задолженности, арендодатели (и их правопреемники) предоставляли арендатору бессрочную конклюдентную пролонгацию исполнения принятых им на себя обязательств, что не согласуется с требованиями разумности и целью коммерческого юридического лица, состоящей в извлечении прибыли. Банк отмечает, что ФИО1 все арендованные помещения сдавала в субаренду, данное имущество в конечном счете оказывалось в пользовании независимых арендаторов; прибыль от аренды помещений оседала в группе компаний, однако через цепочку договоров аренды и субаренды с аффилированными лицами внутри группы создавалась подконтрольная фиктивная кредиторская задолженность , используемая для последующего уменьшения объема требований независимых кредиторов. Как полагает заявитель, названные факты свидетельствуют о злоупотреблении (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) ФИО1 и ее аффилированными кредиторами своими правами, в силу чего требования из спорных арендных соглашений не могут быть включены в реестр. Приведенные банком в кассационной жалобе доводы заслуживают внимания, в связи с чем данную жалобу с делом следует передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного
33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» суды отказали в удовлетворении требований, установив аффилированность истца и ответчика, признав, что фактически руководитель Общества намеренно ухудшал финансовое положение юридического лица с целью образования подконтрольного кредитора через заинтересованное лицо – Предпринимателя путем заключения договора для установления контроля над процедурой банкротства, в связи с чем была создана подконтрольная фиктивная кредиторская задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов. Судебные инстанции приняли во внимание, что последняя оплата по договору имела место в октябре 2018 года; представленные акты об оказании услуг № 44-57 за период с сентября 2021 по октябрь 2022 на сумму 700 000 рублей, подписанные генеральным директором Общества ФИО4 не являются достаточным доказательством надлежащего исполнения услуг, в связи с чем были оценены в совокупности с иными доказательствами; акты выполненных работ за период с июля
с обществами с ограниченной ответственностью «Невский, 96», «Юнипак», «Мойка,22», СПТК «Интелсет», «Милка», иностранной компанией «Коммонвелс Проперти Инвестор ПТЕ.ЛТД», Исаевым А.В., супругом должника Трайнисом Хэдли Митчелл, Клиентовой Ю.Ю., а также отмечено отсутствие достаточных сведений о характере платежей должника в пользу третьих лиц за счет полученных денежных средств. В связи с этим апелляционным судом сделан вывод о злоупотреблении правом сторонами договора займа, заключенного спустя более трех месяцев после перечисления спорных денежных средств, с целью создания фиктивной кредиторской задолженности для участия в деле о банкротстве. Суд округа поддержал выводы суда первой инстанции. В кассационной жалобе финансовый управляющий имуществом ФИО2 поддерживает вывод апелляционного суда о создании фиктивной кредиторской задолженности ФИО3 перед аффилированным лицом для получения возможности участия в распределении имущества должника, уменьшения процента требований независимых кредиторов и тем самым причинения последним имущественного вреда. Приведенные в кассационной жалобе доводы заслуживают внимания и являются основанием для пересмотра обжалуемого судебного акта в судебном заседании Судебной коллегии
Наличие неисполненных должником обязательств по оплате задолженности по арендной плате в размере 214 694,41 руб., пени в размере 308 146,83 руб., послужило основанием для обращения кредиторав арбитражный суд с настоящим заявлением. Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции исходилиз недоказанности наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов задолженности, ввиду непредставления ООО «ПромТехРиэлт» доказательств, позволяющих с абсолютной объективностью исключить реализацию интереса в искусственном создании видимости реальности арендных правоотношений, в результате которых возникает подконтрольная фиктивная кредиторская задолженность . Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда, сочтя представленные в обоснование заявления документы достаточно убедительно опровергающими разумные сомнения, исходил из доказанности кредитором, заинтересованность которого по отношению к должникуне установлена, наличия и размера задолженности по договору. Суд кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанции исходя из следующего. С учетом особенностей установления требования кредиторав процедурах банкротства, суд рассматривает обоснованность указанного требования, давая оценку подтверждающим документам, а также поступившим возражениям других лиц. По правилам статьи
объема заявленных требований не решается судом общей юрисдикции в настоящем деле. В пределах заявленных лесозаводом требований суд обоснованно взыскал только 13 437 000 руб., поскольку указанные суммы представляют собой реальный ущерб, а остальная часть требований, в удовлетворении которых отказано (489 343 576 руб. 25 коп.), представляет собой фиктивную задолженность, которая к реальному ущербу не привела, за счет нее какого-либо имущества или денежных средств ответчиками не получено, поскольку преступный умысел не доведен до конца. Фиктивная кредиторская задолженность исключена из реестра кредиторов. Такие выводы согласуются и с выводами определения Арбитражного суда Архангельской области от 27 ноября 2017 года, оставленным без изменения в апелляционном порядке (дело № ***), о взыскании в порядке субсидиарной ответственности с ФИО4 Тот факт, что эти же суммы взысканы с ФИО4 в настоящем делесолидарно с ФИО5, не препятствует их учету в порядке исполнительного производства в целях исключения двойных удержаний. Права апеллянтов такое взыскание само по себе такое взыскание
заявителя ФИО2, действующий на основании доверенности, доводы заявления поддержал в полном объеме. Представитель ФИО3 ФИО4.( по доверенности), возражала против доводов заявления, пояснив, что основания для изменения порядка исполнения решения суда отсутствуют. Фактически процедура ликвидации общины закончена, срок исполнения решения районного суда от 12 марта 2013 года продлен определением суда до ... года. ФИО3 надлежащим образом исполняет возложенные на него законом и судом обязанности, решениями суда признаны незаконными все оспоренные им договоры займа, оспорена фиктивная кредиторская задолженность СРЭО «Дылача» на сумму .... руб. Поскольку ликвидатор назначен на основании решения суда, он не подотчетен членам СРЭО «Дылача».Все оставшееся имущество после завершения ликвидационных мероприятий, включая денежные средства, будут распределены между членами Общины. Представитель истца прокурор Баунтовского района Спиридонов Р.В.с заявлением не согласился, считает, что доводы заявителя о незаконности действий ликвидатора ФИО3 несостоятельны. Представители Управления Минюста по РБ, УФССП по РБ в районный суд не явились. Суд постановил указанное определение, с которым не
Заслушав доклад судьи Хазиевой Е.М., объяснения представителя истца ФИО4 и представителя ответчика ФИО2 - ФИО5, судебная коллегия установила: ФИО1 (истец, взыскатель) обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО2 (ответчик, заемщик, должник) и ФИО3 (ответчик, заимодавец) о признании недействительным договора № от 31.01.2014 займа между ответчиками. В обоснование иска указано, что названый договор является мнимой сделкой с признаками злоупотребления правом при ее совершении с целью искусственного создания кредиторской задолженности в деле о банкротстве. Фиктивная кредиторская задолженность сформирована в целях инициирования дела о банкротстве должника во избежание выплаты ущерба взыскателю – истцу. В ходе судебного разбирательства ответчики иск не признали. Представитель ответчика ФИО2 пояснил о проверке оспариваемого договора в рамках иных судебных дел, а также о заключении сторонами спора в рамках дела о банкротстве мирового соглашения. Третье лицо Управление Росфинмониторинга по УФО указало, что доводы истца заслуживают внимание, поскольку недобросовестность действий ФИО2 неоднократно установлена различными судебными актами, в частности апелляционным