИО11, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ООО «АЕСП», ООО «Специальные знаки и маркировка», ООО «ТБК Инвест Групп» на решение Арбитражного суда г. Москвы от 08 мая 2019 года

по делу №А40-162227/17, принятое судьей Жура О.Н.,

по иску ФИО1

к ФИО3, ФИО4, ФИО11, ФИО2, МИФНС России № 46 по г. Москве

третьи лица: ООО «АЕСП», ООО «Специальные знаки и маркировка», ООО «ТБК Инвест Групп»

о восстановлении корпоративного контроля,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО5 по доверенности от 06.01.2018;

от ответчиков – от ФИО3 - ФИО6 по доверенности от 26.07.2018, от ФИО4 – ФИО7 по доверенности от 26.06.2019, от ФИО11 – ФИО7 по доверенности от 26.06.2019, от ФИО2 – ФИО6 по доверенности от 04.07.2018, МИФНС России № 46 по г. Москве, - ФИО8 по доверенности от 01.10.2018;

от третьих лиц – ООО «АЕСП» - ФИО6 по доверенности от 01.08.2018, ООО «Специальные знаки и маркировка» - ФИО6 по доверенности от 01.08.2018, ООО «ТБК Инвест Групп» - ФИО6 по доверенности от 01.08.2018.

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 (далее – истец) обратилась в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к ФИО3, ФИО4, ФИО11, ФИО2, МИФНС России № 46 по г. Москве.

К участию в деле, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «АЕСП», ООО «Специальные знаки и маркировка», ООО «ТБК Инвест Групп».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2018 в иске отказано – т.1,л.д. л.д. 51-57.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2018 решение Арбитражного суда города Москвы от 16.02.2018 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 04.09.2018 решение суда от 16.12.2017 и постановление от 20.06.2018 отменены, дело направлено на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.01.2019 г. по делу № А40-117824/18-158-773 указанное дело объединено в одно производство с делом № А40-162227/2017-100-728 для их совместного рассмотрения с присвоением объединенному делу № А40-162227/2017-100-728.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 08.05.2019 иск удовлетворен частично. Суд решил: признать недействительным

- заявление ФИО3 о вступлении в ООО «АЕСП» от 18.01.2017г., решение № 1 от 19.01.2017г. единственного участника ООО «АЕСП», заявление ФИО2 от 02.02.2017г. о выходе из состава участников ООО «АЕСП», решение № 1 от 02.02.2017г. единственного участника ООО «АЕСП»;

- заявление ФИО2 от 22.12.2016г. о выходе из состава участников ООО «Специальные знаки и маркировка», протокол № 1 от 23.12.2016г. общего собрания участников ООО «Специальные знаки и маркировка»;

- заявление ФИО2 от 22.12.2016г о выходе из состава участников ООО «ТБК Инвест Групп» и протокол № 1 от 23.12.2016г. общего собрания участников ООО «ТБК Инвест Групп».

Истребовать из чужого незаконного владения ФИО11 в пользу ФИО2 долю в размере 7,5 % в уставном капитале ООО «ТБК Инвест Групп».

Истребовать из чужого незаконного владения Стейна Славы в пользу ФИО2 долю в размере 7,5 % в уставном капитале ООО «ТБК Инвест Групп».

В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, ФИО4, ФИО11, ФИО1, ФИО2, ФИО3, ООО «АЕСП», ООО «Специальные знаки и маркировка», ООО «ТБК Инвест Групп» подали апелляционные жалобы.

Истец просит изменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

ФИО4 и ФИО11 просят отменить решение суда первой инстанции и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, считают себя не извещенными о судебном заседании.

ФИО2, ФИО3, ООО «АЕСП», ООО «Специальные знаки и маркировка», ООО «ТБК Инвест Групп» просят отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции заявители жалоб поддержали свои требования в полном объеме.

Девятый арбитражный апелляционный суд, рассмотрев дело по правилам статей 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом указаний суда кассационной интсанции, изучив доводы апелляционных жалобы, исследовав и оценив представленные доказательства, не находит оснований для отмены или изменения решения Арбитражного суда города Москвы на основании следующего.

