Гражданский кодекс часть 1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лазер Про» о расторжении комплексного лицензионного договора, взыскании денежной суммы,

установил:

ФИО1 (далее – истец, пользователь, ФИО1) обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Лазер Про» (далее – ответчик, правообладатель, ООО «Лазер Про») о расторжении комплексного лицензионного договора, взыскании денежной суммы. Исковые требования мотивированы тем, что 25 июня 2018 года между индивидуальным предпринимателем ФИО1 и ООО «Лазер Про» заключен комплексный лицензионный договор <номер>, согласно разделу 2 которого ответчик принял на себя обязательство предоставить истцу право использовать комплекс прав, включающий следующие объекты авторского права: коммерческое обозначение «LASER PRO», корпоративный стиль правообладателя, ноу-хау (секрет производства), базу знаний, доступ к CRM-системе, иные стандарты, требования, составляющие коммерческую тайну правообладателя. Правообладатель гарантировал, что ему принадлежат все исключительные права на объекты авторского права. Разделом 6 договора предусмотрена выплата вознаграждения, состоящего из паушального взноса в размере 450 000 руб., которое уплачено истцом в пользу ответчика. В декабре 2018 года истец получил дополнительное соглашение от 07 декабря 2018 года, подписанное со стороны ответчика, которым предусмотрено расторжение лицензионного договора по соглашению сторон. 22 февраля 2019 года истец направил в адрес ответчика требование о расторжении договора в связи с существенным нарушением условий договора со стороны правообладателя, приложив соглашение о расторжении договора, предусматривающее возврат уплаченного паушального взноса. Требование о расторжении договора получено ответчиком 02 апреля 2019 года, ответа не последовало. Истец считает, что договор подлежит расторжению в связи с существенным нарушением со стороны ответчика, а уплаченные истцом денежные средства – возврату, поскольку договор не исполнен со стороны правообладателя. В отсутствие государственной регистрации переход исключительных прав не может считаться состоявшимся, поскольку договор содержит в себе элементы договора о предоставлении права использования результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации, в частности секрета производства (ноу-хау), коммерческого обозначения. Фактически между сторонами заключен договор коммерческой концессии. Коммерческое обозначение «LASER PRO» принадлежит не ответчику, а другой организации. Истец применительно к ч. 2 ст. 450 ГК РФ лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора, что является основанием для расторжения договора. Согласно выписке из ЕГРЮЛ деятельность ФИО1 в качестве индивидуального предпринимателя прекращена 31 января 2019 года. Ссылаясь на ст.ст. 450, 453, 656, 1027, 1028, 1102, 1232, 1225, 1229, 1232, 1233, 1539, 1541 ГК РФ, истец просил расторгнуть комплексный лицензионный договор <номер> от 15 июня 2018 года, заключенный между ООО «Лазер Про» и индивидуальным предпринимателем ФИО1, а также взыскать с ответчика в пользу истца задолженность в размере 450 000 руб., расходы на оплату государственной пошлины в размере 8 000 руб.

Истец ФИО1 о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратился, просил рассмотреть дело в его отсутствие. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие истца ФИО1

Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующий на основании доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске и дополнительных письменных пояснениях, просил удовлетворить иск.

Представитель ответчика ООО «Лазер Про» о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, с ходатайством об отложении судебного заседания не обратился. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав представителя истца, изучив и проанализировав материалы дела, исследовав представленные доказательства, суд устанавливает следующие обстоятельства, имеющие значение по делу, и приходит к следующим выводам.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, между ООО «Лазер Про» (правообладатель) и индивидуальным предпринимателем ФИО1 (пользователь) заключен договор от 25 июня 2018 года <номер> (далее – договор), в соответствии с п. 2.1 которого правообладатель обязуется предоставить пользователю за вознаграждение право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс прав, принадлежащих правообладателю, а пользователь за предоставление ему комплекса прав обязуется выплачивать правообладателю вознаграждение на условиях и в сроки, предусмотренные договором.

Пунктом 2.2 договора предусмотрено, что в комплекс прав, предоставляемых по договору, включены следующие объекты авторского права:

- коммерческое обозначение «LASER PRO», указанное в Приложении <номер> к договору,

- корпоративный стиль правообладателя,

- ноу-хау (секрет производства),

- база знаний,

- доступ к CRM-системе,

- любые иные стандарты, требования, разработки, брендбуки, руководства, рекомендации, способы, процедуры, технологии, используемые для деятельности по оказанию услуг в студии, включая информацию, составляющую коммерческую тайну правообладателя и прочие объекты авторского права, права на которые принадлежат ему.

В пункте 2.3 договора правообладатель гарантировал, что ему принадлежат все исключительные права на объекты авторского права, указанные в пункте 2.2 договора.

