вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» и пришли к выводу о том, что у ответчика имеется задолженность по договорам от 01.05.2016 № 76/16 и от 01.05.2016 № 85/16 по оплате истцу (подрядчик) расходов на содержание воздушного судна за период с 01.03.2020 по 14.04.2020 до момента фактического возврата ему этого судна по акту приема-передачи от 15.04.2020, расходов на оплату стоянки в аэропорту, понесенные авиакомпанией за время технического обслуживания. При этом суды исходили из того, что заключенный сторонами договор от 01.05.2016 № 76/16 (в редакции дополнительного соглашения № 94 о пролонгациидоговора ) является абонентским, после окончания срока его действия заказчик не давал подрядчику указаний по возврату судна и производил оплату услуг, подрядчик до возврата воздушного судна заказчику продолжал выполнение комплекса работ по техническому обслуживанию воздушного судна и заказчик обязался выплатить денежные средства за выполнение работ по содержанию и проведению технического обслуживания воздушного судна
действовала без учета интересов Банка, ее действия по заключению оспариваемого соглашения не отвечали интересам Банка, что подтверждается следующим. Как уже указано выше, кредитным договором было предусмотрено, что проценты за пользование кредитом будут начисляться, исходя из процентной ставки в 15 % годовых от суммы фактической задолженности. На момент заключения дополнительного соглашения от 04.03.2014 №1 к договору об открытии кредитной линии от 04.03.2013 №К2-015.13 и установления нового срока возврата кредита, а именно до 04.03.2015 ( фактическая пролонгация договора ), размер средневзвешенных процентных ставок по кредитам, предоставленным кредитными организациями физическим лицам в рублях (в целом по Российской Федерации), согласно данным с официального сайта ЦБ РФ по кредитам на срок от 1 года до 3 лет составлял 20,76% годовых. То есть на 5,76% больше, чем было предусмотрено кредитным договором. Таким образом, продолжение кредитования ФИО1 осуществлялось на нерыночных условиях, и какого-либо очевидного, разумного экономического интереса в продолжении такого кредитования не было. В то же
отнесения его к муниципальной собственности муниципального образования Брюховецкий район, договора аренды от 12.11.2014 №5 с администрацией района (т. 2, л.д. 8-13), оценивая условия данного договора и исследуя обстоятельства его исполнения, прекращения, арендодателя по названной сделке (администрацию района) к участию в деле не привлекли (статья 51, часть 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса), правовую оценку действительности указанного договора, соблюдению действующего законодательства при его заключении, в том числе при определении размера арендной платы, допустимости и фактическойпролонгациидоговора аренды на неопределенный срок в порядке пункта 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации (с учетом норм закона, воли и действий арендодателя), не дали, вопросы сохранения договора аренды в силе при изменении сторон (статья 617 Гражданского кодекса Российской Федерации) не проверили, лицо, которое могло заменить (заменило) в силу закона администрацию района в качестве арендодателя в договоре от 12.11.2014 №5 не установили, правовые основания взыскания непосредственно в пользу техникума платы за использование находящегося в
Если платеж был осуществлен в счет будущего договора и после этого стороны продолжали переговоры, истец должен был узнать о том, что обогащение ответчика стало неосновательным, и о своем праве предъявить соответствующее требование в момент окончания переговоров, когда стало очевидно, что цель платежа не будет достигнута. Указанные разъяснения применены апелляционным судом по аналогии правомерно. Судом апелляционной инстанции установлено, что между сторонами было заключено дополнительное соглашение от 23.07.2009 к договору, то есть стороны исходили из фактической пролонгации договора . Кроме того, представленными в материалы дела платежными поручениями подтверждается факт оплаты арендных платежей в спорный период, которые администрацией не возвращены обществу. Принимая во внимание, что использование земельного участка является платным (статьи 1, 65 Земельного кодекса Российской Федерации), арбитражный суд апелляционной инстанции обосновано пришел к выводу о том, что общество о факте неосновательного обогащения узнало лишь со дня принятия судебного акта по делу № А76-2247/2013 – 28.05.2013. При таких обстоятельствах выводы апелляционного суда
