Гражданский кодекс часть 1

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Соловьева К.Л., рассмотрев исковое заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «МегаГрупп» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании денежных средств,

при ведении протокола судебного заседания ФИО2

при участии в судебном заседании:

от истца: не явились, извещены,

от ответчика: не явились, извещены,

от третьего лица: не явились, извещены,

установил:

индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец, ИП ФИО1) обратился в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «МегаГрупп» (далее – ответчик, ООО «МегаГрупп») о взыскании суммы основного долга по договорам от 01.01.2018 №К036, от 01.01.2019 №К049 в размере 565649 рублей, неустойки в размере 1896413,55 рублей.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Запсибнефтехим» (далее – третье лицо).

Исковые требования со ссылками на статьи 309, 310, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) мотивированы ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по оплате оказанных услуг.

В ходе судебного разбирательства, в связи с оплатой ответчиком по счету от 31.07.2020 №103 (акт от 31.07.2020 №103) задолженности в размере 165649 рублей и неустойки в размере 23853,46 рублей, истец уточнил заявленные требования, просит взыскать сумму основного долга в размере 400000 рублей, неустойку в размере 1727340,43 рублей.

Руководствуясь ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд принял изменение иска, поскольку оно не противоречит закону и не нарушает права других лиц.

Относительно взыскания оставшейся части суммы основного долга в размере 400000 рублей, ответчик возражает, указал на то, что данная сумма была удержана им в качестве уплаты заказчику-третьему лицу штрафных санкций за нахождение работников истца в состоянии алкогольного опьянения.

По взысканию неустойки за нарушение сроков оплаты оказанных услуг, ответчик просит суд применить положения ст. 333 ГК РФ и снизить размер взыскиваемой неустойки.

Помимо этого, ответчик, исходя из условий договоров, определяющих момент возникновения обязательств по оплате на стороне заказчика, а также положений ст. 190-193 ГК РФ, указывает на неправомерность представленного истцом расчета неустойки.

Третье лицо в отзыве на иск пояснило, что между ним и ООО «МегаГрупп» были заключены договоры от 01.11.2017 №ЗСНХ.2554 и от 01.01.2018 №ЗСНХ.2618 на выполнение комплекса услуг по санитарному содержанию и сервисному обслуживанию здний, помещений и прилегающей территории. Условиями данных договоров предусмотрены штрафные санкции за нарушение требований в области охраны труда и промышленной безопасности.

Как пояснило третье лицо, в рамках исполнения данных договоров, привлеченными работниками были нарушены требования в области охраны труда и промышленной безопасности, в связи с чем, ответчику были предъявлены соответствующие претензии об уплате штрафов.

Стороны, надлежащим образом в соответствии со ст.ст. 121, 123 АПК РФ, извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем, суд на основании ст. 156 АПК РФ счел возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 01 января 2018 года между ИП ФИО1 (исполнитель) и ООО «МегаГрупп» (заказчик) заключен договор возмездного оказания услуг по проведению подсобных работ №К036, в соответствии с которым исполнитель обязуется предоставить заказчику работников для выполнения подсобных работ на территории, указанной заказчиком.

Согласно пункту 1.2 договора, заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство в соответствии с требованиями заказчика, оказать услуги по предоставлению в распоряжение заказчика персонала на временную работу. Заказчик поручает персоналу исполнителя выполнение определенных функций, работ, контролирует качество исполнения, устанавливает график и порядок исполнения работ, обеспечивает руководство персоналом исполнителя, для чего назначает ответственного из числа своих сотрудников.

Согласно пункту 4.3 договора, заказчик производит оплату выполненных услуг (работ) на основании выставленного исполнителем счета, при условии его соответствия акту выполненных работ. Оплата производится 1 раз в месяц.

Оплата производится не позднее 5 банковских дней с момента получения счета (пункт 4.5 договора).

Пунктом 6.1 договора предусмотрено, что в случае просрочки оплаты счетов и счетов-фактур, выставляемых исполнителем заказчику, заказчик выплачивает пеню в размере 0,5% от суммы соответствующего платежа за каждый день просрочки.