По условиям пункта 7.1 договора правообладатель принял на себя ряд обязательств, в частности, оказывать пользователю техническое и консультативное содействие, включая содействие в обучении и повышении квалификации его работников, предоставить (передать) пользователю право использования комплекса прав в порядке и на условиях, предоставленных договором, в течение срока действия договора поддерживать правовую охрану комплекса прав.

За пользование комплексом прав пользователь обязался выплачивать правообладателю вознаграждение, состоящее из паушального взноса в размере 450 000 руб. и роялти в размере 45 000 руб. за один календарный месяц (п.п. 6.1, 6.2 договора).

Во исполнение указанного договора истец платежными поручениями от 26 июня 2018 года <номер>, от 26 июля 2018 года <номер>, от 21 августа 2018 года <номер> перечислил ответчику паушальный взнос в размере 450 000 руб.

07 декабря 2018 года ответчик предложил истцу расторгнуть договор по соглашению сторон, направив ему дополнительное соглашение к договору, которое ФИО1 не подписал.

31 января 2019 года деятельность в качестве индивидуального предпринимателя истцом прекращена.

22 февраля 2019 года пользователь, ссылаясь на ненадлежащее исполнение правообладателем договорных обязательств, направил в его адрес претензию и соглашение о расторжении договора, потребовав возвратить паушальный взнос в размере 450 000 руб.

Правообладатель соглашение о расторжении договора не подписал, паушальный взнос не возвратил, что послужило основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Согласно п. 2 ст. 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть расторгнут по решению суда только при его существенном нарушении другой стороной, а также в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Заявляя о расторжении договора в порядке п. 2 ст. 450 ГК РФ, истец ссылается на неисполнение ответчиком договорных обязательств, выразившееся в невыполнении обязанности по передаче права использования комплекса исключительных прав, а также неосуществлении государственной регистрации предоставления права их использования, о чем истец также указывал в досудебной претензии.

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 статьи 421 ГК РФ, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона к отдельным отношениям сторон по договору.

Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если вышеуказанные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Из буквального содержания пунктов 2.1, 2.2 договора следует, что его предметом является передача на возмездной основе права использовать в предпринимательской деятельности истца комплекс принадлежащих ответчику исключительных прав, а именно коммерческое обозначение «LASER PRO», указанное в Приложении <номер> к договору, корпоративный стиль правообладателя, ноу-хау (секрет производства), база знаний, доступ к CRM-системе, любые иные стандарты, требования, разработки, брендбуки, руководства, рекомендации, способы, процедуры, технологии, используемые для деятельности по оказанию услуг в студии, включая информацию, составляющую коммерческую тайну правообладателя и прочие объекты авторского права, права на которые принадлежат ему.

Оценив в порядке ст. 431 ГК РФ условия договора, суд приходит к выводу о том, что рассматриваемый договор содержит в себе элементы договора о предоставлении права использования результатов интеллектуальной деятельности и приравненных к ним средств индивидуализации (интеллектуальной собственности), в частности, секрета производства (ноу-хау) и коммерческого обозначения (ст. 1225 ГК РФ).

Согласно ст. 1226 ГК РФ на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации (результаты интеллектуальной деятельности и средства индивидуализации) признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

В силу п. 1 ст. 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем его отчуждения по договору другому лицу (договор об отчуждении исключительного права) или предоставления другому лицу права использования соответствующих результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации в установленных договором пределах (лицензионный договор) (п. 1 ст. 1233 ГК РФ).

Как следует из материалов дела, по условиям договора ответчик обязался предоставить истцу, в частности, право пользования коммерческим обозначением и секретом производства (ноу-хау).

Пункт 1 статьи 1465 ГК РФ определяет понятие секрета производства (ноу-хау), которым признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

Обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе при изготовлении изделий и реализации экономических и организационных решений. Обладатель секрета производства может распоряжаться указанным исключительным правом (п. 1 ст. 1466 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1538 ГК РФ юридические лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, а также индивидуальные предприниматели могут использовать для индивидуализации принадлежащих им торговых, промышленных и других предприятий (статья 132) коммерческие обозначения, не являющиеся фирменными наименованиями и не подлежащие обязательному включению в учредительные документы и единый государственный реестр юридических лиц.

Согласно п. 5 ст. 1539 ГК РФ правообладатель может предоставить другому лицу право использования своего коммерческого обозначения в порядке и на условиях, которые предусмотрены договором аренды предприятия (статья 656) или договором коммерческой концессии (статья 1027).

