этом случае имеет сбор доказательств о конкретных хозяйственных проявлениях результатов сделок непосредственно в обороте налогоплательщика. Налоговым органам следует обосновать, что документы, представленные налогоплательщиком, в действительности не подтверждают факты (реальность) совершения хозяйственных операций. Значимыми доказательствами, раскрывающими фиктивность (имитацию) сделок налогоплательщика, будут являться данные о налоговой нелегитимности и недобросовестности контрагента. К их числу могут относиться установленная недостоверность документов в связи с их подписанием от лица контрагента неустановленными лицами, а также от лица несуществующего хозяйствующего субъекта - фиктивногоконтрагента . На практике такой довод может присутствовать в ситуации, когда, исходя из обстоятельств совершения и исполнения соответствующей сделки, налогоплательщик знал либо должен был знать об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов ввиду их подписания неуполномоченным (неустановленным) лицом, не являющимся руководителем контрагента. В этом случае необходимо аргументированно, на основании выявленных фактов, доказать, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности при заключении и исполнении сделки. Для этого должны быть приведены фактические доказательства того, что
деятельности фирм-"однодневок" является одним из самых распространенных способов получения необоснованной налоговой выгоды. Концептуально суть схемы сводится к включению в цепочку хозяйственных связей лиц, не исполняющих свои налоговые обязательства. Можно выделить два основных направления получения необоснованной налоговой выгоды с использованием фирм-"однодневок": 1.1. Использование фирм-"однодневок" для создания фиктивных расходов и получения вычетов по косвенным налогам без соответствующего движения товара (работ, услуг). В данном случае организация (желающая получить необоснованную налоговую выгоду) заключает хозяйственные договоры с лицом, не исполняющим свои налоговые обязательства, причем деятельность фирмы-"однодневки", как правило, прямо или косвенно подконтрольна получателю необоснованной налоговой выгоды, перечисляет ему определенную договором сумму (в том числе сумму косвенных налогов). Со стороны контрагента условия договора фактически не исполняются, представляются только необходимые первичные документы, подтверждающие совершение операций. То есть соблюдаются формальные требования к документальному подтверждению произведенных расходов и принятию к вычету сумм косвенных налогов. 1.2. Использование фирм-"однодневок" с целью увеличения добавленной стоимости товара, уменьшения налоговой нагрузки на производственные подразделения.
Федерации, ФИО1 просит отменить указанные судебные акты в связи с существенными нарушениями судами норм права. Изучив обжалуемые судебные акты, судья не находит оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Разрешая спор, суды первой и апелляционной инстанций, с выводами которых согласился суд округа, исходили из доказанности совершения контролирующим должника лицом – ФИО1 (руководителем и участником) действий по организации формального документооборота, создававшего видимость приобретения товара по более высокой цене у фиктивного контрагента , что привело к получению необоснованной налоговой выгоды, занижению налогооблагаемой базы, дальнейшему доначислению сумм налогов и, в конечном счете, банкротству должника. Доказательств того, что ФИО2 и ФИО4 непосредственно участвовали в спорных сделках и оказывали влияние на хозяйственную деятельность должника, не представлено. Изложенные в жалобе доводы, которые сводятся к установлению иных обстоятельств по спору, не подтверждают существенных нарушений судами норм права, рассматривались ими и получили соответствующую оценку. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской
