Федерации решает исключительно вопросы права и при осуществлении конституционного судопроизводства воздерживается от установления и исследования фактических обстоятельств во всех случаях, когда это входит в компетенцию других судов или иных органов. В то же время при оценке допустимости жалобы Чжэн Хуа Конституционный Суд Российской Федерации принимает во внимание правовую позицию Европейского Суда по правам человека, согласно которой совокупность социальных связей между мигрантами и обществом, где они проживают, входит в понятие "частная жизнь" в смысле статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а выдворение оседлого (осевшего, поселившегося) мигранта безотносительно к наличию или отсутствию "семейной жизни" приводит к нарушению права на уважение его "частной жизни" (постановления от 18 октября 2006 года по делу "Юнер (Uner) против Нидерландов", § 59; от 27 сентября 2011 года по делу "Алим (Alim) против России", § 68). Европейский Суд по правам человека, оценивая обстоятельства, при которых высылка иностранца порождает нарушение статьи 8 Конвенции о
свобод вместе с тем допускает вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права в случаях, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности либо защиты прав и свобод других лиц. В своей практике применения данной статьи Европейский Суд по правам человека исходит из того, что содержание под стражей, как любая другая мера лишения свободы, влечет естественные ограничения частной и семейной жизни, однако существенной составляющей права заключенного на уважение семейной жизни является разрешение или, при необходимости, содействие со стороны властей в поддержании контакта с близкими родственниками; соответственно, регулирование вопросов предоставления свиданий осужденным к лишению свободы, в том числе на длительные или пожизненные сроки, не должно приводить к установлению негибких, шаблонных ограничений, а потому от государств - участников Конвенции ожидается развитие техники оценки соразмерности, позволяющей уравновешивать конкурирующие
целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц. В пунктах 68-70 постановления Европейского Суда по правам человека от 27 сентября 2011 года «Дело «Алим (АНт) против Российской Федерации» (жалоба № 39417/07) Европейский Суд указал на то, что статья 8 Конвенции защищает право на установление и развитие отношений с иными людьми и окружающим миром и иногда может затрагивать вопросы социальной идентичности лица. Совокупность социальных связей между оседлыми мигрантами и обществом, в котором они проживают, частично составляет понятие «личной жизни» в значении статьи 8 Конвенции. Несмотря на наличие или отсутствие «семейной жизни», выдворение оседлого мигранта, таким образом, приводит к нарушению его права на уважение «частной жизни». От обстоятельств конкретного дела зависит, на каком аспекте Европейскому Суду будет необходимо сосредоточить свое внимание: «семейной жизни» или «личной жизни». Что касается понятия «семейной жизни», Европейский Суд отмечает, что согласно его прецедентной практике понятие семьи в
КФХ ФИО1 (заказчик) поручает, а ЗАО «Ваш Европейский Советник» в лице президента Додуха В.Ф. (исполнитель) принимает на себя обязательства оказать заказчику услуги по предоставлению его интересов в органах государственной власти Ставропольского края, Федеральной налоговой службы РФ, банковских учреждениях, организациях и Арбитражном суде Ставропольского края в рамках досудебного и судебного разбирательство легализации сертификата, выданного на имя ФИО1 министерством сельского хозяйства Ставропольского края как участника ведомственной целевой программы «Развитие семейных животноводческих ферм на базе крестьянских (фермерских) хозяйств Ставропольского края на 2015-2017 годы», утвержденной приказом министерства сельского хозяйства Ставропольского края от 17.10.2014 № 448, и ведомственной целевой программы « Поддержка начинающих фермеров в Ставропольском крае на 2015-2017 годы» и предоставлении ему гранта на развитие семенной животноводческой фермы в размере 5 394 000 руб. в связи с отказом Ставропольского АО «Россельхозбанк» в заключении договора банковского счета юридическим лицом от 17.08.2015 № 006/05-01-18/163 и невозможностью реализации его прав как индивидуального предпринимателя, предусмотренного законодательством РФ (пункт
«брак» и «семья» не отождествляются законодателем, семейная жизнь не ограничивается отношениями, основанными на браке, и, соответственно, может распространяться на фактические семейные отношения (указанный подход отражен также в практике Европейского суда по правам человека, в частности в Постановлении Европейского суда по правам человека от 13.06.1979 по делу «Маркс против Бельгии», в Постановлении Европейского суда по правам человека от 26.05.1994 по делу «Киган (Keegan) против Ирландии» Европейский суд указал, что официальная регистрация не может быть критерием определения семейных отношений). В то же время Европейским судом по правам человека выработан правовой подход, корреспондирующий нормам Семейного кодекса Российской Федерации, регламентирующим взаимоотношения между родителями общего ребенка, в частности, положениям статей 61, 63, 66 Семейного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым сам по себе факт рождения ребенка, который свидетельствует о наличии семейных отношений между ребенком и матерью и между отцом и ребенком, соответственно, независимо от наличия или отсутствия регистрации брака между родителями и их
беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц. В пунктах 68 - 70 Постановления ЕСПЧ от 27 сентября 2011 года "Дело "Алим (Alim) против Российской Федерации" (жалоба N 39417/07) Европейский Суд указал на следующее. Европейский суд напоминает, во-первых, что статья 8 Конвенции защищает право на установление и развитие отношений с иными людьми и окружающим миром и иногда может затрагивать вопросы социальной идентичности лица. Совокупность социальных связей между оседлыми мигрантами и обществом, в котором они проживают, частично составляет понятие "личной жизни" в значении статьи 8 Конвенции. Несмотря на наличие или отсутствие "семейной жизни", выдворение оседлого мигранта, таким образом, приводит к нарушению его права на уважение "частной жизни". От обстоятельств конкретного дела зависит, на каком аспекте Европейскому Суду будет необходимо сосредоточить свое внимание: "семейной жизни" или "личной жизни" (Постановление Большой Палаты по делу "Юнер против Нидерландов" Uner v. Netherlands), жалоба N 46410/99, § 59, ECHR
года, жалоба № 26102/95, § 52, Постановление Европейского Суда по делу «Бултиф против Швейцарии» (Boultif V.Switzerland) от 2 августа 2001 года, 54273/00, § 46, и Постановление Большой Палаты Европейского Суда по делу «Сливенко против Латвии» (Slivenko v.Latvia) от 9 октября 2003 года, жалоба № 48321/99, § 46. Согласно позиции Европейского Суда в указанном Постановлении статья 8 Конвенции не может рассматриваться как налагающая на государство обязательство общего характера по уважению выбора супружеских пар относительно страны проживания и разрешению семейного союза на своей территории. Однако выдворение лица из страны, в которой проживают его или ее близкие родственники, может представлять собой вмешательство в право на уважение семейной жизни. Когда дело касается детей, должны учитываться наилучшие интересы ребенка и принимающие решение органы власти обязаны оценить доказательства относительно практической реализуемости, возможности и соразмерности выдворения родителя – иностранца, с целью обеспечить эффективную защиту и придать достаточное значение наилучшим интересам детей, непосредственно затронутым данной мерой (см. Постановление
