РФ различает общие и специальные (более продолжительные) сроки давности привлечения к ответственности за административные правонарушения. Они обусловлены дифференцированным подходом к обеспечению неотвратимости ответственности, продиктованным существенными различиями тех или иных административных правонарушений. При этом закрепление более длительных сроков давности само по себе не нарушает требования определенности правового регулирования и не влечет за собой риска их произвольного истолкования и применения. Ответственность за совершение правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ, направлена на защиту отношений, регулируемых лицензионнымзаконодательством . Следовательно, если лицу вменяется в вину нарушение лицензионного законодательства, то это в системе действующего правового регулирования исключает возможность распространения на него специального (особого) срока давности, предусмотренного частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ за нарушение законодательства Российской Федерации о защите прав потребителей. Даже в случаях, когда оно действительно повлекло за собой ущемление прав потребителей. Вместе с тем превышение оператором почтовой связи сроков доставки и утрата почтовых отправлений, нарушивших права потребителей, не исключают возможность привлечения
на исход дела, и являются достаточным основанием для пересмотра оспариваемых судебных актов в кассационном порядке. При изучении доводов жалобы и принятых по делу судебных актов таких оснований для передачи указанной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не установлено. Как следует из судебных актов, рассматривая заявление административного органа, суды установили, что предприятию вменяется правонарушение, предусмотренное частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ, то есть правонарушение в сфере лицензионного законодательства , за совершение которого срок давности привлечения к административной ответственности согласно части 1 статьи 4.5 КоАП РФ составляет три месяца со дня совершения административного правонарушения. Поскольку правонарушение было совершено предприятием 08.05.2018, суды пришли к выводу об истечении указанного срока давности на момент рассмотрения в арбитражном суде настоящего заявления о привлечении предприятия к административной ответственности. На основании изложенного, суды отказали административному органу в удовлетворении заявления, поскольку привлечение предприятия к административной ответственности после истечения предусмотренного частью
в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации не установлено. Отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции исходил из того, что вменяемое обществу правонарушение является нарушением законодательства о лицензировании, срок давности привлечения к административной ответственности по которому составляет три месяца и истек на момент обращения административного органа в суд с заявлением о привлечении к административной ответственности. Административный орган в жалобе указывает, что вместо общего трехмесячного срока, предусмотренного для нарушений лицензионногозаконодательства , суд первой инстанции правомерно применили годичный срок, сославшись на допущенное нарушение в сфере страхового законодательства. Между тем, доводы жалобы противоречат правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.01.2019 № 3-П, в соответствии с которой не предполагается распространение специального срока давности на привлечение к административной ответственности за нарушение лицензионного законодательства. Существенных нарушений норм материального права, а также требований процессуального законодательства, повлиявших на исход судебного разбирательства, судами не допущено. На основании изложенного
РФ различает общие и специальные (более продолжительные) сроки давности привлечения к ответственности за административные правонарушения. Они обусловлены дифференцированным подходом к обеспечению неотвратимости ответственности, продиктованным существенными различиями тех или иных административных правонарушений. При этом закрепление более длительных сроков давности само по себе не нарушает требования определенности правового регулирования и не влечет за собой риска их произвольного истолкования и применения. Ответственность за совершение правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ, направлена на защиту отношений, регулируемых лицензионным законодательством . Следовательно, если лицу вменяется в вину нарушение лицензионного законодательства, то это в системе действующего правового регулирования исключает возможность распространения на него специального (особого) срока давности, предусмотренного частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ за нарушение законодательства Российской Федерации о защите прав потребителей. Даже в случаях, когда оно действительно повлекло за собой ущемление прав потребителей. Таким образом, при применении части 3 статьи 14.1 КоАП РФ должен соблюдаться общий (трехмесячный) срок давности привлечения к ответственности. Выявленный
административной ответственности по части 4 статьи 14.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – Кодекс) и постановление мирового судьи судебного участка № 1 Нефтекумского района Ставропольского края от 08.11.2019 по делу № 3-750-26-499/2019 о привлечении к административной ответственности по части 1 статьи 19.5 Кодекса по факту невыполнения предписания Федеральной службы по надзору в сфере природопользования от 20.05.2019 № 10-01/02-2019-П общество не обжаловало. Изложенное свидетельствует о неустранении обществом в течение длительного времени нарушений требований лицензионного законодательства в сфере обращения с отходами. При этом доказательств того, что полигон (или иной объект обезвреживания и (или) размещения отходов III - IV классов опасности, необходимый для выполнения работ по сбору, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов III - IV классов опасности) находится у общества на праве собственности или ином законном основании, в материалы дела не представлено. Суды не приняли во внимание зафиксированные в акте проверки от 28.02.2020 № 10-02/02-2020-А пояснения директора общества ФИО1 о том,
условий, предусмотренных лицензией. Определением Арбитражного суда Республики Хакасия от 06 апреля 2015 года производство по делу прекращено на основании пункта 1 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Не согласившись с данным судебным актом, Управление обратилось в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение суда первой инстанции отменить и отправить на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. В обоснование апелляционной жалобы Управление указывает, что предприниматель нарушил лицензионное законодательство и ответственность за указанное нарушение предусмотрена частью 3 статьи 14.1 КоАП РФ, следовательно, рассмотрение дела подведомственно арбитражному суду. Предприниматель, надлежащим образом уведомленный о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) (путем направления копии определения о принятии апелляционной жалобы к производству, а также путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы на официальном сайте Третьего арбитражного апелляционного