В соответствии с часть 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В период с 12.11.1987 по 13.07.2016 ФИО1 и ФИО2 состояли в браке.

В период ведения общего хозяйства с Кабановой ответчик ФИО9 приобрел за счет общих доходов супругов долю в размере 100% в уставном капитале ООО «АЕСП» ОГРН <***>, долю в размере 15% в уставном капитале ООО «Специальные знаки и маркировка» ОГРН <***> и долю в размере 15% в уставном капитале ООО «ТБК Инвест Групп» ОГРН <***>.

В соответствии с пунктом 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

22.12.2016 ФИО9 подал заявление о выходе из ООО «Специальные знаки и маркировка» и выплате ему действительной стоимости доли.

В силу пункта 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами

23.12.2016 решением общего собрания участников ООО «Специальные знаки и маркировка», оформленным протоколом №1, принадлежащая обществу доля в размере 15 % уставного капитала распределена ФИО11 и ФИО4, о чем ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 8167750228198 от 29.12.2016.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 90, Пленума ВАС РФ № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» выход участника из общества осуществляется на основании его заявления, с момента подачи которого его доля переходит к обществу.

В соответствии со статьей 23 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) доля или часть доли переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника общества о выходе из общества, если право на выход из общества участника предусмотрено уставом общества.

Также, 22.12.2016 ФИО9 подал заявление о выходе из ООО «ТБК Инвест Групп» и выплате ему действительной стоимости доли.

23.12.2016 решением общего собрания участников ООО «ТБК Инвест Групп», оформленным протоколом №1, принадлежащая обществу доля в размере 15 % уставного капитала распределена ФИО11 и ФИО4, о чем ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 8167750228121 от 29.12.2016.

18.01.2017 ФИО3 подал в ООО «АЕСП» заявление о вступлении в общество путем внесения дополнительного вклада в размере 100 000 руб. в уставной капитал общества, указав, что хочет получить 50-процентую долю в уставном капитале общества номинальной стоимостью 100 000 руб.

19.01.2017 единственный участник общества ФИО9 принял решение №1 об увеличении уставного капитала общества со 100 000 до 200 000 руб. за счет дополнительного вклада ФИО3 в размере 100 000 руб. и приеме ФИО3 в число участников общества с долей в размере 50% уставного капитала общества номинальной стоимостью 100 000 руб.

20.01.2017 Глыбин внес в ООО «АЕСП» 100 000 руб. в качестве оплаты номинальной стоимости доли в размере 50% уставного капитала общества.

27.01.2017 в ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 2177746792067 о государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы юридического лица, связанных с внесением изменений в сведения о юридическом лице, содержащиеся в Едином государственном реестре юридических лиц, на основании заявления.

02.02.2017 ФИО2 подал заявление о выходе из ООО «АЕСП».

02.02.2017 единственный участник общества ФИО3 принял решение №1 о распределении принадлежащей обществу доли в размере 50 % уставного капитала номинальной стоимостью 100 000 руб., о чем ЕГРЮЛ внесена запись ГРН 6177746245484 от 10.02.2017.

В результате описанного меньше, чем за 20 рабочих дней в собственность ответчиков ФИО11, ФИО4 и ФИО3 перешли все находившиеся в собственности ответчика ФИО9 доли в уставных капиталах "АЕСП", ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп».

Заявлением ФИО2 от 22.12.2016 о выходе из ООО «ТБК Инвест Групп» была оформлена односторонняя сделка по распоряжению общим имуществом супругов – долей в размере 15% уставного капитала общества.

Данную сделку ФИО2 совершил вопреки воле ФИО1 в период рассмотрения судом общей юрисдикции ее исковых требований к ФИО2 о разделе его 15-процентной доли в уставном капитале ООО «ТБК Инвест Групп».

Доказательства обратного ответчиком в материалы дела не представлено.

