вопросы решаются при производстве судебно-технической экспертизы документов; о наличии психического заболевания исполнителя исследуемой рукописи, так как этот вопрос относится к компетенции судебно-психиатрической экспертизы; о намерениях или возможностях писавшего, например, могла ли исследуемая подпись быть выполнена с намерением ее исказить, могла ли исследуемая рукопись быть выполнена под психологическим давлением, оказываемым на него. При возникновении затруднений с формулировками конкретных вопросов целесообразно предварительно проконсультироваться у эксперта. 6. Судебная лингвистическая экспертиза Судебная лингвистическаяэкспертиза - это процессуально регламентированное лингвистическое исследование устного и (или) письменного текста , завершающееся дачей заключения по вопросам, разрешение которых требует применения специальных познаний в языкознании и судебном речеведении. Предметом судебной лингвистической экспертизы является установление обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, посредством разрешения вопросов, требующих специальных познаний в области лингвистики. В этом смысле судебная лингвистическая экспертиза является одной из главных форм использования возможностей современного языкознания при отправлении правосудия. <1> -------------------------------- <1> Кусов Г.В. Судебная лингвистическая экспертиза "оскорбления": решение проблемы "неприличная
установлено, что 30 марта 2018 г. на официальном сайте информационного агентства «11§гаРЯО» размещена статья под названием «Доктор наук не захотел быть имуществом Югры! Сургутский университет покинули почти 50% профессоров». При этом из текста статьи следует, что ее автором является заслуженный деятель наук Российской Федерации, доктор физико- математических наук и доктор биологических наук, профессор ФИО2, написавший открытое письмо в редакцию «11§гаР1Ю» (т. 1, л. д. 9-12). Согласно заключению судебной лингвистической экспертизы, проведенной АЛО «Центр лингвистическихэкспертиз», в тексте статьи в форме утверждения о фактах содержатся негативные сведения об Университете и его ректоре ФИО1. (т. 1, л. д. 171-220). Удовлетворяя исковые требования в части, суд первой инстанции принял во внимание указанное заключение экспертизы и исходил из того, что часть сведений, содержащихся в статье «Доктор наук не захотел быть имуществом Югры! Сургутский университет покинули почти 50% профессоров», размещенной на официальном сайте информационного агентства «11§гаРЯО», не соответствует действительности и является порочащими честь, достоинство и
журнале учета посетителей мирового суда судебного участка <...>. Из материалов административного дела видно, что в материале имеются документы, свидетельствующие о проведении судебных заседаний 30 апреля и 7 мая 2008 года, в ходе которых ФИО2 и ФИО1 в полной мере реализовали свои права. Свидетельством проведения судебных заседаний и участия в них осужденных, является и протокол осмотра аудиозаписи ведения судебного процесса с участием ФИО1 и ФИО2 30 апреля и 7 мая 2008 года. Согласно заключению лингвистическойэкспертизы, в тексте заявления ФИО1, адресованного в <...> прокуратуру от 19 мая 2008 года, содержатся косвенные указания на то, что судья Р. совершила действия, противоречащие закону, смысл которых заставляют читателя сделать вывод о том, что судья Р. причастна к фальсификации имеющихся в деле ФИО1 документов, а анализ заключения автороведческой экспертизы позволил суду сделать вывод о том, что автором текста вышеуказанного заявления от имени ФИО1 является ФИО2. Никаких оснований для назначения повторной лингвистической экспертизы у суда не
сведения. Ответчик осуществлял взаимодействие по возврату просроченной задолженности заемщика с лицом, не являющимся должником (работником отдела кадров), без согласия потерпевшей (л.д. 4-8). Заявитель в судебном заседании поддержал заявленные требования и просил привлечь общество к административной ответственности (аудиозапись судебного заседания от 13.02.2020). Ответчик в отзыве на заявление требования не признал, указывая на отсутствие в его действиях состава выявленного административного правонарушения. По мнению общества, административным органом не доказан факт оказания психологического давления на ФИО1, психо- лингвистическая экспертиза текста отправленных смс-сообщений не проводилась. Смс-сообщения генерируются компьютером, присоединенным к сети Интернет, и с помощью специальных программных средств передаются в сеть мобильной связи. Однако такие программные средства не обладают номером телефона и вынужденно пользуются буквенными идентификаторами. Кроме того, рабочий номер телефона ФИО1 был предоставлен ею при заключении кредитного договора (л.д. 94-95). Ответчик, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, для участия в деле не явился (л.д. 103). К участию в деле в
образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о недоказанности распространения сведений, размещенных на сайте газеты в сети Интернет. Довод заявителя жалобы о том, что суд необоснованно не принял во внимание факт распространения сведений в сети интернет по адресу: http://www.listock.ru/46023, суд апелляционной инстанции считает несостоятельным, поскольку он не подтвержден надлежащими доказательствами. Для разрешения вопроса о том, носят ли оспариваемые истцом сведения порочащий характер, судом определением от 20.09.2016 судом по ходатайству истца была назначена лингвистическая экспертиза текста статьи, производство экспертизы поручено АНО «Лингвистический экспертно-консультационный центр» (ул. Пролетарская д.64 г. Барнаул), в лице экспертов: ФИО7, ФИО8, ФИО9 Перед экспертами были поставлены следующие вопросы: 1. Содержится ли в представленной статье информация о ФИО1? 2. Содержится ли негативная информация о ФИО1 в следующих высказываниях: «Александр Юлианович обратился к аймак-башчи алтайского народа Усть-Коксинского района ФИО10 за поддержкой. Она обратилась ко мне, потому что на предприятии происходит сегодня рейдерский захват ФИО12»; «Я слышал, что охотничьи
10.02.01 - русский язык), доцент кафедры русского языка и лингводидактики, заместитель декана филологического факультета ОмГПУ, стаж вузовской работы по специальности -14 лет, стаж экспертной деятельности - 10 лет, пройдена профессиональная переподготовка, имеет право на ведение профессиональной деятельности в сфере судебной лингвистической экспертизы (диплом о профессиональной переподготовке, выданный ФГБОУ ВПО «Алтайский государственный университет», программа «Судебная лингвистическая экспертиза: аналитико-экспертная деятельность филолога-практика», удостоверение о краткосрочном повышении квалификации в ФГБОУ ВПО ОмГУ им. Ф.М. Достоевского, программа «Судебная лингвистическая экспертиза текста : теория, методика, практика»). Специалисту ФИО8 были предоставлены для исследования: -копия договора№1-ИП об отчуждении исключительных прав от 31.01.2014 (Объект 1); -приложение 4 на 3-х листах к Протоколу осмотра доказательств нотариусом ФИО4 от 23.10.2015 г., со скриншотами страниц сайта www.veles-sib.ru (Объект 2); Перед специалистом было поставлено два вопроса: -могут ли текстовые фрагменты, отраженные в Объекте 1, быть отнесены к объектам авторских прав? -является ли текст, представленный в Объекте 2, переработкой текстовых материалов, представленных в
информации. Иск обоснован ссылками на статьи 151, 152 Гражданского кодекса Российской Федерации. Определением от 16.06.2016 суд по ходатайству истца, в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, привлек к участию в деле в качестве соответчиков - ФИО2, ФИО3, и учредителя средства массовой информации газеты «Листок», администратора домена www.listock.ru - ФИО4. ФИО2 в отзыве на исковое заявление требования истца не признал, указав на их необоснованность. Определением суда от 20.09.2016 по делу была назначена лингвистическая экспертиза текста оспариваемой производство которой было поручено Автономной некоммерческой организации «Лингвистический экспертно-консультационный центр», адрес: 656056, <...>, экспертам ФИО6, ФИО7 и ФИО8. Производство по делу приостанавливалось. В ходе судебного разбирательства (22.12.2016) истцом заявлено ходатайство об уточнении исковых требований: 1) о признании опубликованных 03.02.2016 в сети Интернет по адресу: http://www.listock.ru/46240, и в печатном СМИ газета «Листок» в № 5 (861) в статье под названием «Рейдерские захваты земли и кедра» не соответствующими действительности, порочащие деловую репутацию сведения об