01 января 2019 года между ИП ФИО1 (исполнитель) и ООО «МегаГрупп» (заказчик) заключен договор возмездного оказания услуг №К049, в соответствии с которым исполнитель обязуется оказать услуги по предоставлению заказчику по заявке персонала для выполнения разовых подсобных работ на территории или объекте, указываемом заказчиком. На объекте заказчик поручает персоналу исполнителя выполнение определенных функций, работ, контролирует качество его исполнения, устанавливает график и порядок исполнения работ, обеспечивает оперативное руководство персоналом исполнителя, для чего назначает ответственного из числа своих сотрудников.

Оплата производится не позднее 1 календарного месяца с момента получения счета (пункт 4.5 договора).

Пунктом 7.1 договора предусмотрено, что в случае просрочки оплаты счетов, выставляемых исполнителем заказчику, заказчик выплачивает пеню в размере 0,5% от суммы соответствующего платежа за каждый день просрочки.

Во исполнение условий договоров, в период с 01.01.2018 по 07.08.2020 истцом оказаны услуги ответчику на общую сумму 22218438 рублей, что подтверждается актами на выполнение работ-услуг, а также выставленными счетами на оплату (т.1 л.д. 36-150, т.2 л.д. 1-50).

С учетом частичной оплаты, задолженность ООО «МегаГрупп» перед ИП ФИО1 составила 565659 рублей (до уточнения исковых требований).

В связи с неполной оплатой, истцом в адрес ответчика были направлены претензии с требованием произвести оплату оказанных услуг.

В ответном письме от 02.09.2020 №290 ответчик, отказывая в оплате услуг, сослался на наличие трудовых отношений между работниками ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ИП ФИО1, который, заключая договоры с ООО «Мегагрупп», должен нести перед обществом ответственность за качество оказываемой его работниками услуги.

В этом же письме, ответчик указал на нахождение указанных работников истца в состоянии алкогольного опьянения, в связи с чем, ООО «МегаГрупп» понесло убытки в виде уплаты штрафа заказчику-ООО «Запсибнефтехим» в соответствии с основным договором. В связи с этим, как пояснил ответчик, между сторонами возникли взаимные обязательства по оплате услуг и по возмещению штрафа, в связи с чем, ООО «МегаГрупп» удержало истребуемую ИП ФИО1 сумму в качестве понесенных ООО «МегаГрупп» убытков по уплате штрафа.

Поскольку досудебный порядок урегулирования спора, инициированный и реализованный истцом, не принес положительного результата, ИП ФИО1 обратился в Арбитражный суд Тюменской области с настоящим иском.

В соответствии со статьей 307 ГК РФ обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и иных оснований, указанных в ГК РФ.

Согласно ст.ст. 779, 781 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги, а заказчик обязуется оплатить эти услуги. Заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Предметом договора возмездного оказания услуг является совершение определенных действий или осуществление определенной деятельности.

Исходя из норм пункта 1 статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации и поскольку стороны в силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе определять условия договора по своему усмотрению, обязанности исполнителя по договору возмездного оказания услуг могут включать в себя не только совершение определенных действий (деятельности), но и представление заказчику результата своих действий.

Эти обязанности предполагают различную степень прилежания при исполнении обязательства. Если в первом случае исполнитель гарантирует приложение максимальных усилий, то во втором - достижение определенного результата.

В силу статьи 783 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору об оказании услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739), если это не противоречит статьям 779 - 782 названного Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

Таким образом, из буквального содержания данных норм следует, что договор подряда отличается от договора на возмездное оказание услуг тем, что результат деятельности подрядчика имеет овеществленный характер и выражается в создании вещи по заданию заказчика или ее трансформации (реконструкции, ремонте и т.д.), в отличие от деятельности услугодателя, не приводящей к созданию вещественного результата. По договору подряда ценность для заказчика представляет результат работ, в договоре на оказание услуг ценностью для заказчика являются сами действия исполнителя.