В результате выхода ФИО2 из ООО «ТБК Инвест Групп» его доля в уставном капитале перешла к обществу.

Ввиду одностороннего характера оспоренной сделки истец не обязан доказывать, что Общество знало об отсутствии согласия ФИО1 на распоряжение долей ФИО2 в уставном капитале общества.

При этом, указание на необходимость одновременно с заявлением о выходе из Общества предоставить нотариально удостоверенное согласие супруги непосредственно содержалось в тексте заявления ФИО2 от 22.12.2016 о выходе из общества.

Последнее указывает на то, что Общество в лице своих органов управления знало или (при обычной степени осмотрительности и добросовестности) должно было знать об отсутствии согласия истца на распоряжение общим имуществом супругов.

После выхода ФИО2 из Общества ему не была выплачена действительная стоимость его доли.

Между тем, согласно приобщенному к делу балансу Общества, его чистые активы многократно превышали размер уставного капитала.

По этому поводу представитель ФИО2 пояснил, что ответчик договорился с ФИО11 и ФИО4, которые контролировали деятельность всех трех Обществ, что после выхода ФИО9 ему не будет выплачена действительная стоимость долей в уставных капиталах этих обществ.

Из материалов дела и объяснений представителя ФИО2 также усматривается, что после выхода из ООО «ТБК Инвест Групп» и двух остальных обществ ФИО2 сохранил аффилированность с ними.

В том числе, уже через полгода ФИО2 учредил новое Общество с ограниченной ответственностью с фирменным наименованием, адресом и перечнем видов деятельности, которые совпадали с наименованием, адресом и перечнем видов деятельности ООО «АЕСП», и назначил руководителем этого общества ФИО10, который одновременно является Генеральным директором ООО «ТБК Инвест Групп».

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что при выходе ФИО2 из ООО «ТБК Инвест Групп» и двух остальных Обществ все ответчики допустили злоупотребление правом, поскольку их согласованные действия не имели иной цели, кроме цели помешать ФИО1 получить причитающиеся ей части долей в уставном капитале ООО «ТБК Инвест Групп» и двух остальных Обществ.

В соответствии с абзацем 1 пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что требование ФИО1 о признании недействительной односторонней сделки по распоряжению общим имуществом супругов, оформленную заявлением ФИО2 от 22.12.2016 о выходе из ООО «ТБК Инвест Групп» (ОГРН <***>), подлежит удовлетворению.

ФИО1 в том числе указывает, что протоколы № 1 от 23.12.2016 решений общих собраний участников ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп», на основании которых ФИО11 и ФИО4 получили доли в уставных капиталах этих обществ, не имеют юридической силы. По мнению истца, у этих собраний отсутствовал необходимый кворум, поскольку в отличие от ФИО11, ответчик ФИО4 не находился в России в день проведения собраний 23.12.2016.

В соответствии с пунктом 2 статьи 24 Закона об ООО, в течение одного года со дня перехода доли или части доли в уставном капитале общества к обществу они должны быть по решению общего собрания участников общества распределены между всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества или предложены для приобретения всем либо некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, третьим лицам.

Согласно абзацу 3 пункта 8 статьи 37 Закона об ООО, решение о распределении между участниками общества находящейся у общества доли в его уставном капитале должно приниматься большинством голосов всех участников общества.

В соответствии с пунктом 6 статьи 43 Закона об ООО, решения общего собрания участников общества, принятые по вопросам, не включенным в повестку дня данного собрания (за исключением случая, если на общем собрании участников общества присутствовали все участники общества), либо без необходимого для принятия решения большинства голосов участников общества, не имеют силы независимо от обжалования их в судебном порядке.

Применение данной нормы разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 90, Пленума ВАС РФ № 14 от 09.12.1999 «О некоторых вопросах применения Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», в соответствии с которым в случаях, когда стороны, участвующие в рассматриваемом судом споре, ссылаются в обоснование своих требований или возражений по иску на решение общего собрания участников общества, однако судом установлено, что данное решение принято с существенными нарушениями закона или иных правовых актов (с нарушением компетенции этого органа, при отсутствии кворума и т.д.), суд должен исходить из того, что такое решение не имеет юридической силы (в целом или в соответствующей части) независимо от того, было оно оспорено кем-либо из участников общества или нет, и разрешить спор, руководствуясь нормами закона.

