Гражданский кодекс часть 1

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Дриада Вайн» (ул. Тимирязевская, <...>, ОГРН <***>) на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2021 по делу № А32-8242/2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2022 по тому же делу

по иску закрытого акционерного общества «Дриада Вайн» к обществу с ограниченной ответственностью «Долина» (ул. Береговая, д. 45, ст. Вышестеблиевская, Темрюкский р-н, Краснодарский край, 353541, ОГРН <***>) о защите исключительных прав на товарные знаки

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Красное Эхо» (Волгоградский <...>, Москва, 109316, ОГРН <***>).

В судебном заседании приняли участие представитель закрытого акционерного общества «Дриада Вайн» – ФИО2 (по доверенности от 11.01.2022).

Суд по интеллектуальным правам

УСТАНОВИЛ:

закрытое акционерное общество «Дриада Вайн» (далее – общество «Дриада Вайн») обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Долина» (далее – общество «Долина») о запрете использования сходных до степени смешения с объемными товарным знаком по свидетельству Российской Федерации № 379231, и о взыскании 5 000 000 рублей компенсации за незаконное использование товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 379231, № 417414, № 418262, № 749112.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Красное Эхо».

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2021, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2022, исковые требования удовлетворены частично: обществу «Долина» запрещено использовать объемные обозначения, сходных до степени смешения с объемными товарными знаками по свидетельствам Российской Федерации № 379231, № 749112, в том числе осуществлять любые действия с их использованием для производства, рекламы, хранения, предложения к продаже, ввода в гражданский товарооборот Российской Федерации товаров, маркированных указанными обозначениями; с общества «Долина» в пользу общества «Дриада Вайн» также взысканы 500 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав, 10 800 рублей – расходов по уплате госпошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятыми судами первой и апелляционной инстанции судебными актами, общество «Дриада Вайн» обратилось в Суд по интеллектуальным правам с кассационной жалобой, в которой просит отменить указанные судебные акты, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края.

В судебном заседании представитель общества «Дриада Вайн» выступил по доводам, изложенным в кассационной жалобе, просил кассационную жалобу удовлетворить.

Общество «Долина» в отзыве на кассационную жалобу высказалось об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.

Ответчик и третье лицо, извещенные надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, явки своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.02.2011 № 12 «О некоторых вопросах применения Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации», при наличии в материалах дела уведомления о вручении лицу, участвующему в деле, либо иному участнику арбитражного процесса копии первого судебного акта по рассматриваемому делу либо сведений, указанных в части 4 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, такое лицо считается надлежаще извещенным при рассмотрении дела судом апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, при рассмотрении судом первой инстанции заявления по вопросу о судебных расходах, если судом, рассматривающим дело, выполняются обязанности по размещению информации о времени и месте судебных заседаний, совершении отдельных процессуальных действий на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет в соответствии с требованиями абзаца второго части 1 статьи 121 названного Кодекса. При этом отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих получение лицами, участвующими в деле, названных документов, не может расцениваться как несоблюдение арбитражным судом правил названного Кодекса о надлежащем извещении.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, общество «Дриада Вайн» является правообладателем следующих объемных товарных знаков: «» по свидетельству Российской Федерации № 379231, «» по свидетельству Российской Федерации № 417414, «» по свидетельству Российской Федерации № 418262 и «» по свидетельству Российской Федерации № 749112, зарегистрированных в отношении товаров 33-го класса МКТУ.

Иск мотивирован нарушением обществом «Долина» исключительных прав общества «Дриада Вайн» при вводе в гражданский оборот вина «ДОМАШНЕЕ» в бутылках сходных до степени смешения с названными товарными знаками.

Оценив представленные в дело доказательства и удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции руководствовался статьями 1225, 1229, 1252, 1477, 1484, 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями, содержащимися в пунктах 59, 61 и 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), и исходил из доказанности факта наличия у общества «Дриада Вайн» исключительных прав на товарные знаки. Вместе с тем суд первой инстанции установил факт нарушения обществом «Долина» при производстве и реализации спорного товара исключительных прав истца на товарные знаки «» и «» по свидетельствам Российской Федерации № 379231 и № 749112, но не два других товарных знака.

