же нарушение (например, отказ в поставке товара, предоставлении услуги) может вызвать различные последствия (уменьшение объема производства, снижение качества продукции и др.). Для взыскания убытков с нарушителя антимонопольного законодательства истец должен доказать: 1. факт нарушения антимонопольного законодательства; 2. факт наличия убытков (включая их величину); 3. причинно-следственную связь между нарушением антимонопольного законодательства и причиненными убытками. При этом отсутствие доказательств хотя бы по одному из названных обстоятельств может привести к отказу в удовлетворении иска. Следует отметить, что важным вспомогательным инструментом в данном случае выступает решение антимонопольного органа по делу о нарушении антимонопольного законодательства, подтверждающее нарушение антимонопольного законодательства. Такое решение существенным образом облегчает бремя доказывания самого правонарушения <1>, но не снижает требований к доказыванию истцом самого факта причинения убытков и наличия причинно-следственнойсвязи . -------------------------------- <1> См. напр.: постановление Федерального арбитражного суда Московского округа от 4 сентября 2013 г. по делу N А40-135137/2012. В правоприменительной практике используются различные экономические методики для расчета убытков,
Федеральной службы судебных приставов по Краснодарскому краю (далее – УФССП по Краснодарскому краю), установила: решением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.08.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2019 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.06.2020, в иске отказано. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, ИП ФИО2 просит указанные судебные акты отменить, ссылаясь на существенное нарушение судами норм права. Предприниматель считает, что на нее неправомерно возложена обязанность доказать причинно- следственную связь между утратой имущества и незаконным бездействием судебного пристава-исполнителя; отсутствие у должника имущества, на которое ранее налагался арест в рамках исполнительного производства само по себе является основанием для взыскания убытков. Согласно пункту 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по результатам изучения кассационной жалобы, представления судья Верховного Суда Российской Федерации выносит определение об отказе в передаче кассационных жалобы, представления для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если
понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Для применения гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков на основании названной статьи необходимо установить наличие противоправных действий ответчика, факт понесения убытков, обосновать в достаточной степени их размер, доказать причинно-следственную связь между действиями ответчика и наступившими у истца неблагоприятными последствиями. Исследовав доводы и возражения сторон, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Фоссийской Федерации представленные в их обоснование доказательства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о недоказанности истцом всей совокупности условий, необходимых для привлечения ответчика к ответственности в виде возмещения убытков. С указанной оценкой доказательств согласился суд кассационной инстанции. Доводы заявителя об обратном, по сути, направлены на переоценку доказательств и разрешение
доказательства, руководствовались статьями 15, 393, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, приведенными в пунктах 12, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пунктах 1-5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», и исходили из того, что истец не доказал причинно-следственную связь между действиями ответчика, который засеял часть арендованного истцом земельного участка льном и пшеницей, и убытками истца в виде разницы между стоимостью собранного им с этого участка урожая льна и пшеницы и суммой, которую истец мог бы получить, если бы посеял на этом участке подсолнечник, а также достоверность и реальность суммы убытков, предъявленной ко взысканию. Суд округа согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций. Доводы кассационной жалобы не опровергают приведенные выводы судов, направлены
указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Тем самым применительно к настоящему делу лицо, обратившееся в суд с заявлением о привлечении собственника имущества должника к субсидиарной ответственности, должно в силу прямого указания части 1 статьи 65 АПК РФ доказать причинно-следственную связь между действиями собственника и банкротством должника. Вывод о недоказанности наличия оснований для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности сделан апелляционным судом по результатам исследования и оценки имеющихся в деле доказательств и фактических обстоятельств. Судами установлено, что признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества для погашения всех требований кредиторов имели место задолго до возбуждения производства по делу о банкротстве МУП «ФИО4 монолит»; продолжение осуществления хозяйственной деятельности в силу ее убыточного характера привело бы только к увеличению размера
указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Тем самым применительно к настоящему делу лицо, обратившееся в суд с заявлением о привлечении собственника имущества должника к субсидиарной ответственности, должно в силу прямого указания части 1 статьи 65 АПК РФ доказать причинно-следственную связь между действиями собственника и банкротством должника. Вывод о недоказанности наличия оснований для привлечения Администрации к субсидиарной ответственности сделан апелляционным судом по результатам исследования и оценки имеющихся в деле доказательств и установленных фактических обстоятельств. Так, судом принят во внимание анализ финансового состояния должника, проведенный временным управляющим на стадии осуществления в отношении МУП «Тепловодоканал» процедуры наблюдения, согласно которому утрата платежеспособности должника произошла вследствие убыточной деятельности предприятия на протяжении 2008 – 2010 годов; установлено, что изъятие
со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, то есть расходов, которые это лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). По смыслу статьи 15 ГК РФ лицо, заявляющее требование о возмещении убытков, должно доказать причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением обязательств и причиненными убытками. Согласно п. 1 ст. 31 Земельного кодекса (в применимой в настоящем деле редакции от 23.07.2013) гражданин или юридическое лицо, заинтересованные в предоставлении земельного участка для строительства, обращаются в исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления, предусмотренные ст. 29 Земельного кодекса, непосредственно либо через многофункциональный центр предоставления государственных и муниципальных услуг с заявлением о выборе земельного участка и предварительном согласовании места размещения объекта. В данном заявлении