Изложенные специальные нормы корреспондируют с содержанием пункта 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято при отсутствии необходимого кворума.

Из представленных по запросу суда первой инстанции сведений органов, осуществляющих учет пребывания иностранных граждан на территории Российской Федерации, усматривается, что 23.12.2016 на территории нашей страны находился только ФИО11, а ФИО4 в этот день в России не было.

Поэтому состоявшиеся 23.12.2016 собрания общих собраний участников ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп» не имели кворума для принятия решений о распределении принадлежавших этим обществам долей.

Таким образом, протокол № 1 от 23.12.2016 общего собрания участников ООО «Специальные знаки и маркировка» и протокол № 1 от 23.12.2016 общего собрания участников ООО «ТБК Инвест Групп» правомерно признаны судом первой инстанции ничтожными и не имеющими юридической силы.

Истец также указывает на то, что рассматриваемые действия ответчиков ФИО9, ФИО11 и ФИО4 с долями в уставных капиталах ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп», оформленные, соответственно, Заявлением ФИО9 от 22.12.2016 о выходе из ООО «Специальные знаки и маркировка» и протоколом № 1 от 23.12.2016 решения общего собрания участников этого общества, Заявлением ФИО9 от 22.12.2016 о выходе из ООО «ТБК Инвест Групп» и протоколом № 1 от 23.12.2016 решения общего собрания участников этого Общества, представляют собой цепочки притворных сделок, прикрывающие сделки ответчика ФИО9 с ответчиками ФИО11 и ФИО4 по отчуждению этих долей.

В силу своего делового опыта, а также в силу того, что рассматриваемые действия произведены за два дня, ответчики не могли не понимать, что конечные результаты их действий будут такими же, как и в случае заключения двусторонних сделок направленных на отчуждение долей ФИО9 в уставных капиталах ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп».

О притворности данных действий также свидетельствует, что эти общества не участвовали в расчетах с ответчиками в связи с выходом ФИО9 из обществ и последующим распределением долей в уставном капитале ФИО11 и ФИО4.

Причем, как указано выше, отсутствие выплат Кабанову со стороны всех трех обществ было результатом прямого (без участия обществ) соглашения ФИО9 с ФИО11 и ФИО4, которые имели возможность определять решения и действия органов управления этих обществ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Таким образом, все сделки, которые составляют рассматриваемые цепочки, признаются ничтожными ввиду их притворности. Этому не противоречит то, что некоторые из этих сделок уже признаны недействительными по иным правовым основаниям.

Прикрываемые описанными цепочками притворных сделок, сделки ФИО9 в рамках которых он передал ФИО11 и ФИО4 (каждому) по ½ части своей 15-процентной доли в уставном капитале ООО «Специальные знаки и маркировка» и по ½ части своей 15-процентной доли в уставном капитале ООО «ТБК Инвест Групп» суд признает недействительными ввиду следующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановление Президиума ВАС РФ от 21.01.2014 № 9913/13 по делу № А33-18938/2011 выход супруга из общества с последующим распределением перешедшей к обществу доли другому участнику (или третьему лицу) также является распоряжением общим имуществом супругов и может рассматриваться как сделка, противоречащая пункту 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации.

Такие сделки могут быть признаны недействительными по иску другого супруга или его наследника, если имеются доказательства, что приобретающий долю участник знал или заведомо должен был знать о несогласии другого супруга на совершение сделки. ФИО2 распорядился долями в уставных капиталах ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп» без ведома и согласия ФИО1

Причем ФИО11 и ФИО4 знали или должны были знать о данных обстоятельствах, поскольку им было известно, что эти доли ФИО2 приобрел в период брака. ФИО11 и ФИО4 также были осведомлены о прекращении фактических брачных отношений К-вых. Кроме того, в каждом из заявлений ФИО2 о выходе из соответствующего общества содержалось предупреждение нотариуса о необходимости одновременно с заявлением предоставить нотариально удостоверенное согласие супруги на распоряжение долей в уставном капитале общества.

