менее благоприятным в этом другом Государстве, чем налогообложение предприятия этого другого Государства, осуществляющего аналогичную деятельность. 3. За исключением случаев, к которым применяются положения пункта 1 статьи 9, пункта 5 статьи 11 или пункта 5 статьи 12, проценты, роялти и другие выплаты, осуществляемые предприятием одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства, должны для целей определения налогооблагаемой прибыли такого предприятия вычитаться на тех же условиях, как если бы они выплачивались резиденту первого упомянутого Государства. Аналогично, любые долги предприятия одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства должны, для целей определения налогооблагаемого капитала такого предприятия, подлежать вычету на тех же условиях, как если бы они причитались резиденту первого упомянутого Государства. 4. Предприятия одного Договаривающегося Государства, капитал которых полностью или частично, прямо или косвенно принадлежит или контролируется одним или несколькими резидентами другого Договаривающегося Государства, не должны подлежать в первом упомянутом Государстве любому налогообложению или любому связанному с ним требованию, иному или более обременительному, чем налогообложение
это предприятие там постоянное представительство или нет, менее благоприятным, чем налогообложение предприятий этого другого Государства, осуществляющих аналогичную деятельность. 4. С учетом положений статьи 9, пункта 7 статьи 11 или пункта 5 статьи 12, проценты, доходы от авторских прав и другие выплаты, осуществляемые предприятием одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства, должны для целей определения налогооблагаемой прибыли такого предприятия подлежать вычету на тех же условиях, как если бы они выплачивались резиденту первого упомянутого Государства. Аналогично долги предприятия одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства для целей определения налогооблагаемого имущества такого предприятия вычитаются на тех же условиях, что и долги резиденту первого упомянутого Государства. 5. Предприятия одного Договаривающегося Государства, имущество которых полностью или частично, прямо или косвенно принадлежит или контролируется одним или несколькими резидентами другого Договаривающегося Государства, не подвергаются в первом упомянутом Государстве никакому налогообложению или обязательству, связанному с ним, иному или более обременительному, чем налогообложение, которому подвергаются или могут подвергаться другие
этом другом Государстве, чем налогообложение предприятий этого другого Государства, осуществляющих аналогичную деятельность. 3. За исключением случаев, когда применяются положения статьи 9, пункта 6 статьи 11 или пункта 6 статьи 12, проценты, доходы от авторских прав и лицензий и другие выплаты, производимые предприятием одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства, должны для целей определения налогооблагаемой прибыли такого предприятия подлежать вычетам на тех же условиях, как если бы они выплачивались резиденту первого упомянутого Государства. Аналогично любые долги предприятия одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства должны для целей определения налогооблагаемого имущества такого предприятия подлежать вычету на тех же условиях, что и долги резидента первого упомянутого Государства. 4. Предприятия одного Договаривающегося Государства, имущество которых полностью или частично принадлежит одному или нескольким резидентам другого Договаривающегося Государства или прямо или косвенно контролируется одним или несколькими резидентами другого Договаривающегося Государства, не должны подвергаться в первом упомянутом Государстве любому налогообложению или любому обязательству, связанному с ним, иному
их гражданского статуса или семейных обязательств, которые оно может предоставлять своим резидентам. 4. За исключением случаев, указанных в статье 9, пункте 6 статьи 11 и пункте 6 статьи 12, проценты, доходы от авторских прав и лицензий и другие выплаты, производимые предприятием одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства, должны для целей определения налогооблагаемой прибыли такого предприятия подлежать вычетам на тех же условиях, как если бы они выплачивались резиденту первого упомянутого Договаривающегося Государства. Аналогично любые долги предприятия одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства должны для целей определения налогооблагаемого имущества такого предприятия подлежать вычету на тех же условиях, что и долги резидента первого упомянутого Государства. 5. Предприятия одного Договаривающегося Государства, имущество которых полностью или частично принадлежит одному или нескольким резидентам другого Договаривающегося Государства или прямо или косвенно контролируется одним или несколькими резидентами другого Договаривающегося Государства, не должны подвергаться в первом упомянутом Государстве любому налогообложению или любому связанному с ним обязательству, иному
