от 23.01.2013 № 23-01/13, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью «Диалог» (далее – ООО «Диалог»), ООО «Юджин-Эстейт», ИП ФИО2, ИП ФИО3, договор соинвестирования от 02.10.2013, заключенный ООО «Диалог» с ИП ФИО1, руководствуясь статьями 453, 1041, 1042, 1044, 1050 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды не усмотрели оснований для удовлетворения иска. При этом суды, исследовав условия указанных договоров, исходили из того, что обязательства ООО «Диалог» перед истцом (с неисполнением которых ИП ФИО1 связывает возникновение убытков) являются личными обязательствами ООО «Диалог» и не создают солидарных обязательств всех сторон договора о совместной деятельности от 23.01.2013 № 23-01/13. Кроме того суды отметили, что в рамках дела о банкротстве ООО «Диалог» определением Арбитражного суда города Москвы от 03.10.2018 по делу № А40-176843/17-175-252Б требования ИП ФИО1 к названному обществу включены в третью очередь реестра требований кредиторов. Доводы кассационной жалобы по существу направлены на переоценку установленных обстоятельств и исследованных доказательств. Данные доводы не подтверждают наличия существенных нарушений норм
Федерации (далее – АПК РФ). Разрешая вопрос о подсудности дела о банкротстве, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, руководствовались положениями статей 33, 42 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и исходили из того, что на момент принятия заявления должник был зарегистрирован в городе Москве. Суды отметили, что имущество должника, за счет которого могли быть погашены требования кредиторов по личным обязательствам , также включено в состав имущества хозяйства и не может быть реализовано в отдельных процедурах банкротства, права кредиторов должника - физического лица и кредиторов должника - главы КФХ не нарушены. Суд округа поддержал выводы судов в указанной части. Отменяя судебные акты судов и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции не разрешил его по существу, указав на необходимость дополнительного исследования обстоятельств с целью правильного применения норм права, касающихся решения вопроса о наличии или
В частности, сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества. Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки (ч.3 ст.45 Закона об обществах). Материалами дела подтверждено и участвующими в деле лицами не оспаривается, что в заключении оспариваемого договора имелась заинтересованность генерального директора общества ФИО5, поскольку указанной сделкой обеспечивались личные обязательства ФИО5 по договору займа с ФИО3 (п.9 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 №28). Таким образом, для совершения указанной сделки в силу ст.45 Закона об обществах требовалось решение общего собрания участников общества об одобрении указанной сделки, принятое большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки. Согласно протоколу общего собрания участников ООО «Культура» от 01.10.2014 №28, принято следующее решение: «Одобрить совершение Обществом с ограниченной ответственностью «Культура» сделки с ФИО3,
от 21.10.2021 оставлено без изменения. Не согласившись с вынесенными судебными актами, АКБ «Спурт» (ПАО) в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее – Банк) обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты нижестоящих инстанций отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Кассационная жалоба Банка мотивирована тем, что заключением оспариваемых сделок не был нанесен вред должнику, поскольку отступными фактически были погашены как личные обязательства самого должника перед Банком, так и обязательства по возврату денежных средств, полученных должником в результате транзитных операций. Большая часть кредитных денежных средств, полученных по кредитным договорам третьими лицами, направлены в ОАО «КЗСК», а значит, заключение договоров поручительства и соглашений об отступном было направлено на погашение обязательств ОАО «КЗСК» перед Банком, что исключает причинение вреда должнику. В связи с этим, по мнению заявителя кассационной жалобы, факты аффилированности должника, Банка и иных членов группы в данном