Действуя с обычной степенью осмотрительности и добросовестности, ФИО11 и ФИО4 должны были выяснить причину отсутствия необходимого письменного согласия истца на распоряжение долями в уставных капиталах обществ.

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 163, пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ и пунктом 11 статьи 21 Закона об ООО, несоблюдение нотариальной формы сделки направленной на отчуждение доли (части доли) в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью влечет ее ничтожность.

Из материалов настоящего дела усматривается, что прикрываемые сделки, в рамках которых ФИО11 и ФИО4 получили в собственность принадлежавшие ФИО2 доли в уставных капиталах ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп», не были удостоверены нотариусом и, следовательно, они ничтожны ввиду дефекта формы.

Данные сделки также ничтожны в соответствии со статьей 10 и пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку ответчики ФИО9, ФИО11 и ФИО4 допустили злоупотребление правом, преследуя цель помешать ФИО1 получить причитающиеся ей части долей в уставных капиталах ООО «Специальные знаки и маркировка» и ООО «ТБК Инвест Групп».

В результате принятия в состав ООО «АЕСП» ФИО3 размер уставного капитала общества увеличился до 200 000 рублей, а доля ФИО2 в нем уменьшилась со 100 % до 50 %. Глыбин внес вклад в размере номинальной стоимости полученной доли.

Затем ФИО9 незамедлительно вышел из общества, а его доля в размере 50% уставного капитала общества в тот же день перешла к ФИО3. После выхода из общества ФИО9 до сего времени сохраняет должность Генерального директора общества.

Общество не выплатило ФИО9 действительную стоимость его доли в размере 50% уставного капитала общества.

В свою очередь, ФИО3 не оплатил обществу стоимость той 50-процентной доли в уставном капитале, которую он получил в связи с выходом ФИО9 из общества.

Внесение ФИО3 первоначального вклада в минимально допустимом по закону размере при отсутствии объективной необходимости в увеличении уставного капитала также не имело инвестиционной цели.

Согласованно совершая в течение короткого промежутка времени описанную последовательность действий, ответчики не могли не осознавать, что конечный результат будет таким же, как и при совершении ими двусторонней сделки по отчуждению принадлежавшей ФИО2 доли в размере 100% уставного капитала общества, которая требует удостоверения нотариусом и получения согласия ФИО1 на распоряжение общим имуществом супругов.

С учетом изложенного и руководствуясь правовой позицией Президиума ВАС РФ по делу № А33-18938/2011, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что действия ответчиков, оформленные Заявлением ФИО3 о вступлении в ООО «АЕСП», решением № 1 от 19.01.2017 единственного участника ООО «АЕСП», Заявлением ФИО2 от 02.02.2017 о выходе из ООО «АЕСП» и решением № 1 от 02.02.2017 единственного участника ООО «АЕСП», представляют собой цепочку притворных сделок, которая прикрывает сделку между ФИО2 и ФИО3 по отчуждению доли в размере 100% уставного капитала ООО «АЕСП».

Таким образом, на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации суд первой инстанции обоснованно признал ничтожными все сделки, которые составляют описанную здесь цепочку притворных сделок.

Прикрываемая сделка, между ФИО2 и ФИО3 по отчуждению доли в размере 100% уставного капитала ООО «АЕСП» также правомерно признана недействительной, в связи со следующим.

Указанную сделку ФИО2 заключил без согласия ФИО1

При этом ФИО3 должен был знать о данном обстоятельстве, поскольку в заявлении ФИО2 о выходе из общества содержалось предупреждение нотариуса о необходимости одновременно с заявлением предоставить нотариально удостоверенное согласие супруги на распоряжение долей в уставном капитале общества.