которому присвоена квалификация судебный эксперт. Срок проведения экспертизы составляет 10 рабочих дней. Стоимость проведения экспертизы – 45 000 рублей. - автономная некоммерческая организация «Центр лингвистических экспертиз», эксперт ФИО3. В подтверждение квалификации эксперта представлены: диплом магистра от 30.06.2014, согласно которому присвоена квалификация магистр по направлению филология, удостоверение о повышении квалификации от 23.05.2014 по дополнительной профессиональной программе «Судебная лингвистическая экспертиза: аналитико-экспертная деятельность филолога-практика», удостоверение о повышении квалификации от 25.02.2014 по программе краткосрочного повышения квалификации «Судебная лингвистическая экспертиза текста : теория, методика, практика», удостоверение о повышении квалификации от 23.10.2017 по дополнительной профессиональной программе «лингвистические основы взаимодействия: методы исследования конфликтного текста и его экспертизы», удостоверение о повышении квалификации от 01.11.2018 по дополнительной профессиональной программе «Психолого-лингвистическая экспертиза креолизованного текста». Срок проведения экспертизы составляет 15 рабочих дней. Стоимость проведения экспертизы – 33 100 рублей. - автономная некоммерческая организация «Экспертно-правовой центр», эксперт ФИО4. В подтверждение квалификации эксперта представлены: диплом от 12.07.1995 согласно которому присвоена квалификация учителя
побуждения избирателей к голосованию против кандидата. Ссылки заявителя на то, что решение рабочей группы Избирательной комиссии Алтайского края по информационным спорам и иным вопросам информационного обеспечения выборов от 3 сентября 2018 года № 3 не мотивировано, принято неуполномоченным органом, не могут повлечь отмену или изменение обжалуемых судебных актов, поскольку в деле имеется достаточная совокупность иных доказательств виновности ФИО1 в совершении вмененного административного правонарушения. Указание в жалобе на то, что судьями не проведена судебная лингвистическая экспертиза текста на печатном материале, подлежит отклонению, так как согласно части 1 статьи 26.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы. В данном случае такой необходимости судьи не усмотрели. При производстве по настоящему делу существенных нарушений Кодекса Российской Федерации об
к семье , она лишь показала этим полную и обоснованную неприязнь и отвращение к , опровергается буквальным содержанием возражений на частную жалобу и заключением специалиста . предупрежденной об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Вопреки доводам жалобы, специалист ФГБОУ ВО «Югорский государственный университет» ., обладает необходимой квалификацией, имеет высшее профессиональное образование по специальности «Филология», степень кандидата филологических наук, прошла обучение в ФГБОУ ВО «Омский государственный университет им Ф.М.Достоевского» по программе повышения квалификации «Судебная лингвистическая экспертиза текста : теория, методика, практика», имеет стаж научной работы 14 лет, стаж экспертной работы 3 года 1 месяц. Суждения в жалобе о том, что изложенные фразы не являются оскорблением, были предметом проверки судей нижестоящих судебных инстанций, обоснованно и аргументированно отклонены по основаниям, исчерпывающе изложенным в судебных актах. Тот факт, что использованные ФИО1 фразы не содержат ненормативную лексику и выражают ее субъективное отношение к семье , не опровергает вывод судебных инстанций об использовании ФИО1 для
- сообщение, соответствующее особому интенциональному состоянию говорящего с тем же названием - «мнение» (задается невербализованной, т.е. предполагаемой установкой «Я думаю, считаю, полагаю, что...», в отличие от знания, соответствующего установке «Я знаю, уверен, не сомневаюсь, что...»). Знание есть утверждение истинности суждения. Утверждая нечто, говорящий одновременно выражает убеждение: «Я располагаю некоторыми сведениями и уверен в их истинности». Мнение, напротив, есть лишь вероятностная оценка суждения: «Я располагаю некоторыми сведениями и предполагаю их истинность» (См., например: ФИО5 Лингвистическая экспертиза текста : теория и практика: учеб. пособие. - М.: Флинта: Наука, 200; ФИО6 Что такое речевой акт? // Новое в зарубежной лингвистике: Вып. 17. Теория речевых актов: Сб. научн. трудов / Общ. ред. ФИО7. М., 1986. - С. 151-169; ФИО8 Многозначность в языке и способы ее представления. - М., 2006. - С. 190.; Судебные экспертизы в гражданском судопроизводстве: организация и практика / под ред. ФИО9. - М., 2011. - С. 131). Из представленной в