По правилам ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Таким образом, исходя из буквального толкования указанных норм права, в совокупности с обстоятельствами дела, истец, заявляя настоящие требования, должен представить в суд доказательства качественного оказания услуг, отсутствие встречных обязательств по компенсации расходов, связанных с оказанием услуг, и, как следствие, возникновение обязанности заказчика по их оплате.

Согласно п. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, с учетом требований ст. 68 АПК РФ, устанавливающей, что обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В соответствии с положениями ст. 9 АПК РФ судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе принципа состязательности, а лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В данном случае, как следует из материалов дела, ответчик, не соглашаясь с требованиями иска, указал на то, что сумма в размере 400000 рублей была удержана им в качестве уплаты заказчику ООО «Запсибнефтехим» штрафных санкций за нахождение работников истца ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 в состоянии алкогольного опьянения.

Таким образом, поскольку, как утверждает ответчик, между указанными лицами и ИП ФИО1 наличествуют трудовые отношения, следовательно, последний несет ответственность за действия своих работников.

Относительно работника ФИО7, ответчик пояснил, что данное лицо к деятельности ИП ФИО1 отношения не имеет, поскольку ФИО7 хотел трудоустроиться в ООО «Мега Групп», однако на работу принят не был, в связи с этим он не был в списке сотрудников ответчика.

Рассмотрев правовые позиции сторон в соответствии со ст. 71 АПК РФ, суд отмечает следующее.

В целях обеспечения эффективной защиты работников посредством национальных законодательства и практики, разрешения проблем, которые могут возникнуть в силу неравного положения сторон трудового правоотношения, Генеральной конференцией Международной организации труда 15 июня 2006 г. принята Рекомендация № 198 о трудовом правоотношении (далее - Рекомендация МОТ о трудовом правоотношении, Рекомендация).

В пункте 2 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении указано, что характер и масштабы защиты, обеспечиваемой работникам в рамках индивидуального трудового правоотношения, должны определяться национальными законодательством или практикой либо и тем, и другим, принимая во внимание соответствующие международные трудовые нормы.

В пункте 9 этого документа предусмотрено, что для целей национальной политики защиты работников в условиях индивидуального трудового правоотношения существование такого правоотношения должно в первую очередь определяться на основе фактов, подтверждающих выполнение работы и выплату вознаграждения работнику, невзирая на то, каким образом это трудовое правоотношение характеризуется в любом другом соглашении об обратном, носящем договорный или иной характер, которое могло быть заключено между сторонами.

Пункт 13 Рекомендации называет признаки существования трудового правоотношения (в частности, работа выполняется работником в соответствии с указаниями и под контролем другой стороны; интеграция работника в организационную структуру предприятия; выполнение работы в интересах другого лица лично работником в соответствии с определённым графиком или на рабочем месте, которое указывается или согласовывается стороной, заказавшей её; периодическая выплата вознаграждения работнику; работа предполагает предоставление инструментов, материалов и механизмов стороной, заказавшей работу).

В целях содействия определению существования индивидуального трудового правоотношения государства-члены должны в рамках своей национальной политики рассмотреть возможность установления правовой презумпции существования индивидуального трудового правоотношения в том случае, когда определено наличие одного или нескольких соответствующих признаков (пункт 11 Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении).

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Согласно статье 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается.

В силу части первой статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-0-0).

В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определённую этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (часть первая статьи 61 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключённым, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (часть первая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что приём на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключённого трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключённого трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключённым и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трёх рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (часть вторая статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключённого с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведённых выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключённого в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определённой, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приёме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключённым при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путём признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором.

При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьёй 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет её с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключённым.

Приведённые нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки, особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, должны учитываться с учётом Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации.

В данном случае, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Кроме того, для признания наличия трудовых отношений при фактическом отсутствии письменного трудового договора нужно доказать факт самой работы, а также факт допуска к ней работодателем или его уполномоченным представителем (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 N 15; Определение Верховного Суда от 21.05.2018 N 31-КГ18-1).