Действуя с обычной степенью осмотрительности и добросовестности, ФИО3 должен был выяснить причину отсутствия необходимого письменного согласия истца на распоряжение долями в уставных капиталах обществ.

Поэтому данная сделка обоснованно признана недействительной на основании пунктов 2 и 3 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации.

Данная сделка ничтожна ввиду несоблюдения обязательной нотариальной формы сделок, направленных на отчуждение доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью - пункт 11 статьи 21 Закона об ООО, пункты 2 и 3 статьи 163, пункт 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как было установлено выше, в действиях ответчиков ФИО2, ФИО11, ФИО4 и ФИО3 усматривается злоупотребление правом, поскольку эти лица преследовали цель помешать ФИО1 получить причитающиеся ей части долей в уставных капиталах обществ.

В связи с этим, сделка между ФИО2 и ФИО3 по отчуждению 100-процентной доли в уставном капитале ООО «АЕСП» ничтожна на основании пунктов 3 и 4 статьи 1, статьи 10 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 1 статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» от 08.02.1998 № 14-ФЗ, переход доли или части доли в уставном капитале общества к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам осуществляется на основании сделки, в порядке правопреемства или на ином законном основании.

При таких обстоятельствах, учитывая, что право собственности ФИО2 на долю в размере 15% в уставном капитале ООО «ТБК Инвест Групп» возникло на законных основаниях, имущество неправомерно выбыло из владения собственника, доказательства правомерности выбытия имущества из владения истца и возникновения у ответчиков ФИО11 ФИО4 права собственности на спорное имущество в размере 15% доли в уставном капитале (по 7,5% у каждого) не представлены, суд первой инстанции верно указал, что за ФИО2 следует признать право на долю в размере 15% уставного капитала ООО «ТБК Инвест Групп» путем истребования из чужого незаконного владения ответчиков в пользу ФИО2 по 7,5% доли в уставном капитале Общества.

Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика относительно того, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли - пункт 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По настоящему делу установлено, что ответчики ФИО11 и ФИО4 не являются добросовестными приобретателями, поскольку они знали о несогласии ФИО12 на сделку, не понесли затрат на оплату приобретенных ими долей, а их права на это имущество основываются на не имеющих юридической силы протоколе № 1 от 23.12.2016 общего собрания участников ООО Специальные знаки и маркировка» и протоколе №1 от 23.12.2016 общего собрания участников ООО «ТБК Инвест Групп».

В отношении требования истца о применении последствий недействительности оспоренных сделок в виде обязания МИФНС России № 46 по г.Москве исключить из Единого государственного реестра юридических лиц записи ГРН 8167750228121 от 29.12.2016, ГРН 8167750228198 от 29.12.2016, ГРН 2177746792067 от 27.01.2017 и ГРН 6177746245484 от 10.02.2017, судом установлено следующее.

В соответствии с положениями статей 1 и 4, частей 3 и 4 статьи 5, части 1 статьи 11 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», основанием для внесения изменения в ЕГРЮЛ является признание решения о государственной регистрации недействительным.

Между тем, истец такого требования не заявил.

Законодательством не предусмотрен такой способ защиты нарушенного права, как признание записей в ЕГРЮЛ недействительными и исключение из ЕГРЮЛ ранее внесенных записей и сведений.

В соответствии с пунктом 5 Правил ведения ЕГРЮЛ, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 438 от 19.06.2002, изменение сведений, содержащихся в конкретной записи государственного реестра, осуществляется путем внесения новой записи со ссылкой на изменяемую запись.

Таким образом, суд первой инстанции верно установил, что требование истца в данной части не основано на законе.

Документы для государственной регистрации соответствующих изменений должны быть представлены в орган, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, в течение месяца со дня перехода доли или части доли к обществу.

Обязанность по внесению соответствующих изменений в сведения об обществе возлагается на общество в лице его единоличного исполнительного органа, которое обязано в течение месяца с момента изменения сведений, указанных в пункте 1 статьи 5 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», сообщить об этом в регистрирующий орган.