совокупности и взаимосвязи, установили, что представленные для проверки первичные документы не подтверждают реальность хозяйственных операций между обществом и его контрагентами, и направлены на создание фиктивного документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды. При этом суды учли ряд обстоятельств, установленных инспекцией в ходе налоговой проверки, свидетельствующих в совокупности о фиктивном оформлении документооборота и нереальном характере сделок, в числе которых: формальная дееспособность указанных юридических лиц (номинальные руководители); отсутствие разрешительной документации для производства работ по договору (лицензия на строительную деятельность); недостоверность сведений, указанных в первичных документах, вследствие подписания их неустановленными лицами, а также не проявление обществом достаточной степени осмотрительности в связи с наличием у контрагентов признаков проблемного налогоплательщика, которые самостоятельно могут свидетельствовать о получении необоснованной налоговой выгоды. Учитывая установленные обстоятельства, суды, руководствуясь положениями статей 169, 171, 172, 252 Налогового кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения
реального выполнения названными контрагентами работ, для выполнения которых они привлекались обществом в качестве субподрядчиков, инспекция пришла к выводу о фиктивном характере сделок общества с данными организациями. Суды оценили в совокупности и во взаимосвязи представленные сторонами документы и пришли к выводу о подтверждении соответствующими доказательствами выводов инспекции о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерно заявленных налоговых вычетов и отнесенных на расходы затрат по операциям с контрагентами путем фиктивного документального оформления сделок при отсутствии реальных хозяйственных операций по осуществлению работ указанными контрагентами . При рассмотрении спора суды руководствовались статьями 169, 171, 172, 252 Кодекса, статьей 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды». Допущенные, по мнению заявителя, судами нарушения норм процессуального права, выразившиеся в отказе в удовлетворении ходатайства о приобщении к материалам дела дополнительных доказательств, свидетельствующих о невозможности
контрагентами работ и оказания услуг, для выполнения которых они привлекались обществом, инспекция пришла к выводу о фиктивном характере сделок общества с данными лицами. Суды при рассмотрении спора оценили в совокупности и во взаимосвязи представленные сторонами документы и пришли к выводу о подтверждении соответствующими доказательствами выводов инспекции о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в виде неправомерно заявленных налоговых вычетов и отнесенных на расходы затрат по операциям с контрагентами путем фиктивного документального оформления сделок при отсутствии реальных хозяйственных операций по осуществлению работ указанными контрагентами . При рассмотрении спора суды руководствовались статьями 169, 171, 172, 252 Кодекса, статьей 9 Федерального закона от 21.11.1996 № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете», Постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды». Доводы заявителя были предметом тщательного изучения судами и направлены на переоценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств дела, что само по себе не может являться
положениями Налогового кодекса Российской Федерации, суды согласились с выводом инспекции об умышленном создании налогоплательщиком условий, направленных исключительно на получение налоговой экономии при отсутствии реальных сделок со спорными контрагентами. Так, судами установлено, что спорные контрагенты были использованы обществом только для минимизации своих налоговых обязательств путем искусственного завышения расходов организации и применения необоснованных налоговых вычетов; реальность сделок по приобретению товаров у спорных контрагентов не доказана; обществом умышленно совершались действия по формированию фиктивного документооборота; отсутствовала потребность в товарно-материальных ценностях, приобретаемых у указанных контрагентов , и хозяйственная необходимость в заключении спорных договоров; заключение сделок, не свойственных предпринимательскому обороту; взаимозависимость и взаимосвязанность всех участников сделок; предопределение движения денежных и товарных потоков; формальное отношение к невыполнению контрагентами своих обязательств. Приведенные в жалобе доводы сводятся к изложению обстоятельств дела, которые получили надлежащую правовую оценку судов и мотивированно отклонены, не опровергают, не подтверждают существенных нарушений судами норм материального и (или) процессуального права, фактически направлены на переоценку выводов