для рассмотрения данного дела. Конституционный суд Российской Федерации делает однозначный вывод о том, что лицо не может быть привлечено к административной ответственности за нарушение лицензионного законодательства в пределах годичного срока давности только по делам связанным с защитой прав потребителя. Также апеллянт указывает, что исчисление сроков давности привлечения к административной ответственности должно производиться с учетом непосредственного объекта посягательства, который определяется видом нарушенного законодательства. В решении суд первой инстанции делает правильный вывод об объекте нарушения - лицензионное законодательство в сфере страхования, но не применяет положения Постановления Конституционного суда Российской Федерации № 3-П о привлечении страховщика к административной ответственности в пределах годичного срока. ОАО САК «Энергогарант» возражает против удовлетворения апелляционной жалобы согласно отзыву. На основании части 1 статьи 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 02.03.2016 № 45-ФЗ), пункта 47 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18.04.2017 № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса
вынесения (подписания) резолютивной части Арбитражного суда города Москвы. Суд апелляционной инстанции отклоняет довод подателя апелляционной жалобы об истечении 3-х месячного срока привлечения общества к административной ответственности, поскольку в соответствии со ст.4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к ответственности за совершение правонарушения, связанного с нарушением страхового законодательства, составляет один год. В перечисленных в части 1 статьи 4.5 КоАП РФ областях законодательства, за нарушения требований которых установлены специальные сроки давности привлечения к административной ответственности, действительно отсутствует лицензионное законодательство как отдельная область законодательства. Тем не менее, данное обстоятельство не может умалять замысел законодателя относительно необходимости применения более длительных (специальных) сроков давности привлечения к административной ответственности за деяния, выразившиеся в нарушениях требований прямо поименованных в части 1 статьи 4.5 КоАП РФ областях законодательства, соблюдение которых может являться помимо прочего условием действия (выдачи) лицензии, т.е. лицензионным требованием. Согласно пункту 11 части 2 статьи 1 Закона о лицензировании, положения данного закона не распространяются на отношения, связанные
утверждено Положение о лицензировании медицинской деятельности (далее Положение), которое определяет порядок лицензирования медицинской деятельности, осуществляемой на территории РФ юридическими лицами и индивидуальными предпринимателями. Пунктом 4 Положения медицинская деятельность предусматривает выполнение работ (услуг) по оказанию доврачебной, амбулаторно-поликлинической, стационарной, высокотехнологичной, скорой и санаторно-курортной медицинской помощи. Данные требования закона детским садом № 94 «Золушка» <адрес> в лице его директора нарушены. Доводы прокурора о том, осуществление медицинской деятельности без специального разрешения подвергает опасности здоровье детей, и что, нарушая лицензионное законодательство , руководство МДОУ «Детский сад № 94 «Золушка» <адрес>» в не полной мере обеспечиваются права детей, суд находит обоснованными, а исковые требования прокурора подлежащими удовлетворению На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-197 ГПК РФ, Р е ш и л: Удовлетворить требования прокурора <адрес> ЧР в интересах неопределенного круга лиц о возложении обязанности на директора МДОУ «Детский сад «Золушка» <адрес>» получить лицензию на осуществление видов медицинской деятельности. Обязать директора МДОУ «Детский сад № 94 «Золушка» <адрес>»
№Л63-2018 от 06.07.2018. Данное обстоятельство послужило основанием для привлечения АО «Авиакомпания «Россия» к административной ответственности по части 1 статьи 19.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В силу требований статьи 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлены событие административного правонарушения, лицо, нарушившее лицензионное законодательство и не выполнившее законное предписание должностного лица, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения. Требования статьи 24.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при рассмотрении дела об административном правонарушении соблюдены, на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства совершения административного правонарушения, предусмотренные статьей 26.1 данного Кодекса. Доводы жалобы АО «Авиакомпания «Россия»
признано малозначительным, поскольку состав правонарушения, предусмотренного ст. 19.20 ч.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях, является формальным, законодатель не связывает наступление ответственности за указанное правонарушение с наступлением каких-либо вредных последствий. Кроме того, наличие отрицательного заключения отдела надзорной деятельности по Череповецкому району Главного управления МЧС России по Вологодской области и выявление 5 нарушений требований пожарной безопасности является обстоятельством отягчающих ответственность. Просят учесть, что до настоящего времени лицензия МБДОУ «Мусорский детский сад» не переоформлена и продолжает нарушаться лицензионное законодательство . Представитель Департамента образования Вологодской области ФИО2 (по доверенности) в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в жалобе, дополнительно пояснила, что нарушение, предусмотренное ст. 19.20 ч.3 Кодекса РФ об административных правонарушениях, само по себе в соответствии со ст. 18 Федерального закона РФ от 04 мая 2011 года № 99-ФЗ «О лицензировании отдельных видов деятельности» является грубым нарушением и не может быть признано малозначительным. По состоянию на 20 апреля 2014 года руководителем МБДОУ «Мусорский детский сад»
арендной платы за эксплуатацию части неделимой вещи. Признание сделок ничтожными прекратит нарушение прав АО «Пензтеплоснабжение» в силу исчезновения у Ответчика правовых оснований для взыскания с АО «Пензтеплоснабжение» излишних денежных средств. Следовательно, указанные сделки затрагивают права АО «Пензтеплоснабжение», в силу чего Истец вправе предъявлять требование об оспаривании сделок. 2.Сделки посягают на публичные интересы. Согласно указанных сделок произошла передача прав на опасный производственный объект III класса опасности физическому лицу, которое не вправе быть участником лицензионных правоотношений. Лицензионное законодательство имеет своей целью защиту прав, законных интересов, жизни или здоровья граждан, окружающей среды. Кроме того, лица, эксплуатирующие опасные производственные объекты, обязаны страховать свою ответственность в соответствии с Федеральным законом от 27 июля 2010 года №225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте». Передача опасных объектов лицу, не уполномоченному на их эксплуатацию затрагивает права и интересы неопределенного круга лиц, их безопасность при эксплуатации опасного производственного
