изъяты, осмотрены, являлись предметом исследований, о чем свидетельствуют исследованные судом протоколы следственных действий и выводы экспертов, получили оценку суда в совокупности с иными доказательствами, что опровергает утверждения защитника о допущенных органом предварительного расследования и судом существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, повлиявших на выводы о виновности ФИО1 Доводы о неполноте предварительного следствия, что связано с не проведением по делу сравнительной экспертизы изъятых психотропных веществ и следов вещества, изъятого с поверхности электронных весов, а также экспертизы на предмет определения принадлежности отпечатков пальцев и биологических следов на упаковке сбытого психотропного вещества, Судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку указанные обстоятельства не опровергают достоверность и допустимость представленных в деле доказательств, достаточность которых у Судебной коллегии для вывода о виновности ФИО1 в преступлениях, за которые он осужден, сомнений не вызывает. Версия ФИО1 о том, что психотропные вещества он не сбывал, а, напротив, сам приобретал амфетамин у Г., правильно оценена судом как недостоверная. В своих показаниях ФИО1 настаивал на
должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом. Однако ФИО3 не представлены документы, свидетельствующие о заработке и последующем накоплении денежных средств для передачи должнику по договору купли-продажи автомобиля (автомототранспортного средства, прицепа, номерного агрегата). Как следует из сложившейся судебной практики надлежащим доказательством в данных обстоятельствах является « электронный след » денежных средств (накопление на расчетном счете, получение денежных средств в банке и т.п.). Также суд неоднократно запрашивал у ФИО1 сведения о распределении полученных от ФИО3 денеженых средств. Однако должником не представлены суду надлежащие документы о распределении полученных денежных средств. В соответствии с положениями ст. 170 ГК РФ Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью
лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле, до начала судебного заседания или в пределах срока, установленного судом, если иное не установлено настоящим Кодексом. ФИО2 не представлены в материалы дела документы, свидетельствующие об источнике дохода, позволяющем накопить денежные средства, в размере 300 000 руб. Также как следует из сложившейся судебной практики, надлежащим доказательством в данных обстоятельствах является « электронный след » денежных средств (накопление на расчетном счете, получение денежных средств в банке и т.п.). Данные документы также не были представлены ФИО2 в адрес суда. Должником и финансовым управляющим не представлены сведения о распределении ФИО1 вышеуказанных денежных средств. В соответствии с положениями ст. 170 ГК РФ Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку,
наличных денежных средств и снятии с расчетного счета наличных денежных средств также не подтверждают реальность передачи таковых ФИО4 Полученных наличными денежных средств заведомо недостаточно для передачи в полном объеме вышеуказанных сумм займа. Даты получения денежных средств существенно не совпадают с датами заключения договоров займа. В материалы дела не представлены сведения о способе хранения ФИО3 и ФИО6 данных денежных средств. Также как следует из сложившейся судебной практики, надлежащим доказательством хранения денежных средств является наличие « электронного следа » (внесение на расчетный счет, осуществление вклада в кредитную организацию и т.д.). Представленные ФИО3 и ФИО6 документы о реализации движимого и недвижимого имущества также не подтверждают реальность передачи денежных средств ФИО4 Даты заключения договоров купли-продажи существенно не совпадают с датами заключения договоров займа. В материалы дела не представлены сведения о способе хранения ФИО3 и ФИО6 полученных от реализации имущества денежных средств. Также как следует из сложившейся судебной практики, надлежащим доказательством хранения денежных средств является
предпринимателем ФИО3 (в присутствии двух лиц) составлен акт № 1 об уклонении арендатора передать помещение арендодателю от 27.02.2021. Ответчику 01.03.2021 заказным письмом отправлено уведомление о том, что с его стороны никто не явился (от 28.02.2021 исх. № 34), копия этого уведомления 02.03.2021 направлена истцом на электронный адрес «buh@pivomanekb.ru» во исполнение пункта 7.7 договора. Истцом 09.03.2021 от ответчика получено заказное письмо, в котором согласно описи находились акт возврата от 27.02.2021 к договору аренды нежилого помещения от 05.05.2020 № Л 7/04-20, не отражающий реальное состояние спорного помещения, и ключи от этого помещения. При осмотре спорного помещения предпринимателем ФИО3 в присутствии двух лиц обнаружены следующие повреждения: следы от крепления сплит системы на фасаде; механические повреждения на декоративной панели жалюзей в виде отверстий слева от входа; механические повреждения на декоративной панели жалюзей в виде выпиленной части справа от входа; отверстия в плитке по всему полу; следы от креплений на стенах; механические повреждения на
в размере 100 000 рублей; возместить за счет средств федерального бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей. Министерство внутренних дел Российской Федерации в лице представителя ФИО2 представило письменные возражения, в которых просила в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, указав, что принятие окончательного решения по материалу проверки по заявлению С.М.В., а также уголовное дело представляло фактическую и юридическую сложность. Это связано, в том числе, с необходимостью документирования так называемых « электронных следов » преступления, что требует значительного времени, учитывая этапы получения интересующих сведений. При проведении проверки и расследовании уголовного дела необходимо было получить информацию у интернет-провайдера, находящегося в г. Москве, с целью установления данных пользователей с указанием их IP-адресов, данных о смене пароля доступа и смене абонентских номеров, привязанных к конкретным адресам; необходимо было провести экспертизы по изъятым у Н.О.В. ноутбуку и телефону; допросить Н.О.В., работающую вахтовым методом в г. Нерюнгри. Министерство финансов Российской Федерации в
на сайт ответчика с целью получения пароля (доступа в личный кабинет), получения sms-сообщения с кодом подтверждения (простой ЭП), введение указанного кода ответчиком в специальное окно (личный кабинет). При подаче заявки на овердрафт все действия производились не с устройства истца (сотовый телефон, компьютер), а с другого устройства и акционерное общество «Тинькофф Банк» не отреагировал на это изменение и выдал кредит неизвестному лицу. Кредит выдавался другим людям и является предметом мошеннической схемы. Это можно отследить по электронному следу . При выдачи денежных средств акционерное общество «Тинькофф Банк» так же не прислал смс уведомление на номер телефона истца, о том, что одобрен овердрафт, а только сообщил о его выдаче. Со стороны Банка прослеживается халатность по отношению к денежным средствам клиентов. Таким образом, истец считает, что указанный Договор является незаключенным. Требование (претензия) истца от 06.08.2021 года о необходимости признать овердрафт предметом мошеннической схемы, и признать незаключенным акционерное общество «Тинькофф Банк» добровольно не удовлетворил, сославшись
