и качеств в случае вскрытия упаковки товара (биг-бэга), что привело к необеспечению надлежащего таможенного контроля и не позволило определить надлежащую таможенную стоимость ввезенного товара, а следовательно, и сумму таможенных платежей. Суд признал требования таможенного органа о необходимости досмотра и проведения мероприятий по взвешиванию и вскрытию товаров законными и обоснованными и пришел к выводу о законности решений об отказе в выпуске товаров, поскольку декларант не исполнил, являющиеся обязательными к исполнению, требования таможенного органа, проигнорировал меры таможенного контроля . Отменяя решение суда и признавая решения таможенного органа незаконными, суд апелляционной инстанции фактически согласился с возможностью выпуска товаров без таможенного досмотра. Суд, ссылаясь на заключение специалиста, констатировал невозможность вскрытия упаковки товара без нарушения его потребительских свойств и указал, что взвешивание товара и иные меры, связанные с таможенным досмотром товара, также не могли быть произведены. Так, суд исходил из недопущения причинения неправомерного вреда перевозчику, декларанту, лицам, осуществляющим деятельность в сфере таможенного дела, и
в сфере предпринимательской деятельности. По мнению административного истца, Методические рекомендации не соответствуют части 3 статьи 310, статьям 327, 328 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, пункту 2 части 3 статьи 109, части 3 статьи 214 Федерального закона от 3 августа 2018 г. № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации», так как не содержат различий между порядком производства досмотра и осмотра товаров, осуществляя одинаковое регулирование отношений между декларантом и таможенными органами при осуществлении названных мертаможенногоконтроля . ФТС России в суде первой инстанции административный иск не признала, ссылалась на то, что Методические рекомендации не обладают признаками, присущими нормативному правовому акту, не направлены на урегулирование общественных отношений либо на изменение или прекращение существующих правоотношений, в них отсутствуют правовые нормы, обязательные для неопределенного круга лиц, рассчитанные на неоднократное применение; по существу оспоренный акт не противоречит праву Евразийского экономического союза, прав, свобод и законных интересов административного истца не нарушает. Заинтересованное лицо Министерство
выдаче товаров и иные правила, регулирующие временное хранение товара, в том числе и при осуществлении таможенного контроля. Таким образом, в настоящем случае декларант, ссылаясь на неисполнимость требования таможенного органа, не учитывал заключение специалиста о возможности вскрытия упаковки (биг-бэга), не воспользовался правовыми механизмами, позволяющими ему переместить товар в место, подходящее по своим свойствам для осуществления таможенного досмотра. Действия декларанта привели к неисполнению им законных и обоснованных требований таможенного органа, то есть фактически к игнорированию мер таможенного контроля , следовательно, как верно указал суд первой инстанции, решения об отказе в выпуске товаров приняты законно и обоснованно. Между тем суды апелляционной и кассационной инстанций, ссылаясь на невозможность осуществления таможенного досмотра в отношении спорного товара, не учитывали указанные выше положения Таможенного кодекса, Закона № 289-ФЗ и Приказа № 444, что привело к необоснованному принятию судебных актов об удовлетворении требований общества. Принимая во внимание изложенное, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации находит, что состоявшиеся
рисками. Пунктом 2 статьи 9 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (приложение № 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза) (далее - Кодекс Союза, Кодекс) установлено, что товары, перемещаемые через таможенную границу Союза, подлежат таможенному контролю в соответствии с данным кодексом. Исходя из положений пунктов 1-4 статьи 310 Кодекса Союза таможенный контроль проводится таможенными органами в отношении объектов таможенного контроля с применением к ним определенных Кодексом форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенногоконтроля . Порядок проведения таможенного контроля с применением форм таможенного контроля и (или) мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, определяется Кодексом, а в части, не урегулированной им, или в предусмотренных им случаях - в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании. Технологии (инструкции) применения форм таможенного контроля и мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, устанавливаются в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании. При проведении таможенного контроля таможенные органы исходят из принципа выборочное™ объектов таможенного
в лице Федеральной таможенной службы убытки, причиненные незаконными действиями должностных лиц таможенных органов, в сумме 5169,54 руб. Решением Арбитражного суда Пермского края от 17 августа 2017 года по делу №А50-14467/2017, принятым судьей Мухитовой Е. М., в удовлетворении заявленных требований отказано. Не согласившись с решением суда первой инстанции, ООО «ФОС-Групп» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда, принять по делу новый судебный акт. В обоснование апелляционной жалобы общество указывает, что все меры таможенного контроля , проводимые таможенным постом и таможней, должны были быть завершены к 18 час. 00 мин. 03.04.2017, в это время должно быть принято решение о выпуске товара (об отказе в выпуске при наличии оснований); также до указанного времени могла быть назначена дополнительная проверка правильности классификации товаров по ТН ВЭД ЕАЭС, которая назначена лишь 04.04.2017, т.е. за пределами срока выпуска товаров. Считает, что действия таможни по продлению срока выпуска товаров 03.04.2017 на основании общей нормы