Таким образом, как указано судом, при разрешении споров указанных споров, неверно исходить только из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т. п.)., необходимо ориентироваться на суть возникших между сторонами правоотношений.

Как следует из материалов дела, 09.02.2018, 05.07.2018, 04.07.2018, 21.04.2019 сотрудниками ООО «НОП «Сибирь-ТНХ» был зафиксирован факт нахождения работников ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 на объекте ООО «ЗапСибНефтехим» с признаками алкогольного опьянения, что подтверждается актами фиксации нарушения, актами о нарушении пропускного/внутриобъектового режимов, показаниями алкотестера, а также письменными объяснениями самих нарушителей.

Из представленных документов следует, что при оформлении допущенных нарушений ФИО4 присутствовал бригадир ФИО8, при оформлении ФИО3 - менеджер ФИО9, а при оформлении ФИО5 - бригадир ФИО10, при этом, как указал ответчик, должности бригадира в ООО «МегаГрупп» не существовало ни в 2018, ни в 2019 году, что подтверждается штатным расписанием общества, а менеджер ФИО9 является сотрудником ИП ФИО1, что подтверждается скриншотами представленных в материалы дела электронных писем.

Кроме того, в акте о нарушении пропускного/внутриобъектового режимов от 21.04.2019 место работы ФИО5 указано ИП «Найм» (подрядчик ООО «МегаГрупп»).

В качестве доказательств, подтверждающих, что указанные лица не являются работниками ООО «МегаГрупп», ответчик представил сведения о застрахованных лицах по форме СЗВ-М ООО «МегаГрупп» за спорный период (т. 3).

В целях установления трудовых отношений указанных лиц и ИП ФИО1, ответчиком было заявлено ходатайство об истребовании у истца сведений об исчисленных, удержанных и уплаченных налогах на доходы физических лиц за спорный период (3-НДФЛ), сведений о среднесписочной численности, формы отчетов РСВ, СЗВ-М и СЗВ-ТД, сведений о трудоустройстве и заключении ИП ФИО1 гражданско-правовых договоров с ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6

С учетом заявленных возражений ответчика, в целях выяснения обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, определением от 14.12.2020 суд указал на необходимость истцу в обоснование своей позиции и возражений относительно доводов ответчика, представить возражения на отзыв общества, а также испрашиваемые ответчиком сведения в полном объеме.

Однако, истец отказался исполнять определение суда, сославшись на невозможность предоставления отчетности, содержащей конфиденциальную информацию и персональные данные, при этом, пояснив, что договорные отношения ИП ФИО1 не относятся к предмету спора о взыскании задолженности.

Между тем, ответчик в подтверждение своих доводов представил в материалы дела, направленное менеджером ФИО9 информационное письмо от 22.06.2018 № 22, составленное ИП ФИО1, из содержания которого следует, что в связи с невыполнением плана работ по уборке территории вахтового городка №2, могут быть применены штрафные санкции, в результате чего может быть снижена оплата труда работникам бригады, вплоть до невыплаты.

К указанному письму приложен лист ознакомления с информационным письмом, в списке которого значатся бригадиры ФИО10, ФИО8, а также работники ФИО3 и ФИО4

Кроме того, в подтверждение доказательств того, что указанные лица состоят в трудовых отношениях с истцом, ответчиком представлен копия договора на оказание консультационных услуг по поиску работы или подработки соискателю от 01.02.2018 №Т 57/2018 между ИП ФИО1 и ФИО6, направленным в адрес ответчика по электронной почте менеджером ФИО9

В соответствии с указанным договором, ИП ФИО1 обязуется по заданию ФИО6 оказать ему консультационные услуги по поиску мест подработки, работы; оказать содействие в организации рабочего процесса, предоставить возможность использования своего расчетного счета для получения денежных средств, причитающихся ФИО6 за выполненную работу.

За свои услуги ИП ФИО1 удерживает 15% от суммы, перечисленной на его расчетный счет, причитающейся ФИО6 за выполненные работы на объекте (пункт 1.2 договора).