вычеты для целей налогообложения на основе их гражданского статуса или семейного положения, которые оно предоставляет своим резидентам. 4. За исключением случаев, когда применяются положения статьи 9, пункта 4 статьи 11 или пункта 4 статьи 12, проценты, роялти и другие выплаты, производимые предприятием одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства, должны для целей определения налогооблагаемой прибыли такого предприятия подлежать вычетам на тех же условиях, как если бы они выплачивались резиденту первого упомянутого Государства. Аналогично, любые долги предприятия одного Договаривающегося Государства резиденту другого Договаривающегося Государства должны, для целей определения налогооблагаемого капитала такого предприятия, подлежать вычету на тех же условиях, что и долги резидента первого упомянутого Государства. 5. Предприятия одного Договаривающегося Государства, капитал которых полностью или частично принадлежит одному или нескольким резидентам другого Договаривающегося Государства или прямо или косвенно контролируется ими, не должны подвергаться в первом упомянутом Государстве любому налогообложению или любому связанному с ним обязательству, иному или более обременительному, чем налогообложение и
поступило ходатайство Предприятия о приостановлении исполнения решения Арбитражного суда Приморского края от 13.02.2019, постановления Пятого арбитражного апелляционного суда от 30.04.2019 и постановления Арбитражного суда Дальневосточного округа от 20.08.2019. В обоснование поданного ходатайства Предприятие указало на то, что оно признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура конкурсного производства, поэтому в случае перечисления ему денежных средств за изъятый участок во исполнение принятых по делу судебных актов за счет этих средств будут осуществлены выплаты по долгамПредприятия , что повлечет невозможность поворота исполнения решения. В соответствии с частью 3 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае истребования дела судья Верховного Суда Российской Федерации вправе вынести определение о приостановлении исполнения обжалуемых судебных актов до окончания производства в суде кассационной инстанции, если лицо, подавшее кассационную жалобу, ходатайствует о таком приостановлении при условии, что заявитель обосновал невозможность или затруднительность поворота исполнения судебных актов. Рассмотрев ходатайство о приостановлении исполнения обжалуемых судебных актов, судья
61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», признал ошибочными содержащиеся в нем выводы о наличии оснований для прекращения производства по заявлению в силу реестрового, а не текущего характера требований предприятия, ввиду необходимости рассмотрения данного вопроса по существу, в том числе замены выбывшего из правоотношений по субсидиарному долгу предприятия , в связи с чем направил дело в суд арбитражный суд первой инстанции. Суд округа согласился с выводами апелляционного суда. Выводы судов апелляционной инстанции и округа соответствуют нормам права, оснований для переоценки этих выводов не имеется. Приводимые в кассационной жалобе доводы, в том числе о необоснованном восстановлении заявителю апелляционной жалобы пропущенного срока были предметом рассмотрения суда округа и обоснованно отклонены. Нарушений норм материального права, а также норм процессуального права при восстановлении пропущенного процессуального срока
Изучив изложенные в жалобе доводы и принятые по делу судебные акты, судья Верховного Суда Российской Федерации сделал вывод об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по которым кассационная жалоба может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил, что долг предприятием погашен с 12.04.2019 по 19.04.2019; в этот период действовала учетная ставка Банка России – 7,75%, в связи с чем, руководствуясь положениями статьи 18 Водного кодекса Российской Федерации, статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, учитывая акцессорный (дополнительный) характер неустойки и ее зависимость от уплаты основной задолженности, признал, что
Изучив изложенные в жалобе доводы и принятые по делу судебные акты, судья Верховного Суда Российской Федерации сделал вывод об отсутствии оснований, предусмотренных пунктом 1 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по которым кассационная жалоба может быть передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил, что долг предприятием погашен с 13.03.2019 по 09.04.2019; в этот период действовала учетная ставка Банка России 7,75%, в связи с чем, руководствуясь положениями статьи 18 Водного кодекса Российской Федерации, статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в «Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)», утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019, учитывая акцессорный (дополнительный) характер неустойки и ее зависимость от уплаты основной задолженности, признал, что размер
дорожного хозяйства Республики Саха (Якутия). Решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 20.06.2019, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 29.08.2019 и постановлением Арбитражного суда Волго- Вятского округа от 18.11.2019, требования удовлетворены. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся судебные акты, отказать в удовлетворении требований, ссылаясь на существенное нарушение судами норм материального права. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает на неправомерность взыскания с него задолженности по долгамПредприятия , поскольку собственник имущества последнего отвечает по его долгам только при недостаточности средств, тогда как доказательств отсутствия их у должника для удовлетворения требований Предпринимателя, истцом не представлено. Минфин также считает, что он не является надлежащим ответчиком по делу. В соответствии с частью 1 статьи 291.1, частью 7 статьи 291.6 и статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда
предприятие отражало в налоговых регистрах во внереализационных расходах по строке «безнадежные долги». Во внереализационные расходы налогоплательщиком списаны безнадежные долги: за 2010 год в сумме 261 082 руб., за 2011 год – 127 707 руб., за 2012 год – 206 159 руб. По результатам проверки установлено, что в нарушение п.2 ст.265, п.4 ст.266 Налогового кодекса РФ, при создании резерва по сомнительным долгам налогоплательщиком неправомерно списаны безнадежные долги в составе внереализационных расходов, при том, что безнадежные долги предприятия не превышали сумму резерва. Нарушение привело к занижению налоговой базы по налогу на прибыль. Налоговый кодекс РФ предоставляет налогоплательщикам возможность учесть в составе внереализационных расходов суммы отчислений в резерв по сомнительным долгам. Сомнительным долгом признается любая задолженность перед налогоплательщиком, возникшая в связи с реализацией товаров, выполнением работ, оказанием услуг, в случае если эта задолженность не погашена в сроки, установленные договором, и не обеспечена залогом, поручительством, банковской гарантией (п.1 ст.266 НК РФ). Сумма резерва по
086 руб. 53 коп., в том числе 3 357 086 руб. 53 коп. - сумма основного долга, 74 518 000 руб. - пени. Долг частично погашен, в том числе третьими лицами, после чего учитываемое требование (основной долг) составило сумму значительно менее порогового значения (87 947 руб. 84 коп.). При этом заявителем не доказано, что погашая задолженность перед кредитором, должник действовал недобросовестно. Довод апелляционной жалобы о том, что ООО «Металлтрейд 32» не преследовало цели погасить долги предприятия , о чем свидетельствует, по мнению заявителя, наличие в производстве арбитражного суда заявления УФНС России по Брянской области о признании ООО «Металлтрейд 32» несостоятельным должником (банкротом) (дело №А09-10027/2018) , также подлежат отклонению судебной коллегией. Наличие нескольких требований, которые последовательно на протяжении длительного времени частично погашались должником и третьими лицами так, чтобы сумма оставшейся задолженности не могла превысить пороговое значение, могут свидетельствовать о затруднениях с ликвидностью активов должника, о его неплатежеспособности и недобросовестности. Действительно, как
21.05.2009 № 741 нарушает права и законные интересы ООО «АЗМ» как кредитора ГУП «Новость» и как собственника приватизированной центрифуги, ООО «АЗМ» обратилось в арбитражный суд с указанным ранее заявлением. В своем заявлении по делу ООО «АЗМ» указало на то, что в состав подлежащего приватизации имущества, утвержденного оспариваемым приказом Министерства, необоснованно включена центрифуга стоимостью 102 000 руб., являющаяся собственностью заявителя; при реорганизации ГУП «Новость» в приказ от 21.05.2009 № 741 и передаточный акт не включены долги предприятия перед ООО «АЗМ» за предоставленное оборудование и строительно-монтажные работы. Кроме того, заявитель отмечал, что при реорганизации ГУП «Новость» в состав приватизируемого имущества унитарного предприятия незаконно не включены здание химчистки и земельный участок под ним; своими действиями по принятию оспариваемого приказа Министерство умышленно сделало банкротство ОАО «Новость» неизбежным. Отказывая в удовлетворении заявленных требований, арбитражный суд первой инстанции в решении от 12.11.2010 исходил из того, что результатами аудиторской проверки установлено, что результаты проведенной инвентаризации достоверны, при
выявив его недостаточность для покрытия всех расходов, подать заявление в суд о прекращении конкурсного производства по делу в связи с отсутствием у должника средств, достаточных для возмещения расходов на проведение процедуры. По мнению администрации, конкурсный управляющий с самого начала знал о недостаточности имущества должника, но вместо того чтобы обратиться в суд с соответствующим заявлением, ходатайствовал о продлении конкурсного производства, привлекал специалистов для обеспечения своей деятельности и производил иные расходы, что привело к тому, что долги предприятия выросли на сумму вознаграждения конкурсному управляющему. В отзыве на кассационную жалобу арбитражный управляющий ФИО2 просит оставить кассационную жалобу без удовлетворения. Проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов в порядке и пределах полномочий, установленных ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции сделал следующие выводы. Как установлено судом и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 03.02.2011 МУП «Коммунальщик» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2 Определением