Исходя из п. 1 ст. 1027 ГК РФ, по договору коммерческой концессии одна сторона (правообладатель) обязуется предоставить другой стороне (пользователю) за вознаграждение на срок или без указания срока право использовать в предпринимательской деятельности пользователя комплекс принадлежащих правообладателю исключительных прав, включающий право на товарный знак, знак обслуживания, а также права на другие предусмотренные договором объекты исключительных прав, в частности на коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау).

Пунктом 2 статьи 1028 ГК РФ предусмотрено, что предоставление права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии подлежит государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. При несоблюдении требования о государственной регистрации предоставление права использования считается несостоявшимся.

При несоблюдении требования о государственной регистрации перехода исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации по договору об отчуждении исключительного права или без договора, залога исключительного права либо предоставления другому лицу права использования такого результата или такого средства по договору переход исключительного права, его залог или предоставление права использования считается несостоявшимся (п. 6 ст. 1232 ГК РФ).

При толковании предмета договора суд принимает во внимание, что по условиям п.п. 2.1, 2.2 договора ответчик обязался передать истцу не просто право пользования отдельными принадлежащими ответчику результатами интеллектуальной деятельности (средствами индивидуализации), а комплексом принадлежащих ему исключительных прав, включая коммерческое обозначение, секрет производства (ноу-хау), базу знаний, что в полной мере соответствует поименованному в статье 1027 ГК РФ договору коммерческой концессии.

То обстоятельство, что между сторонами заключен смешанный договор с элементами договора коммерческой концессии, представителем ответчика в судебном заседании не оспаривалось, в связи с чем на основании п. 3 ст. 421 ГК РФ суд приходит к выводу о том, что к отношениям сторон по договору от 25 июня 2018 года подлежат применению правила о договоре коммерческой концессии.

Поскольку в состав передаваемых истцу прав входили права пользования на такой результат интеллектуальной деятельности (средство индивидуализации) как коммерческое обозначение, а в целом истцу подлежал передаче комплекс исключительных прав, постольку передача таких прав подлежала государственной регистрации как в силу специальной нормы, предусмотренной статьей 1028 ГК РФ, так и в силу общих положений статьи 1232 ГК РФ.

То обстоятельство, что государственная регистрация предоставления права пользования комплексом принадлежащих правообладателю исключительных прав не осуществлена, ответчиком не оспаривалось.

Согласно ст.ст. 1, 307 ГК РФ при установлении и исполнении обязательства стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4 ст. 1 ГК РФ).

Суд принимает во внимание, что при заключении лицензионного договора, а также в период его исполнения, ответчик знал (должен был знать) об установленных законом требованиях к порядку распоряжения как отдельными исключительными правами, в частности, коммерческим обозначением (ст. 1539 ГК РФ), так и их комплексом (ст.ст. 1027, 1028 ГК РФ).

По смыслу ст.ст. 1027, 1028 ГК РФ ответчик не имел правомочий на передачу истцу прав на коммерческое обозначение по лицензионному договору, поскольку в силу ст. 1539 ГК РФ предоставление другому лицу права использования своего коммерческого обозначения должно осуществляться либо по договору коммерческой концессии, либо по договору аренды предприятия.

Очевидно, что заключая рассматриваемый договор, истец рассчитывал получить комплекс исключительных прав в том объеме, как он поименован в п.п. 2.1, 2.2 договора, а, следовательно, был вправе требовать от ответчика осуществления государственной регистрации предоставления права использования их в предпринимательской деятельности.

Поскольку предоставление права использования комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав не зарегистрировано в установленном порядке, суд, руководствуясь положениями ст.ст. 1028, 1232 ГК РФ, приходит к выводу, что предоставление права использования считается несостоявшимся.

При этом суд отклоняет доводы представителя ответчика о том, что истец самостоятельно мог обратиться в уполномоченный орган с заявлением о государственной регистрации, поскольку в силу п. 2 ст. 1031 ГК РФ обеспечение государственной регистрации предоставления права использования в предпринимательской деятельности пользователя комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав по договору коммерческой концессии является обязанностью правообладателя. Иное заключенным между сторонами договором не предусмотрено.

Также суд не принимает во внимание ссылки представителя ответчика на государственную регистрацию товарного знака «LASERPRO», поскольку указанное обстоятельство не имеет правового значения по настоящему делу с учетом того, что право использования товарного знака по договору не предоставлялось. В силу подп. 14, 16 п. 1 ст. 1225 ГК РФ товарный знак и коммерческое обозначение являются разными объектами интеллектуальной собственности. Тот факт, что зарегистрированный товарный знак идентичен коммерческому обозначению, являющемуся предметом договора, не свидетельствует о регистрации предоставления права использования комплекса исключительных прав по договору и не освобождает ответчика от регистрации предоставления такого права.