В свою очередь, несмотря на представленные возражения, требования суда, изложенные в определении от 14.12.2020 года, каких-либо доказательств, опровергающих доводы ответчика, в частности, доказательств подтверждающих, что указанные лица не являются его работниками, в нарушение ст.ст. 65, 68 АПК РФ в материалы дела не представил, в связи с чем, суд относит риск несовершения указанных действий, применительно к положениям ст. 9 АПК РФ, на истца.

Таким образом, доказательства представленные ответчиком, признаются судом надлежащими на основании ч. 3 ст. 71, ч. ч. 8, 9 ст. 75 АПК РФ.

С учетом изложенного, в отсутствие доказательств обратного, суд приходит к выводу, что ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 являются работниками ИП ФИО1 и представлялись им для исполнения обязательств по заключенным договорам с ООО «МегаГрупп».

При этом, суд отмечает, что в данном случае, истец получал денежные средства в рамках заключенных договоров никак лицо, оказывающее только услуги по подбору персонала ответчику, а как исполнитель определенного договорами объема работ с использованием своих работников.

В данном случае, материалами дела подтверждается получение предпринимателем денежных средств за оказанные услуги на объектах третьего лица, которые впоследствии выплачивались работникам, с учетом удержания своего вознаграждения.

Данное обстоятельство также подтверждается указанным судом информационным письмом от 22.06.2018 № 22, составленным ИП ФИО1, из содержания которого следует, что в связи с невыполнением плана работ по уборке территории вахтового городка №2, могут быть применены штрафные санкции, в результате чего может быть снижена оплата труда работникам бригады, вплоть до невыплаты.

При этом, довод истца о том, что именно ООО «МегаГрупп» должно контролировать качество выполнения работ и нести ответственность за действия указанных лиц, судом отклоняется, поскольку опровергается представленными в материалы дела доказательствами, в том числе договором на оказание консультационных услуг по поиску работы или подработки соискателю от 01.02.2018 №Т 57/2018, из содержания которого следует, что заказчик-соискатель обязан добросовестно исполнять работу на объекте, соблюдать установленные на объекте требования промышленной и пожарной безопасности, охраны окружающей среды. В случае попытки прохода заказчика-соискателя на территорию объекта через контрольно - пропускной пункт либо нахождение на территории объекта в нетрезвом виде с использованием ранее выданного пропуска, последний несет материальную ответственность в размере 250000 рублей.

Помимо этого, условиями договоров возмездного оказания услуг по проведению подсобных работ от №К036 и №К049 установлено, что ИП ФИО1 обязан оказывать услуги и (или) выполнять работы установленного качества; подобрать сотрудника запрашиваемой квалификации; по требованию заказчика заменить сотрудника на другого, при предоставлении объективных причин его несоответствия.

Ссылка истца на то, что пропуска для нарушителей оформлялись ООО «МегаГрупп», что подтверждает, по его мнению, отсутствие ответственности ИП ФИО1 перед заказчиком работ, судом отклоняется ввиду ее несостоятельности, поскольку, как следует из материалов дела, пропуска на работников ИП ФИО1 оформлялись ответчиком по заявкам истца, которые направлялись менеджером ФИО9, являющейся сотрудницей последнего.

Таким образом, поскольку ИП ФИО1 фактически исполнял свои обязательства силами привлеченных им указанных работников, контролируя и обеспечивая качество выполняемых ими работ, следовательно, он должен нести ответственность за действия своих работников, если эти действия повлекли неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по договору.

На основании изложенного, поскольку материалами дела подтверждается факт нахождения работников истца в состоянии алкогольного опьянения, удержание с последнего штрафа из суммы, подлежащей оплате за оказанные услуги, суд считает обоснованным.

