Электронная цифровая подпись в договоре - гражданское законодательство и судебные прецеденты

поручения от 10.03.2011 № 105 списаны со счета клиента (общества) в пользу третьего лица без соответствующего поручения клиента (общества), поскольку общество не давало банку распоряжения на списание денежных средств в указанном размере, истец обратился в суд с иском о взыскании убытков. Руководствуясь положениями статей 15, 393, 845, 847, 849, 854 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 10.01.2002 № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи», постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.1999 № 5 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета», суды пришли к выводу о том, что у банка не имелось причин для отказа в исполнении надлежаще оформленного платежного документа, подписанного электронной цифровой подписью клиента; об отсутствии доказательств, свидетельствующих об использовании некорректного сертификата, иной компрометации ключа или получении банком запроса от несанкционированных пользователей при списании спорных денежных средств, подтверждающих нарушение банком обязательств по договору; и об отсутствии оснований для

обратилось в арбитражный суд с иском по настоящему делу, ссылаясь на необоснованное перечисление банком денежных средств на имя ФИО1, списанных со счета истца. Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 АПК РФ представленные сторонами доказательства, в том числе акт экспертной комиссии от 24.03.2014, руководствуясь положениями статей 847, 854, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 10.01.2002 № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи», Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.1999 № 5 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета», суды пришли к выводу о том, что у банка не имелось причин для отказа в исполнении надлежаще оформленного платежного документа, подписанного электронной цифровой подписью клиента; об отсутствии доказательств, свидетельствующих об использовании некорректного сертификата, иной компрометации ключа или получении банком запроса от несанкционированных пользователей при списании спорных денежных средств, подтверждающих нарушение банком обязательств по договору; и об отсутствии оснований для

от 20.02.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2023 и постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 19.09.2023, требования удовлетворены. В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит отменить состоявшиеся судебные акты, ссылаясь на существенное нарушение судами норм материального и процессуального права. В обоснование доводов жалобы заявитель указывает, что оспариваемая электронная цифровая подпись аннулирована ответчиком до подачи иска (03.09.2021), в связи с чем нарушенное право Общества восстановлено; Компания полагает, что является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку в сферу ее деятельности не входит контроль за действиями сторон по заключению договоров с использованием электронной цифровой подписи. В соответствии с частью 1 статьи 291.1, частью 7 статьи 291.6 и статьей 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права

Арбитражный суд Республики Ингушетия подано исковое заявление о взыскании убытков с ООО «Сатурн-1» в размере 23 млн. руб., вызванных остановкой производственного процесса (дело № А18-6188/2021). Исходя из чего следует, что ООО «БЕРС», обладало полной и исчерпывающей информацией о реализуемом на торгах имуществе Должника, входящем в лот № 1, его характеристиках, производственной мощности, состоянии, качестве и иных данных и что данное имущество является предметом залога АО «Россельхозбанк». Относительно довода ООО «Берс» об отсутствии электронной цифровой подписи в договоре о задатке. Согласно абзацу 17 пункта 10 статьи 110 Закона о банкротстве проект договора купли-продажи предприятия и подписанный электронной подписью организатора торгов договор о задатке подлежат размещению на электронной площадке и включению в ЕФРСБ без опубликования в официальном издании. Договор о задатке размещен на сайте ЕФРСБ в виде отдельного файла в формате «Word» и является неотъемлемой частью сообщения. В пункте 4.3.4 Руководства пользователя «Автоматизированное рабочее место организатора торгов» АИС «Сведения о банкротстве»

обмена электронными документами, являющейся неотъемлемой частью договора и приведенной в приложении №4 к договору от 10.04.2009 (пункт 2.1); - началом оказания услуг считается дата подписания банком первого подписанного клиентом сертификата ключа пользователя системы (пункт 2.2); - при заключении договора клиент обязан назначить из штата своих сотрудников пользователей системы, наделив их соответствующими полномочиями. Количество пользователей системы клиента не ограничено. Информацию о пользователях системы и объеме их полномочий (статусе электронной цифровой подписи) клиент обязан включить в таблицу 1.1, содержащуюся в приложении №1 к договору . Клиент обязуется в течение срока действия договора уведомлять банк об изменении круга пользователей системы и/или изменении объема их полномочий (статуса электронной цифровой подписи) следующим образом: об изменении круга пользователей - путем предоставления в банк документа на бумажном носителе, составленного по форме таблицы 1.1 (приложение №1 к договору), подписанного уполномоченным лицом клиента с приложением печати или отправкой соответствующего сообщения посредством системы в адрес администратора системы; об изменении