со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, то есть расходов, которые это лицо произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). По смыслу статьи 15 ГК РФ лицо, заявляющее требование о возмещении убытков, должно доказать причинно-следственную связь между ненадлежащим исполнением обязательств и причиненными убытками. Соглашения от 01.07.2014 между работником и работодателем с предметом о погашении задолженности по заработной плате и неустойки, распространяет действие только на его стороны, банк не является стороной, обязанной по соглашению. Судебными актами по делам №А60-8019/2014, №А60-22087/2014 установлено, что банк, выполняя операции по счету, не нарушал условия договора и требования закона. Следовательно, предусмотренных ст.15 ГК РФ оснований для удовлетворения исковых требований не имелось. Таким образом, обстоятельства дела
производства, в котором истец просил привлечь в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя ФИО1, собственника недвижимого имущества, которому также был причинен материальный ущерб в результате прорыва труб и затопления огромной территории. Истец указал, что поскольку ответчик не желает признавать факт возникновения ущерба в результате аварии, ссылаясь на отдаленность, а трубопроводы в Нижнетуринском городском округе находятся в критическом состоянии и прорывы происходят регулярно, у истца отсутствовала иная возможность доказать причинно-следственную связь кроме привлечения к участию в деле пострадавшего лица. Ответчиком представлен отзыв на апелляционную жалобу, в котором он просит оставить решение без изменения, жалобу - без удовлетворения. В соответствии с частью 1 статьи 272.1 АПК РФ, апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания и без извещения сторон по имеющимся в деле доказательствам. Дело рассмотрено без вызова лиц,
представляет собой действия (бездействие) и выражается в нарушении требований по охране недр и гидроминеральных ресурсов, которое может вызвать загрязнение недр и гидроминеральных ресурсов либо привести месторождение полезных ископаемых и гидроминеральных ресурсов в состояние, не пригодное для разработки. Субъектами правонарушения являются физические лица, должностные лица, юридические лица. Таким образом, для привлечения к ответственности по статье 8.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо не только установить факт нарушения требований по охране недр, но и доказать причинно-следственную связь между данным нарушением правил охраны недр и возможностью наступления неблагоприятных последствий, указанных в диспозиции статьи 8.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Из материалов дела следует и установлено судом, на основании приказа Департамента Росприроднадзора по Северо-Кавказскому федеральному округу от 7 июля 2017 года № 995 «О проведении рейдового осмотра земельных участков, в границах особо охраняемого эколого - курортного региона РФ - Кавказские Минеральные Воды на территории Ставропольского края» с целью проверки соблюдения требований
составляет 54 скважины, а бездействующий фонд – 14 скважин, что составляет 25,92% от эксплуатационного, то есть более 10%. Защитник акционерного общества «Самотлорнефтегаз» ФИО1 обратился в суд с жалобой на вышеуказанное постановление, в которой просит его отменить, а производство по делу прекратить, в связи с отсутствием события административного правонарушения, ссылаясь на то, что для привлечения к ответственности по ст. 8.9 КоАП РФ необходимо не только установить факт нарушения требований по охране недр, но и доказать причинно-следственную связь между данным нарушением правил охраны недр и возможностью наступления неблагоприятных последствий, указанных в диспозиции ст. 8.9 КоАП РФ. Наличие такой связи административным органом не доказано. Кроме того, фактическая величина бездействующего фонда, отраженная в отчетности на август 2016г не превышает величину, предусмотренную действующим проектным документом на разработку Новомолодежного месторождения. Таким образом, АО «СНГ» соблюдает требования проектного документа, а наличие события вменяемого ему административного правонарушения, административным органом не доказано. В ходе рассмотрения жалобы ФИО1 на
составляет 171 скважины, а бездействующий фонд – 22 скважины, что составляет 12,86% от эксплуатационного, то есть более 10%. Защитник акционерного общества «Самотлорнефтегаз» ФИО1 обратился в суд с жалобой на вышеуказанное постановление, в которой просит его отменить, а производство по делу прекратить, в связи с отсутствием события административного правонарушения, ссылаясь на то, что для привлечения к ответственности по ст. 8.9 КоАП РФ необходимо не только установить факт нарушения требований по охране недр, но и доказать причинно-следственную связь между данным нарушением правил охраны недр и возможностью наступления неблагоприятных последствий, указанных в диспозиции ст. 8.9 КоАП РФ. Наличие такой связи административным органом не доказано. Кроме того, фактическая величина бездействующего фонда, отраженная в отчетности на август 2016г не превышает величину, предусмотренную действующим проектным документом на разработку Гун-Еганского месторождения. Таким образом, АО «СНГ» соблюдает требования проектного документа, а наличие события вменяемого ему административного правонарушения, административным органом не доказано. В ходе рассмотрения жалобы ФИО1 на
бывает в двух формах - прямой и косвенной. По смыслу действующего законодательства, пункта 3 части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации размер, умысел (работника в причинении ущерба может быть прямым, когда работник сознательно своими действиями (бездействием) причиняет ущерб работодателю и желает причинения ущерба; косвенным, когда работник не желает причинения вреда работодателю, но вследствие ненадлежащего исполнения возложенных на него трудовых обязанностей допускает причинение материального ущерба. Для взыскания причиненного ущерба с работника работодатель обязан доказать причинно-следственную связь между действиями работника и наступившим вследствие этих действий ущербом. Трудовое законодательство предусматривает конкретные требования, при выполнении которых работодатель может заключить с отдельным работником письменный договор о полной материальной ответственности, перечень должностей и работ, при выполнении которых могут заключаться такие договоры, взаимные права и обязанности работника и работодателя по обеспечению сохранности материальных ценностей, переданных ему под отчет. Перечни работ и категорий работников, с которыми могут заключаться указанные договоры, а также типовые формы этих договоров