силу статьи 338 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля в зависимости от объектов таможенного контроля таможенные органы вправе в соответствии применять следующие меры, обеспечивающие проведение таможенного контроля: проводить устный опрос; запрашивать, требовать и получать документы и (или) сведения, необходимые для проведения таможенного контроля; назначать проведение таможенной экспертизы, отбирать пробы и (или) образцы товаров. Судом первой инстанции установлено и материалами дела подтверждается, что в рассматриваемом случае таможенным постом при проведении таможенного контроля товаров Общества меры таможенного контроля не применялись. С июня 2021 года при реализации положений Федерального закона № 522-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон от 19.07.J997 №» 109-ФЗ «О безопасном обращении с пестицидами и агрохимикатами» в части совершенствования государственного контроля (надзора) в области безопасного обращения с пестицидами и агрохимикатами», Распоряжения Правительства Российской Федерации от 19.06.2021 № 1667-р «Об утверждении перечня специализированных пунктов пропуска через Государственную гранит Российской Федерации, в которых осуществляется федеральный государственный контроль (надзор) в области безопасного
в штампе (приложение № 1 к Инструкции) времени окончания таможенного контроля («Отправление поезда разрешено») и проставления подписи и оттиска ЛНП. Поскольку груз не находился в месте убытия (месте пересечения таможенной границы - пункте пропуска), суды пришли к выводу о том, что у ОАО «РЖД» отсутствовали законные основания для отказа в приеме груза к перевозке без отметок таможенного органа на железнодорожной накладной, так как эти отметки не влияют на совершение грузовых операций и на меры таможенного контроля . Суд округа не усматривает оснований для несогласия с вышеуказанным выводом судов. В целом доводы, изложенные в кассационной жалобе, основаны на неверном понимании норм права при установленных судами обстоятельствах дела, сводятся к несогласию ее заявителя с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств и установление новых обстоятельств, отличных от установленных судом, в связи с чем не могут быть приняты во внимание, учитывая предусмотренные статьей 286 АПК РФ пределы компетенции суда кассационной
этом Общество ссылалось на то, что в рамках судебного разбирательства по делу А56-35037/2012 арбитражный суд указал на необоснованность классификации товаров в виде чернильных картриджей для струйных принтеров марки EPSON в товарной позиции 3215 ТН ВЭД России. Судебным актом по делу А56-35037/2012 не подтверждается идентичность товара, в отношении которого было принято решение о его классификации, и товара, ввезенного по декларациям, относящимся к настоящему делу. Однако, таможенный орган, получив соответствующие заявления Общества, был обязан предпринять меры таможенного контроля . Как уже указывалось выше одной из форм таможенного контроля является проверка документов и сведений (пункт 2 статьи 111 Таможенного кодекса). Таким образом, как верно указано судом первой инстанции, сославшись на судебные акты по вышеуказанному арбитражному делу, Общество дало таможенному органу возможность установить идентичность товаров оформленных по спорным декларациям, товарам, являвшимся предметом рассмотрения по делу А56-35037/2012, по таким индивидуальным признакам как наименование, описание, производитель, марка, артикул. Более того, Общество указало в своих заявлениях
Между тем, из положений ст.ст. 370-371 Таможенного Кодекса Таможенного Союза РФ, РБ и Казахстана, вступившего в силу для ФИО2 с 01 июля 2010 года, - следует, что вышеуказанные правовые нормы ТК РФ к настоящему делу не могут быть применены. Так, из материалов дела однозначно видно, что как транспортное средство (автомашина с полуприцепом), так и перевозимый груз (древесный угль) являются товарами, происходящими с территории Таможенного Союза РФ, РБ и Казахстана. Следовательно, в настоящий момент меры таможенного контроля к этим товарам (при перевозке в пределах Таможенного Союза - то есть, в частности, при выезде из РБ в РФ) применяться уже не могут. Вместе с тем, нельзя согласиться с выводом суда о том, что производство по делу подлежит прекращению на основании п. 5 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ (отмена закона, установившего административную ответственность), поскольку со вступлением в законную силу Таможенного Кодекса Таможенного Союза РФ, РБ и Казахстана действие ч.1 ст. 16.1
если будет установлено, что у данного лица имелась возможность для соблюдения норм и правил, за нарушение которых установлена административная ответственность, но данным лицом не были предприняты все зависящие от него меры по соблюдению упомянутых норм и правил. В настоящем случае ООО привлечено к ответственности за уклонение от уничтожения груза свежих груш, в отношении которого - как следует из представленной райсуду сотрудниками Предприятия копии письма от ДД.ММ.ГГГГ сотрудника Псковской таможни ФИО, - были приняты меры таможенного контроля . Из полученной ДД.ММ.ГГГГ судьей Дворянчиковым от ФИО в ходе телефонного разговора информации следует, что сотрудниками Псковской таможни в адрес работников ООО «Топтрансресурс» вплоть по сегодняшний день не выносилось какого-либо письменного документа, которым руководство Предприятия было бы поставлено в известность о том, что в отношении ранее изъятого таможенниками груза груш меры таможенного контроля были прекращены. Поэтому не опровергнуты доводы представителей Общества о том, что невыполнение постановления от ДД.ММ.ГГГГ Управления Роспотребнадзора по Псковской области