Кроме того, в обоснование исковых требований о расторжении договора истец ссылается на невыполнение правообладателем обязанности по передаче права использования комплекса исключительных прав, предусмотренных пунктом 2.2 договора.

Исходя из положений ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Бремя доказывания факта передачи в пользование истцу комплекса исключительных прав, предусмотренных п. 2.2 договора, и исполнения договора возложено судом на ответчика, являющегося правообладателем, о чем ему разъяснено при подготовке дела к судебному разбирательству и в ходе рассмотрения дела судом. Одновременно в судебном заседании представителю ответчика разъяснены положения части 1 статьи 68 ГПК РФ, в соответствии с которой в случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Вместе с тем, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ факт исполнения условий договора, предусматривающего предоставление истцу права пользования в предпринимательской деятельности комплексом исключительных прав, ответчиком допустимыми, относимыми, достоверными и в совокупности достаточными доказательствами не подтвержден, предусмотренные договором акты приема-передачи и оказания услуг суду не представлены. Суд также принимает во внимание, что в соответствии с п. 6.2.5 договора правообладатель не предоставлял пользователю акты оказания услуг и не выставлял счета на оплату роялти. Указанное обстоятельство свидетельствует о том, что фактически услуги по договору не оказывались. Представленные ответчиком скриншоты, а также переписку суд не принимает в качестве допустимых доказательств по делу, поскольку порядок их получения не отвечает требованиям процессуального закона, кроме того, они не свидетельствуют о передаче истцу комплекса исключительных прав по договору. Судом неоднократно удовлетворялись ходатайства представителя ответчика об отложении судебного заседания в связи с необходимостью представления доказательств исполнения обязательств по предоставлению комплекса исключительных прав, однако в последующем представитель ООО «Лазер Про» в судебное заседание не явился, предусмотренную ст. 56 ГПК РФ обязанность доказывания возложенного на него бремени не исполнил, что в силу ч. 1 ст. 68 ГПК РФ позволяет суду обосновать свои выводы объяснениями и доказательствами, представленными истцом.

Сама по себе реализация истцом права открыть студию в отсутствие совокупности иных доказательств, подтверждающих предоставление ФИО1 коммерческого обозначения, доступа к базе знаний, ноу-хау, CRM-системе, не свидетельствует об исполнении ответчиком условий договора и о передаче ФИО1 в пользование комплекса исключительных прав, предусмотренных п. 2.2 договора.

Поскольку с учетом вышеизложенных обстоятельств предоставление пользователю права использования комплекса принадлежащих правообладателю исключительных прав не состоялось, постольку суд признает это существенным нарушением условий договора со стороны ответчика.

Таким образом, суд приходит к выводу, что применительно к п. 2 ст. 450 ГК РФ истец лишился того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора. Доказательств обратного ответчиком не представлено, доводы истца о существенном нарушении договора ООО «Лазер Про» не опровергнуты, а потому требования в части расторжения договора суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В силу п. 4 ст. 453 ГК РФ стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

В случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (подп. 3 ст. 1103 ГК РФ).

В материалах рассматриваемого дела доказательств исполнения ответчиком принятых на себя обязательств, в том числе в объеме, соответствующем стоимости ранее выплаченного истцом паушального взноса, не имеется.

Обстоятельства действительного перечисления истцом в пользу ответчика паушального взноса подтверждены материалами дела и ответчиком не оспариваются.

Доказательства того, что во исполнение договора ответчик предоставил истцу надлежащее встречное удовлетворение, которое в рассматриваемом случае заключалось в предоставлении комплекса исключительных прав, в материалах дела отсутствуют и ответчиком не представлены.

Таким образом, поскольку договорные обязательства сторон прекращены, а доказательств равноценного встречного предоставления в виде исполнения обязательств, предусмотренных условиями договора, ответчиком не представлено, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика уплаченного паушального взноса в размере 450 000,00 руб. следует признать обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Обстоятельств, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ, не имеется.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку решение состоялось в пользу истца, в силу ст. 98 ГПК РФ в его пользу с ООО «Лазер Про» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 8 000,00 руб., уплаченная истцом при подаче иска в суд.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковое заявление ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лазер Про» о расторжении комплексного лицензионного договора, взыскании денежной суммы удовлетворить.

Расторгнуть комплексный лицензионный договор от 25 июня 2018 года <номер>, заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Лазер Про» и индивидуальным предпринимателем ФИО1.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лазер Про» в пользу ФИО1 сумму паушального взноса в размере 450 000 руб. 00 коп.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лазер Про» в пользу ФИО1 расходы по уплате государственной пошлины за подачу искового заявления в размере 8 000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Ижевска Удмуртской Республики.

Решение в окончательной форме изготовлено судьей на компьютере 11 ноября 2019 года.

Председательствующий судья: О.А. Пашкина