Как указано судом, в силу статьи 783 Гражданского кодекса Российской Федерации к договору об оказании услуг применяются общие положения о подряде (статьи 702 - 729) и положения о бытовом подряде (статьи 730 - 739), если это не противоречит статьям 779 - 782 названного Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В соответствии со ст.ст. 702, 708, 709, 720 ГК РФ обязательственное правоотношение по договору подряда состоит из двух основных встречных обязательств, определяющих тип этого договора (далее – основные обязательства): обязательства подрядчика выполнить в натуре работы надлежащего качества в согласованный срок и обязательства заказчика уплатить обусловленную договором цену в порядке, предусмотренном сделкой (статья 328 ГК РФ).

Из встречного характера основных обязательств, из которых состоят обязательственные правоотношения по договору подряда, урегулированные положениями главы 37 ГК РФ, пунктов 1, 2 статьи 328 ГК РФ, следует, что в случае ненадлежащего исполнения подрядчиком основного обязательства им не может быть получена та сумма, на которую он мог рассчитывать, если бы исполнил это обязательство надлежащим образом.

Неисправный подрядчик не вправе требовать выплаты полной договорной цены в случае нарушения им обязательств по договору, в том числе при просрочке выполнения работ, непредставлении обеспечения исполнения. Отклонение подрядчика от условий договора порождает необходимость перерасчета итогового платежа путем уменьшения цены договора на сумму неустойки, подлежащей начислению в связи с просрочкой или иного ненадлежащего исполнения обязательства. Подобное сальдирование вытекает из существа отношений по подряду и происходит в силу встречного характера основных обязательств подрядчика и заказчика.

Кроме того, в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств» разъяснено, что обязательства могут быть прекращены зачетом после предъявления иска по одному из требований; в этом случае сторона по своему усмотрению вправе заявить о зачете как во

встречном иске (статья 132 АПК РФ), так и в возражении на иск, юридические и фактические основания которых исследуются судом равным образом (часть 1 статьи 64, части 1 - 3.1 статьи 65, часть 7 статьи 71, часть 1 статьи 168, части 3, 4 статьи 170 АПК РФ). В частности, также после предъявления иска ответчик вправе направить истцу заявление о зачете и указать в возражении на иск на прекращение требования, по которому предъявлен иск, зачетом.

Указанный правовой подход соответствуют выводам, изложенным в Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 11.09.2020 по делу №А70-318/2020, и учтен судом в целях формирования принципа единообразия судебной практики.

Таким образом, суд признает взаимные обязательства сторон прекращенными в результате на сумму 400000 рублей.

С учетом изложенного, оценив представленные в материалы дела сторонами доказательства в соответствии со ст. 71 АПК РФ, суд приходит к выводу, что требование ИП ФИО1 о взыскании с ООО «МегаГрупп» суммы основного долга за оказанные услуги в размере 400000 рублей является необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Истцом заявлено уточненное требование о взыскании с ответчика неустойки за нарушение сроков оплаты оказанных услуг по договорам от 01.01.2018 №К036 и от 01.01.2019 №К049 в размере 1727340,43 рублей.

Рассмотрев данное требование, суд считает его подлежащим частичному удовлетворению последующим основаниям.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором (часть 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (статья 330 ГК РФ).

В пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» указано, что на случай неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности при просрочке исполнения, законом или договором может быть предусмотрена обязанность должника уплатить кредитору определенную денежную сумму (неустойку), размер которой может быть установлен в твердой сумме – штраф или в виде периодически начисляемого платежа – пени (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Из указанных норм права, а также из правовой природы неустойки следует, что обязанность должника уплатить кредитору неустойку в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения основного обязательства представляет собой обязанность, являющуюся дополнительным (акцессорным) денежным обязательством.

Таким образом, правовым основанием для взыскания неустойки является положение договора или закона, предусматривающие ответственность стороны за нарушение установленного обязательства.

Как следует из пункта 6.1 договора от 01.01.2018 №К036, в случае просрочки оплаты счетов и счетов-фактур, выставляемых исполнителем заказчику, заказчик выплачивает пеню в размере 0,5% от суммы соответствующего платежа за каждый день просрочки.

Пунктом 7.1 договора от 01.01.2019 №К049 предусмотрено, что в случае просрочки оплаты счетов, выставляемых исполнителем заказчику, заказчик выплачивает пеню в размере 0,5% от суммы соответствующего платежа за каждый день просрочки.