Инспекцией установлено, что ООО «Мистраль» тем не менее, осуществило вывод денежных средств на счета компании KVITENTO OU (Эстония) в размере 722 778 210 руб. Кроме того, в вышеуказанном Определении Арбитражного суда г. Москвы указано, что представителем компании KVITENTO OU на судебном процессе являлась ФИО10 На данном суде ФИО10 выступала в качестве члена правления (директора). В ходе проведения выездной налоговой проверки установлено, что ФИО10 в проверяемом периоде числилась учредителем и генеральным директором ООО «Прибор-Комплект» ( фиктивный контрагент ООО «АВИ Лаб»). Анализ Федерального информационного ресурса «Таможня-Ф» показал, что ни ООО «Мистраль», ни компания KVITENTO OU никогда не являлись отправителями, получателями и/или декларантами какой-либо продукции. Таким образом, установлено, что конечные получатели денежных средств по цепочкам «технических» контрагентов ООО «АВИ Лаб» заключали формальные договоры с компаниями- нерезидентами, включая в них условия о разрешении споров третейским судом ООО «Верховенство права». Далее данный третейский суд выносил решение, о нарушении российскими компаниями условий договоров по оплате за
затруднился ответить или не помнит (протоколы допросов от 01.08.2017, от 20.09.2018 - т.127 л.д.3-11, 12-19). Со стороны грузоотправителя ООО «Градиент Технолоджи» в графе «Груз отпустил» - генеральный директор ООО «Градиент Технолоджи» ФИО39 Из показаний ФИО39 следует, что они противоречивые и недостоверные, по существу на заданные вопросы в основном не помнит или затрудняется ответить (протокол от 20.09.2018 № 16-15/128 - т.136 л.д.5-14). О согласованности действий АО «ЛАНИТ», ООО «Градиент Технолоджи», а также ООО «РВК» (другой фиктивный контрагент АО «ЛАНИТ», «привлеченный» для выполнения работ по государственным контрактам), ООО «Премиум-Альянс» (также фигурирует в цепочке перечисления денежных средств по контрагенту ООО «Эльсинор») показывают перечисления в 2015 году в период ликвидации ООО «Градиент Технолоджи» денежных средств ФИО39 указанными компаниями за ИТ-услуги по оформленным договорам, в дальнейшем ФИО39 денежные средства были обналичены. Из показаний водителя ФИО40, являющегося одним из водителей ООО «ТК-Центр» (перевозчик, которому денежные средства перечислялись подконтрольной налогоплательщику организацией 000 «Сити-Сервис»), указанного в представленных АО
Законе о банкротстве презумпций, корреспондирует обязанности соответствующих лиц представить убедительные пояснения (косвенные доказательства), свидетельствующие о наличии презюмируемых обстоятельств. Как следует из материалов выездной налоговой проверки, ФИО4 возглавляла группу компаний «Элоя», то есть группу организаций, имеющих в название слово «Элоя», осуществляющих идентичный вид деятельности (деятельность по чистке и уборке жилых зданий и нежилых помещений), учредителями и руководителями которых выступают ФИО4, и ее родной брат ФИО6 Судом установлено, что не менее половины персонала ООО «Прогресс-Гарант» ( фиктивный контрагент должника), в период 2014 года и ранее работали в юридических лицах с идентичным видом деятельности (деятельность по чистке и уборке жилых зданий и нежилых помещений), в состав руководителей и учредителей которых входило одно и тоже лицо, а именно ФИО4 ФИО9, являющаяся руководителем и учредителем ООО «Прогресс-Гарант», работала в организациях с идентичным видом деятельности (деятельность по чистке и уборке жилых зданий и нежилых помещений прочая), в состав руководителей и учредителей которых входили одни и те
(и даже принадлежность единым бенефициарам) подтверждается следующим: располагались по одному адресу (лицензии), производили одинаковый ассортимент для ООО «Статус групп» (водка Добрый медведь, Финский лед, ФИО18 красная, Старая марка), ООО «ЛВЗ Правобережный» в 205-2016 гг., ООО «Ракурс» в 2016-2018 гг. имели одинаковых контрагентов (в составе имущества ООО «ЛВЗ Правобережный», реализованного с торгов, векселя ООО «Ракурс», ООО «Пересвет», ООО «Орион», ООО «Триумф», дебиторская задолженность ООО «Интер-компани»), технологическое оборудование ООО «ЛВЗ Правобережный» приобретено ООО «ТД Купеческий» ( фиктивный контрагент ООО «Ракурс», описанный в Акте выездной налоговой проверки ООО «Ракурс») и т.п. Требования УФНС по РСО-Алания к ООО «ЛВЗ Правобережный» составили 2,37 млрд. рублей, но вместо денег УФНС по РСО-Алания довольствовалась правом требования к привлеченному к субсидиарной ответственности ФИО19 У ФИО19 судебные приставы денег не нашли (исполнительное производство 11186/20/15006-ИП от 27.07.2020 на 2,37 млрд. рублей было прекращено по истечении 3 месяца по ст. 46, ч. 1, п. 4 Закона об исполнительном производстве). Имевшиеся на
