Дарение имущественного права ндфл - гражданское законодательство и судебные прецеденты

дарении одаряемый получает экономическую выгоду в виде полученного в дар имущества или имущественного права либо в виде освобождения его от имущественной обязанности. Доход в виде экономической выгоды от полученного дара подлежит обложению налогом на доходы физических лиц в установленном порядке, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 18.1 статьи 217 НК РФ. В силу пункта 18.1 статьи 217 НК РФ не подлежат налогообложению доходы в денежной и натуральной формах, получаемые от физических лиц в порядке дарения, за исключением случаев дарения недвижимого имущества. Доходы, полученные в порядке дарения, освобождаются от налогообложения в случае, если даритель и одаряемый являются членами семьи и (или) близкими родственниками в соответствии с Семейным кодексом Российской Федерации (супругами, родителями и детьми, в том числе усыновителями и усыновленными, дедушкой, бабушкой и внуками, полнородными и не полнородными (имеющими общих отца или мать) братьями и сестрами). Для лиц, не поименованных в пункте 18.1 статьи 217 НК РФ, освобождение от уплаты НДФЛ

на основании заключенного ею 10.02.2017 с ФИО16 (даритель) договора дарения. Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.01.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.04.2019 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 25.06.2019, в рамках дела №А65-39598/2017 о несостоятельности (банкротстве) ФИО16 был признан недействительным договор дарения квартиры от 10.02.2017, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО9 в конкурсную массу денежных средств в размере действительной стоимости отчужденного имущества на дату совершения оспариваемой сделки. В рамках этого дела (№А65-39598/2017) судами установлено, что оспариваемая сделка была совершена с заинтересованным лицом (матерью должника), с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате совершения которой был причинен вред в виде уменьшения конкурсной массы должника. Согласно отчету № 290-18 от 23.11.2018, подготовленному ООО «Прикамская экспертиза», рыночная стоимость недвижимого имущества (квартира), расположенного по адресу: <...>, на дату совершения оспариваемой сделки составляла 4 370 000 руб. По данным Управления Росреестра по Республике

заявленных требований на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Вывод суда первой инстанции о невозможности оспаривания договоров дарения применительно к положениям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве соответствует правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в абзаце шестом пункта 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63). Оснований для переоценки указанных выводов у апелляционной коллегии не имеется. В соответствии с пунктом 9 Постановления № 63 судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В соответствии с пунктом 2 упомянутой статьи сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной. Из содержания данной нормы следует, что для признания сделки недействительной необходима совокупность

виде вывода ликвидного объекта недвижимости из конкурсной массы должника, характеризируется как притворная и по сути представляет собой единое действие по смене собственника с должника на его несовершеннолетнего сына, в результате ее совершения причинен вред имущественным правам кредиторов, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением. Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции, квалифицировав договоры дарения от 14.12.2017, от 07.11.2019 как единую сделку по оформлению перехода права собственности на спорную квартиру в пользу несовершеннолетнего сына должника, исходил из того, что указанные сделки совершены между аффилированными лицами в условиях неплатежеспособности должника, и направлены на вывод ликвидного актива должника, что свидетельствует о нарушении имущественных прав кредиторов должника. Утверждение об отсутствии аффилированности сторон в связи с расторжением брака между супругами Кучиными суд первой инстанции отклонил с учетом наличия обстоятельств проживания указанных лиц по одному месту жительства (обратного не доказано), участия должника в материальном обеспечении детей и бывшей супруги (определение суда от 23.12.2021, оставленное без изменения постановлением апелляционного