иными лицами (в том числе с помощью технических средств, удаленно), то в таком случае убытки также не могут отнесены на ответчика, поскольку на истца в силу п. 3.2.4 Договора ИБ-0971 возложена обязанность по обеспечению конфиденциальности и сохранности информации, хранящейся на ключевом носителе. Кроме того, то обстоятельство, что электронный платежный документ поступил в банк в результате несанкционированного доступа в систему «Интернет-банк» с использованием электронной цифровой подписи, не могло быть выявлено сотрудниками банка при всей степени заботливости и осмотрительности, принятии всех мер для надлежащего исполнения обязательства, так как договором предусмотрено, что проверка корректности подписи производится с помощью технических средств (п. 8.4 договра банковского счета № 6Д-0971). Установив, что сторонами признана корректность ЭЦП на спорном платежном поручении, со стороны истца на момент проведения списания отсутствовали сообщения о компрометации ключа, что доказательств подписания платежного поручения неуполномоченным лицом истцом не представлено, суд пришел к обоснованному выводу, что материалами дела не подтверждено, что спорное платежное

во внимание пояснения представителей банка о том, что все запросы от истца в системе «Банк-Клиент» обрабатывались в штатном режиме, без ошибок при проверке действующих ключей ЭЦП клиента, зарегистрированных в банке. В карточке с образцами подписей и оттиска печати общества «Инвест-Аудит» указаны ФИО3 (генеральный директор данного общества) и ФИО4 (заместитель генерального директора названного общества). На дату совершения спорных платежей владельцем ключа ЭЦП клиента являлся ФИО3 Данная электронная цифровая подпись подсистемой «Банк» системы «Банк-Клиент» признана подлинной (корректной). Таким образом, спорные платежные поручения соответствовали требованиям п. 1.4 договора от 27.01.2004 № 007/04-бк по форме и по содержанию - установленным нормативным актам и банковским правилам. Вместе с тем, согласно пояснениям представителей сторон 06.06.2011 на рабочем месте истца возникли проблемы с функционированием компьютерного оборудования и сбои клиентского сервера, в результате чего перестали работать бухгалтерские и другие компьютерные программы клиента. После восстановления 07.07.2011 операционной системы на сервере истца бухгалтерские программы клиента стали работать в нормальном режиме,

банковскими правилами и договором процедур банк не мог установить факта выдачи распоряжения неуполномоченными лицами, если иное не установлено законом или договором. Между тем, в силу п. 3.2.4 договора № ИБ-0971 обязанность по обеспечению конфиденциальности и сохранности информации, хранящейся на ключевом носителе, возложена общество «Тарком». При этом п. 3.2.5 данного договора в случае компрометации возлагает на клиента обязанность незамедлительно сообщить об этом банку и передать затем заявку на смену ключей электронной цифровой подписи. Неисполнение названной обязанности в силу п. 4.2 договора № ИБ-0971 влечет освобождение банка от ответственности за операции по счетам клиента, повлекшие за собой причинение убытков. В данном случае при рассмотрении настоящего дела судами установлено, что со стороны общества «Тарком», подтвердившего тот факт, что спорное платежное поручение поступило с верной электронной цифровой подписью, на момент проведения списания денежных средств в размере 750 660 руб. сообщения о компрометации ключа не поступали. Доводы кассационной жалобы ответчика по существу направлены на

правилам главы 59 Гражданского кодекса РФ, должен быть вызван действиями причинителя вреда. Для удовлетворения требований о возмещении вреда необходима доказанность всей совокупности указанных фактов. В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 заключил ДД.ММ.ГГГГ г. с ООО «Каршеринг Руссия» договор аренды транспортного средства <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, VIN №, 2018 г.в., в соответствии со статьей 428 ГК РФ. С условиями договора ФИО1 была ознакомлен в полном объеме, о чем свидетельствует ее электронная цифровая подпись в договоре и приложениях к нему. На основании указанного договора ФИО1 осуществлял в период времени с 17:01:13 ДД.ММ.ГГГГ года по 20:35:56 - ДД.ММ.ГГГГ года, сессию аренды транспортного средства марки "Volkswagen Polo", государственный регистрационный знак №, VIN №, 2018 г.в, во время которой ответчиком было совершено дорожно-транспортное происшествие, а именно ответчик не уступил дорогу транспортному средству <данные изъяты> р/з №, в результате чего совершил столкновение с этим транспортным средством.Автомобиль получил значительные повреждения, что подтверждается Постановлением