Таким образом, поскольку требование не основано на законе и противоречит ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» № 129-ФЗ от 08.08.2001, МИФНС России № 46 по г. Москве права истца не нарушены, истцом избран ненадлежащий способ защиты права, который не ведет к восстановлению нарушенных прав истца, при этом права истца восстановлены удовлетворением требований истца о признании сделок недействительными и признании права на долю, суд первой инстанции пришел к правомерно и обоснованному выводу о том, что в удовлетворении требований в рассматриваемой части следует отказать.

ФИО13 и ФИО11 считают себя не извещенными о судебном заседании.

Данные доводы проверены апелляционной коллегией и отклоняются на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, считаются извещенными надлежащим образом, если к началу судебного заседания арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом направленной ему копии судебного акта.

В соответствии с положениями пункта 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, и иные участники арбитражного процесса также считаются извещенными надлежащим образом арбитражным судом, если:

1) адресат отказался от получения копии судебного акта и этот отказ зафиксирован организацией почтовой связи или арбитражным судом;

2) несмотря на почтовое извещение, адресат не явился за получением копии судебного акта, направленной арбитражным судом в установленном порядке, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд;

3) копия судебного акта не вручена в связи с отсутствием адресата по указанному адресу, о чем организация почтовой связи уведомила арбитражный суд с указанием источника данной информации;

4) судебное извещение вручено уполномоченному лицу филиала или представительства юридического лица;

5) судебное извещение вручено представителю лица, участвующего в деле;

6) имеются доказательства вручения или направления судебного извещения в порядке, установленном частями 2 и 3 статьи 122 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно протокола судебного заседания Девятого арбитражного апелляционного суда от 14 июня 2018 года присутствовали в судебном заседании - представитель ФИО4 - ФИО14 (по доверенности от 14.03.2018) и ФИО11 - ФИО14 (по доверенности от 14.03.2018) – том 7, л.д 4.

Согласно материалам дела, Постановлением АС МО от 04.09.2018 года настоящее дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, суд указал - ФИО4 и ФИО11 не явились, извещены надлежащим образом – том 7, л.д. 28-34.

Как усматривается из материалов дела, Суд надлежащим образом известил ФИО4 и ФИО11 - том 7, л.д.73-80; том 9, л.д.1, 2, 3, 83,85.

Согласно протокола судебного заседания от 17.04.2019 года ФИО4 и ФИО11 в судебное заседание не явился, извещен (том 10, л.д. 49).

Информация по делу размещена на сайте арбитражных судов.

Указанные выше обстоятельства свидетельствуют о том, заявители ФИО4 и ФИО11 были надлежащим образом извещены о рассмотрении настоящего дела в и основания полагать суд первой инстанции, нарушившим процессуальное законодательство у судебной коллегии отсутствуют.

Девятый арбитражный апелляционный суд полагает, что судом первой инстанции при рассмотрении спора с учетом указаний АС МО от 04.09.2018, правильно определен характер спорного правоотношения, круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, верно определены законы и иные нормативные акты, которые следовало применить по настоящему делу, дана оценка всем имеющимся в деле доказательствам с соблюдением требований арбитражного процессуального законодательства.

Доводы подателей апелляционных жалоб об обратном основаны на переоценке представленных в дело доказательств. Иное толкование заявителями положений гражданского законодательства, а также иная оценка обстоятельств настоящего дела не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права.

Арбитражным судом первой инстанции установлены все фактические обстоятельства и исследованы доказательства, представленные сторонами по делу, правильно применены подлежащие применению нормы материального и процессуального права, вынесено по существу законное и обоснованное решение об удовлетворении исковых требований в указанной части.

Оснований, установленных статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для отмены судебного решения арбитражного суда первой инстанции, по настоящему делу не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционных жалоб относятся на заявителей.

Руководствуясь статьями 176, 266-268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 08 мая 2019 года по делу №А40-162227/17 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде Московского округа.

Председательствующий судья: М.Е. Верстова

Судьи: Е.Н. Янина

Б.В. Стешан

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.