факта являются подписанные сторонами договоры дарения, а до этого момента, как следует из пояснений ФИО1 его одолевали сомнения в благонадежности своего зятя; ФИО3 могла сколь угодно пользоваться спорным имуществом «как своим» с согласия собственника, но «своим» де-юре для приобретателя оно стало не ранее надлежащим образом оформленного волеизъявления дарителя. Судом апелляционной инстанции также принимается во внимание, что заключение оспариваемых договоров дарения также не имело для должника и экономической выгоды, а напротив, повлекло выбытие имущества, подлежащего включению в конкурсную массу для целей удовлетворения требований к должнику, то есть причинило вред имущественным правам кредиторов. При этом, мотивы совершения сделок, обусловленные изменением жизненных обстоятельств, внутрисемейной ситуации, возникновением иных предпосылок передачи титула владения имуществом члену семьи должником перед судами в достаточной степени не раскрыты. В дальнейшем, часть полученного ФИО3 в дар от должника имущества, а именно: квартира, площадью 106,20 кв.м., расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:41:0303080:1193, а также нежилые помещения (паркинги), площадью 19,20

указанную квартиру зарегистрировано 09.03.2016. 09.03.2017 истец по договору купли-продажи купила квартиру по адресу: Х, право собственности на которую зарегистрировано 17.03.2017. 26.04.2017 ФИО1 представила в налоговый орган декларацию по форме 3-НДФЛ за 2016 год, в которой отражены: доход, полученный в порядке дарения 3/4 долей указанной выше квартиры по договору дарения от 16.02.2016; имущественный налоговый вычет в сумме 2000000 рублей в связи с приобретением в собственность квартиры по адресу: Х по договору купли-продажи от 09.03.2017; налоговая база в сумме 400000 руб., исчисленная с учетом стоимости 3/4 доли квартиры, указанной в договоре дарения, и наличия у истца права на вычет в сумме 2000000 рублей; НДФЛ , подлежащий уплате в бюджет в сумме 52000 (400 х 13 %) рублей. По результатам камеральной проверки составлен Акт проверки от 13.09.2017, на основании которого Межрайонной ИФНС России № 18 по СПб принято решение от 01.12.2017 о привлечении истца к налоговой ответственности, предусмотренной п.1 ст. 122 НК РФ

установлены обстоятельства, свидетельствующие о наличии признаков формальности сделки при оформлении договоров дарения квартир, расположенных по адресу: <адрес>, ФИО12 в адрес взаимозависимых лиц: ФИО3, ФИО2, ФИО1 Целью оформления договоров дарения являлась не безвозмездная передача прав собственности на жилые помещения близким родственникам, а оформление документов, являющихся основанием для освобождения от налогообложения НДФЛ сделок по передаче имущественных прав, и дальнейшая реализация квартир в адрес <адрес> по муниципальным контрактам, с использованием налоговых преференций. Вышеуказанные обстоятельства, свидетельствуют о согласованности действий всех участников сделок. Таким образом, установленные в ходе проведения выездной налоговой проверки и в судебном заседании обстоятельства совершения действий по заключению договоров дарения от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО16 и взаимозависимыми лицами - ФИО1, ФИО2, ФИО3, свидетельствуют о создании искусственных условий по использованию имущественного налогового вычета по НДФЛ , направленных на занижение суммы налога, подлежащего уплате в бюджет, и как следствие о наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 54.1 НК РФ. В соответствии с пунктом

мог быть предметом договора дарения от 26.04.2017, поскольку такой объект на указанную дату не был зарегистрирован, а, значит, не существовал. При таких обстоятельствах являются ошибочными выводы Инспекции о том, что он не имеет право на имущественный налоговый вычет в размере фактически произведенных налогоплательщиком расходов на новое строительство жилого дома, предусмотренный подпунктом 3 части 1 статьи 220 НК Российской Федерации, а также о привлечении его к налоговой ответственности. Представленные в налоговый орган ФИО договоры об осуществлении технологического присоединения к электрическим сетям, энергоснабжения и поставку кровли, комплектующих, а также выписанные на его имя товарные накладные подтверждают не факт осуществления строительства жилого дома на Земельном участке, а то, что он в определенный период времени являлся собственником этого Земельного участка. Решением Белгородского районного суда Белгородской области от 18.12.2020 в удовлетворении административного искового заявления отказано. В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить судебный акт как постановленный при нарушении норм материального права и принять по делу