Как следует из материалов дела, истец, при определении размера неустойки снизил ее в самостоятельном порядке до 0,3%.

Таким образом, разумность заявленной к взысканию неустойки будет определяться судом от данного размера неустойки.

В силу п. 2 ст. 330 ГК РФ кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Согласно п. 1 ст. 401 ГК РФ обязательным условием ответственности лица, не исполнившего обязательства либо исполнившего его ненадлежащим образом, является наличие у него вины; лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

Оценив представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что отсутствие вины ответчика в допущенном нарушении сроков не доказано.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что факт просрочки ответчиком оплаты оказанных услуг подтверждается материалами дела и им не оспаривается, суд считает исковые требования о взыскании неустойки обоснованными.

Принимая во внимание, что размер неустойки, установленный договорами в размере 0,5%, является завышенным, истец произвел расчет неустойки исходя из расчета 0,3% от суммы соответствующего платежа за каждый день просрочки.

Произведенный истцом расчет неустойки, судом проверен и признан арифметически неверным в части определения периодов начисления неустойки.

Судом произведен перерасчет неустойки, исходя из положений ст.ст. 190-193 ГК РФ, а также условий договора, общий размер которой составил 1024976,16 рублей.

Помимо этого, как следует из материалов дела, ответчиком заявлено ходатайство о применении судом положений ст. 333 ГК РФ в силу несоразмерности размера начисленной неустойки соответствующим последствиям.

Рассмотрев данное ходатайство, суд, исходя из указанных обстоятельств дела, считает возможным применить положения статьи 333 ГК РФ по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 333 ГК РФ, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательства и меры имущественной ответственности за их неисполнение либо ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

При этом согласно п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

К тому же критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором (п.п. 2, 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, заявляя о снижении неустойки, ответчик должен обосновать и доказать явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Кредитор же для опровержения соответствующего заявления ответчика вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (п. 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При этом к выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14 по делу № А53-10062/2013).

Кроме того, постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.12.2013 N 12945/13 по делу N А68-7334/2012 сформулирована правовая позиция, согласно которой равные начала участия субъектов права в гражданском обороте предполагают сбалансированность мер ответственности, предусмотренных для сторон одного договора при неисполнении ими обязательств.

Размер неустойки, устанавливаемой сторонами в договоре, не должен приводить к неосновательному обогащению одной стороны за счет другой и к нарушению принципа справедливости; неустойка должна носить компенсационный, а не карательный характер.

Таким образом, учитывая характер и степень нарушения обязательства со стороны заказчика, суд, исходя из отсутствия в материалах дела сведений о том, что допущенное нарушение при оказании услуг привело к образованию убытков на стороне истца, считает возможным определить к взысканию неустойку в размере 346487,20 рублей.

Указанное снижение размера неустойки не ущемляет права истца, а устанавливает баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При этом, уменьшая заявленную к взысканию неустойку, суд не может не учитывать ее соотношение к установленной сумме основного долга, незначительным периодам просрочки, периодичную оплату, с учетом перечисления денежных средств заказчиком и волеизъявление ответчика по погашению суммы долга в неоспариваемой части в момент рассмотрения спора по существу.

Ссылки истца на то, что в связи с несвоевременной оплатой оказанных услуг, истцом производилась несвоевременная уплата налога на добавленную стоимость, что влекло за собой дополнительные платежи по уплате пеней, являются несостоятельными, ввиду отсутствия каких-либо доказательств подтверждающих данные обстоятельства.

Оснований для полного освобождения ответчика от ответственности предусмотренной условиями договора, суд, исходя из указанных обстоятельств дела, не находит.

Судебные расходы по уплате госпошлины суд распределяет в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «МегаГрупп» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 неустойку в размере 346487,20 рублей, а также госпошлину в размере 18254 рублей.

В остальной части иска отказать.

Выдать исполнительный лист после вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия путем подачи жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Соловьев К.Л.