При определении подлежащего взысканию размера компенсации суд первой инстанции исходил из принципов разумности и справедливости компенсации последствиям нарушения, заявление ответчика о необходимости снижения заявленного размера компенсации и посчитал обоснованным размер компенсации в сумме 500 000 рублей (из расчета по 250 000 рублей за каждый из товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации № 379231 и № 749112).

Апелляционный суд с выводами суда первой инстанции согласился, отклонив изложенные в апелляционной жалобе доводы, аналогичные доводам, приведенным в кассационной жалобе.

При рассмотрении дела в порядке кассационного производства Судом по интеллектуальным правам на основании части 2 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации проверено соблюдение судом первой инстанции норм процессуального права, нарушение которых является в соответствии с частью 4 статьи 288 названного Кодекса основанием для отмены судебного акта в любом случае, и таких нарушений не выявлено.

В кассационной жалобе заявитель выражает несогласие с удовлетворением требований в отношении только двух товарных знаков при том, что, по мнению истца, все четыре вышеуказанных товарных знаков образуют единую серию. Кроме того, заявитель кассационной жалобы оспаривает размер компенсации, определенный судом, считает, что судом первой инстанции не учтено представленное в материалы дела заключение независимого оценщика № 1-25/01; длительность допущенного правонарушения, конкурентные отношения истца и ответчика; наличие у истца серии товарных знаков.

Изучив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе и в отзыве на нее, заслушав явившихся в судебное заседание представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке, предусмотренном статьями 286 и 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, Суд по интеллектуальным правам пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы в силу следующего.

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных ГК РФ для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Доводы заявителя кассационной жалобы относительно отказа в удовлетворении исковых требований о защите исключительных прав на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации № 379231 и № 417414 подлежат отклонению в силу следующего.

Пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ признается исключительное право на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей. Лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (пункт 1 статьи 1484 ГК РФ).

Пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ предусмотрены, в частности, следующие способы осуществления исключительного права на товарный знак: 1) путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; 2) путем использования товарного знака при выполнении работ, оказании услуг; 3) путем размещения товарного знака на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; 4) путем размещения товарного знака в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; 5) путем размещения товарного знака в сети Интернет, в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 ГК РФ).

Таким образом, использование без согласия правообладателя при выполнении работ, оказании услуг, а равно размещение в сети Интернет обозначения, тождественного товарному знаку правообладателя или сходного с ним до степени смешения, является нарушением исключительного права на товарный знак.

Пунктом 6 статьи 1252 ГК РФ установлено, что если различные средства индивидуализации (фирменное наименование, товарный знак, знак обслуживания, коммерческое обозначение) оказываются тождественными или сходными до степени смешения и в результате такого тождества или сходства могут быть введены в заблуждение потребители и (или) контрагенты, преимущество имеет средство индивидуализации, исключительное право на которое возникло ранее, либо в случаях установления конвенционного или выставочного приоритета средство индивидуализации, которое имеет более ранний приоритет.

Таким образом, в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт наличия указанного права и его принадлежность истцу, а также факт его нарушения ответчиком путем использования обозначения, тождественного либо сходного до степени смешения с товарным знаком (знаком обслуживания), в отношении товаров и/или услуг, для индивидуализации которых зарегистрирован такой знак, или однородных товаров (услуг), если в результате такого использования возникает вероятность смешения. В бремя доказывания ответчика входит подтверждение правомерности использования спорного обозначения.

Как следует из обжалуемых судебных актов, суды первой и апелляционной инстанции установили факт принадлежности истцу исключительных прав на вышеуказанные объемные товарные знаки, в защиту которых истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

В силу вышеприведенных правовых норм нарушением исключительного права на товарный знак (знак обслуживания) является использование без разрешения правообладателя тождественного либо сходного обозначения в отношении идентичных либо однородных услуг, указанных в регистрации знака обслуживания истца.

В абзаце пятом пункта 162 Постановления № 10 указано, что установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Таким образом, установление сходства сравниваемых обозначений относится к вопросам факта и подлежит установлению судом первой инстанции.