банку в порядке пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве, указал, что материалами дела не подтверждается факт того, что в связи с погашением ФИО1 задолженности по кредитному договору в размере 167 311,04 руб. в пользу Банка данный кредитор получил в какой-либо части преимущественное удовлетворение. Кроме того, судом апелляционной инстанции отмечено, что внесенные в счет исполнения обязательств по кредитному договору денежные средства принадлежали ФИО1 Уменьшения конкурсной массы не произошло. Совершением спорных платежей ФИО1 погашала свои личные обязательства (созаемщика) по кредитному договору за счет собственных средств, при недоказанности иного. При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции, учитывая вышеизложенное, принимая во внимание отсутствие совокупности обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для признания сделки недействительной по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны ФИО1, погасившей свои личные обязательства (созаемщика) по кредитному договору, а также банка, принявшего исполнение, пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании
71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства, арбитражные суды пришли к правомерному выводу о том, что исполнение ООО «Газэнергосеть Ресурс» через ООО «Ойл Трейд Сервис» обязательств заемщика (ООО «Магнат-РД») фактически привело к прекращению кредитного обязательства заемщика перед ПАО «Сбербанк России» в размере 1 035 000 000 рублей и, соответственно, к прекращению обязательства поручителя (ФИО4) по договору поручительства в размере 1 035 000 000 рублей. Следовательно, в результате такого погашения личные обязательства ФИО4 как поручителя прекратились, о чем свидетельствует факт того, что в рамках дела о банкротстве № А33-12801/2019 ПАО «Сбербанк России» с требованием основанном на договоре поручительства за основного заемщика ООО «Магнат-РД», не предъявлено. Таким образом, как правильно указали суды, ООО «Газэнергосеть Ресурс» приобретая долю в уставном капитале ООО «Магнат-РД» фактически перестало быть гражданским кредитором на сумму 1 035 000 000 рублей, а стало учредителем ООО «Магнат-РД» путем докапитализации на сумму эквивалентную 1 035 000
перешло наследственное имущество всего в размере 52957 рублей 34 копейки, превышающее размер долга наследодателя. Также ФИО2 оплатила после смерти мужа его долг АО «Тинькофф Банк» в размере 30000 рублей, задолженность отсутствует. Соответственно, к ней перешло право регрессного требования о взыскании с других наследников соответственной доли (1/3 доля- 10000 рублей). Таким образом, ФИО2 на момент рассмотрения дела принадлежит имущество рыночной стоимостью 270448 рублей 92 копейки, обязанность погасить долги наследодателя в сумме 204956 рублей 58 копеек, личные обязательства перед банком после принятия наследства в сумме 52957 рублей 33 копеек, право регрессного требования к ФИО4 и ФИО1 в сумме 20000 рублей. ФИО1 на момент рассмотрения дела принадлежит имущество рыночной стоимостью 270 448 рублей 92 копейки, обязанность погасить долги наследодателя в сумме 204956 рублей 58 копеек, личные обязательства перед банком после принятия наследства в сумме 52 957 рублей 33 копейки, обязанность регрессной оплаты ФИО2 в сумме 10000 рублей, ФИО4 на момент рассмотрения дела принадлежит
в размере 1 039 189,20 руб. (л.д.8-10). Требования мотивировал тем, что решением Ленинского районного суда г. Тюмени от 11 марта 2020 по делу № 2-4749/2021 произведен раздел общего имущества супругов ФИО2 и ФИО3 Определением Верховного Суда Российской Федерации от 27 апреля 2021 решение суда первой инстанции, определения апелляционной и кассационной инстанций отменены в части признания совместно нажитым имуществом супругов 64/100 доли в праве собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: . Полагает, что поскольку личные обязательства ФИО3 по договору участия в долевом строительстве от 01 июня 2004 исполнялись за счет общих денежных средств ФИО3 и ФИО2 после заключения ими брака, то последний имеет право требовать денежную компенсацию соразмерно его доле в общем имуществе супругов. Общая сумма денежных средств, уплаченная ФИО3 в счет исполнения личного обязательства, за счет совместно нажитого имущества супругов в виде денежных средств составляет 1 712 992 руб., считает, что половина от указанной суммы является неосновательным обогащением ответчика.