000 рублей. Между ФИО1 и ФИО2 была достигнута договоренность об оплате доли в уставном капитале по следующей схеме: 2 000 000 рублей подлежали оплате по договору купли-продажи доли, который заключался с ФИО5; около 5 000 000 рублей подлежали оплате в счет погашения долгов предприятия; 3 950 000 - подлежали оплате ФИО1 Указанная схема была предложена ФИО1 и обоснована следующими обстоятельствами. На момент приобретения ООО «» по подсчетам ФИО1 и предварительной инвентаризации, проведенной специалистами ООО долги предприятия составляли около 5 000 000 рублей. ФИО2 через подконтрольные ему юридические лица (ООО », ООО «») осуществлял финансирование ООО « для погашения долгов данного предприятия. 3 950 000 подлежали оплате ФИО1 в счет покупной цены за долю после проведения полной аудиторской проверки бухгалтерии предприятия в срок до 31 декабря 2009 года. В связи с тем, что обязательства ФИО2 по окончательному расчету за долю в сумме 3 950 000 рублей не подтверждались никакими письменными соглашениями,
жалобе ФИО1 поставлен вопрос об отмене решения суда первой инстанции как незаконного и необоснованного, поскольку судом неправильно установлены обстоятельства дела, неправильно применены нормы материального права. В частности, как указывает заявитель, в материалы дела со стороны истца не представлены доказательства причинной связи между действиями ответчика и последствиями в виде наступления неплатежеспособности должника и вины ответчика, как должностного лица, приведших к банкротству общества. Обращено внимание, что расходы конкурсного управляющего по ликвидации общества в два раза превысили долги предприятия , что является нелогичным. Как полагает заявитель, при разрешении данного дела суд должен был руководствоваться п. 2 ст. 10 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", а не п.1 данной статьи. В возражениях на апелляционную жалобу представитель истца по доверенности – ФИО5 просит оставить решение суда без изменения, указывая на несостоятельность доводов апелляционной жалобы. На основании положений ст.327.1 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов,
привлечена ФИО3 На судебное заседание ФИО1, ответчик ФИО2, третье лицо ФИО3 не явились, извещались по месту жительства, ответчик - телефонограммой. От всех участников поступили заявления о рассмотрении дела без их участия. Представитель истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала. Представитель ответчика ФИО2 – ФИО5 в судебном заседании исковые требования не признал, пояснил, что ФИО2, как директор ООО «Башпродснаб», в 2016 году получила денежные средства от ФИО3 По устной договоренности денежными средствами были оплачены долги предприятия . Ответчик возвратила ФИО3 300 тысяч рублей ДД.ММ.ГГГГ, а также 50 тысяч рублей. Предъявил суду расписку, написанную ФИО2 и подписанную ФИО3 Просил применить сроки исковой давности, поскольку в расписке не указана дата передачи первой суммы и установить, когда она была передана, не представляется возможным. Представитель третьего лица ФИО6 в судебном заседании просила удовлетворить исковые требования. Пояснила, что ФИО3 имела намерение приобрести помещение у ФИО2, в связи с чем она передала ФИО2 денежные средства за
морального вреда в сумме 100 000 рублей, в счет возмещения расходов истца по оплате услуг представителя 20 000 рублей. В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО3 поддержала заявленные требования, просит взыскать компенсацию морального вреда только с одного ответчика АНО «Редакция газеты «Золотое кольцо». В остальном дала пояснения, аналогичные тексту искового заявления. Дополнительно указала, что ОРГАНИЗАЦИЯ 2 является рентабельным и прибыльным предприятием, а наличие текущей задолженности перед поставщиками не может быть представлено, как имеющиеся долги предприятия свыше ... рублей, как указано в статье. Ранее в судебном заседании 19 мая 2011 года истец и его представитель ФИО3 поддержали заявленные требования, уточнив, что заявленные требования, в том числе, требования о взыскании компенсации морального вреда предъявляются только к АНО «Редакция газеты «Золотое кольцо», также пояснили, что в статье содержатся сведения, носящие порочащий характер, в частности ФИО1, представлен как лицо, совершившее преступление, предусмотренное ст. 285 УК РФ, т.е. в статье указано на прямое обвинение
и считается заключенным с момента такой регистрации. Государственная регистрация указанного договора произведена 21.09.2011 г. и, соответственно, именно с этой даты у ООО «Зерно Белогорья» возникает ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда при использовании транспортных средств (как часть имущественного комплекса), преданных ему от ГУП «Зерно Белогорья». Неубедителен и вывод в решении суда о том, что по договору продажи имущественного комплекса к ООО «Зерно Белогорья» перешли обязательства по возмещению вреда в связи с дорожно-транспортным происшествием, как долги предприятия . В соответствии со статьей 561 ГК РФ состав и стоимость продаваемого предприятия определяются в договоре продажи предприятия на основе полной инвентаризации предприятия, проводимой в соответствии с установленными правилами такой инвентаризации. До подписания договора продажи предприятия должны быть составлены и рассмотрены сторонами: акт инвентаризации, бухгалтерский баланс, заключение независимого аудитора о составе и стоимости предприятия, а также перечень всех долгов (обязательств), включаемых в состав предприятия, с указанием кредиторов, характера, размера и сроков их требований. Имущество,