Вместе с тем, независимо от того, что вопрос сходства сравниваемых обозначений является вопросом факта, суд кассационной инстанции вправе проверять соблюдение нижестоящими судами требований Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о всестороннем, полном и объективном исследовании доказательств по делу, методологических подходов к оценке сходства до степени смешения сравниваемых обозначений.

Аналогичная правовая позиция выражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.09.2017 по делу № А60-6484/2016.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 18.07.2006 № 2979/06 по делу № А40-63533/2004 и от 17.04.2012 № 16577/11 по делу № А40-2569/2011, в пункте 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015, вывод о сходстве до степени смешения обозначений делается на основе восприятия не отдельных элементов, а общего впечатления, которое производят это обозначение и товарный знак в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Аналогичная правовая позиция выражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.02.2017 № 309-ЭС16-15153.

При оценке сравниваемых обозначений на предмет тождества или сходства до степени смешения следует руководствоваться Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее – Правила № 482) и пунктом 162 Постановления № 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах; сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком) — если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Как указывалось выше, в пункте 162 Постановления № 10 разъяснено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Из обжалуемого судебного решения усматривается, что судом первой при установлении сходства и смешения спорных товаров ответчика с товарными знаками истца инстанции соблюдены приведенные методологические подходы.

То обстоятельство, что четыре вышеприведенных товарных знаков образуют серию, само по себе не предопределяет вывод о сходстве до степени смешения с каждым товарным знаком из такой серии. При этом коллегия судей кассационной инстанции отмечает, что вышеуказанные товарные знаки не являются тождественными — обратное исключало бы регистрацию трех младших товарных знаков в отношении тех же товаров 33-го класса МКТУ, — как следствие, анализ сходства и смешения правомерно проведен судом первой инстанции в отношении каждого знака в отдельности, а не серии в целом.

Доводы заявителя кассационной жалобы относительно размера компенсации, определенного судом первой инстанции, также подлежат отклонению в силу следующего.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных данным Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ предусмотрено, что правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252 Кодекса).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Как отмечено в подпункте 6 пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13.02.2018 № 8-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 1252, статьи 1487 и пунктов 1, 2 и 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «ПАГ», положения пункта 4 статьи 1515 ГК РФ в целях охраны исключительного права на товарный знак создают для правообладателя преимущества, освобождающие его от бремени доказывания размера причиненного ущерба и наличия вины нарушителя. Вместе с тем это не освобождает суд, применяющий в конкретном деле нормы, которые ставят одну сторону (правообладателя) при защите своих прав в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, от обязанности руководствоваться в рамках предоставленной ему дискреции правовыми критериями баланса конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности правонарушающему деянию. Иное не согласовывалось бы ни с конституционными принципами справедливости и соразмерности, ни с общими началами частного права.

Из искового заявления следует, что компенсация заявлена обществом «Дриада Вайн» на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ (в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения).

Таким образом, размер компенсации определен судом первой инстанции в пределах его дискреционных полномочий с учетом необходимости соблюдения принципов разумности и справедливости компенсации последствиям нарушения.

Вопреки доводам заявителя кассационной жалобы судом первой инстанции дана оценка заключению независимого оценщика № 1-25/01, что нашло отражение на странице 8 судебного решения.

Суд по интеллектуальным правам обращает внимание на то, что определение судом, рассматривающим спор по существу, конкретного размера компенсации не является выводом о применении нормы права (часть 3 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Определение размера компенсации за нарушение исключительных прав не относится к компетенции суда кассационной инстанции.

Степень соразмерности заявленной истцом компенсации последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из обстоятельств конкретного дела.

Суд кассационной инстанции полагает, что вопреки содержащимся в кассационной жалобе доводам, судами первой и апелляционной инстанции при рассмотрении дела установлены все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора, а выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Суд кассационной инстанции также обращает внимание на правовую позицию, содержащуюся в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Таким образом, обжалуемые решение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции является законными и отмене не подлежат. Несогласие заявителя кассационной жалобы с решением суда первой инстанции и апелляционным постановлением не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены. Оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 08.12.2021 по делу № А32-8242/2021 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.02.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу закрытого акционерного общества «Дриада Вайн» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в двухмесячный срок.

Председательствующий судья		Р.В. Силаев
судьи		Д.А. Булгаков
		Н.Н. Погадаев