доказал наличие в действиях (бездействии) заявителя объективной стороны вменяемого административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 19.8 КоАП РФ, выразившегося в использовании в спорный период участка акватории реки Енисей площадью 257 тысяч квадратных метров сроком на 20 лет с целью использования акватории водного объекта, в том числе для рекреационных целей. В связи с чем, выводы суда первой инстанции об обратном суд апелляционной инстанции полагает ошибочными. Вместе с тем, ошибочные выводы суда первой инстанции о фактической пролонгации договора водопользования от 29.12.2006 №286 не привели к принятию неправильного решения. В соответствии с частями 1, 4 статьи 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица. Согласно части 2 статьи 2.1 КоАП РФ юридическое лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для
с ФИО2 в пользу ФИО1 сумму долга по договору займа в размере № рублей. Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал доводы искового заявления, настаивал на удовлетворении иска. Представитель истца, действующий на основании доверенности и ордера ФИО3, в судебном заседании поддержал доводы искового заявления, настаивал на удовлетворении иска, приобщив к делу письменные пояснения, уточнив исковые требования, просил также взыскать с ответчика судебные расходы по оплате госпошлины и оплате услуг представителя., при этом пояснив, что фактическая пролонгация договора имело место в период с <дата> по <дата> в ФКУ СИЗО 4 ГУФСИН России по РО. Ответчик ФИО2, надлежаще извещенный о месте и времени слушания дела, в суд не явился., обеспечив явку своего представителя ФИО4, которая в судебном заседании возражала против удовлетворении иска, согласно возражениям приобщенным к материалам дела. Просила применить срок исковой давности. Суд определил рассмотреть дело в отсутствие ответчика в порядке ст. 167 ГПК РФ. Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы
возможностью его пролонгации по истечении срока его действия. Из пояснений представителя истцов в судебном заседании суда апелляционной инстанции следует, что семья Корицких с 2017 года постоянно проживает в данной квартире, пролонгируя действие договора аренды. Таким образом, при пролонгации договора последней датой пролонгации должна быть 08.09.2020. При таких обстоятельствах пролонгация договора аренды от 29.12.2020 не требовалась. Из чего следует, что договор аренды от 29.12.2020 был составлен с целью создания видимости несения убытков, так как фактическая пролонгация договора аренды с сентября 2020 года не находится в причинно-следственной связи со сроком передачи объекта долевого строительства (л.д.23, 84). Кроме того, из буквального толкования договоров аренды от 08.09.2017 и от 29.12.2020 следует, что квартира арендовалась только ФИО2, возможность вселения в квартиру иных членов его семьи (жены и детей) договором не предусмотрена. Из пояснений представителя истцов в судебном заседании установлено, что изначально договор аренды был заключен истцами не в связи с заключением договора долевого участия
судом не дана оценка пункту 8.1. указанного договора, который гласит, что договор считается пролонгированным на следующий календарный год (на тот же срок и тех условиях за исключением приложений к настоящему договору, если за один месяц до окончания срока договор не последует с одной стороны в адрес другой стороны заявлений уведомлений об одностороннем отказе от исполнения настоящего договора, о пересмотре его условий, либо расторжении, в связи с неисполнением обязательств, предусмотренных настоящим договором. При этом фактическая пролонгация договора по умолчанию устанавливает факт согласия сторон на юридическую пролонгацию настоящего договора, соответственно поставщик и потребитель обязуются принять к взаиморасчетам все приложения на новый календарный год к настоящему договору. Судом первой инстанции установлен сам факт заключения договора на поставку тепловой энергии, однако, своим решением, суд исключил возможность получения истцом денежных средств за фактическую поставку тепловой энергии ответчику в 2015 году и 2016году. Дополнительно факт того, что договор тепловой энергии №166 от 10.12.2013г. является заключенным
