отсутствует специальная норма о последствиях неисполнения страховщиком обязательства организовать и оплатить ремонт транспортного средства в натуре надлежащим образом, то в силу общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах потерпевший вправе в этом случае по своему усмотрению требовать возмещения необходимых на проведение такого ремонта расходов и других убытков на основании статьи 397 Гражданского кодекса Российской Федерации. Из установленных обстоятельств дела следует, что страховщиком нарушен предусмотренный Законом об ОСАГО срок выдачи направления на ремонт потерпевшему, вследствие чего ФИО1. был самостоятельно организован и оплачен ремонт его транспортного средства. Учитывая изложенное, вывод суда апелляционной инстанции о том, что допущенная ответчиком просрочка является незначительной и укладывается в установленный статьей 16 Закона об ОСАГО срок для разрешения вопроса в претензионном порядке, а также о наличии в действиях ФИО1. признаков злоупотребления правом ввиду его обращения в страховую компанию с претензией уже после получения направления на ремонт нельзя признать соответствующим закону. При таких обстоятельствах Судебная коллегия по
4 и 5 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.12.2001 № 65 «Обзор практики разрешения споров, связанных с прекращением обязательств зачетом встречных однородных требований», положения статей 410, 431 ГК РФ и указал на то, что для прекращения обязательства по оплате работ в порядке пункта 21.4 договора заказчик был обязан направить уведомление о зачете, то есть совершить сделку; заказчиком не исполнена предусмотренная данным пунктом обязанность о направлении подрядчику уведомления о зачете; надлежащих доказательств направленияпретензии не имеется; ввиду признания решением суда от 31.05.2015 подрядчика банкротом зачет запрещен законом и не возможен в силу статьи 411 ГК РФ. Суд округа согласился с выводами суда апелляционной инстанции. Между тем судами апелляционной и кассационной инстанций не учтено, что в данном случае направление Компанией в адрес подрядчика претензии об уплате неустойки, начисленной за нарушение конечного срока выполнения работ, является реализацией ее права на осуществление зачета взаимных денежных требований по договору с целью
"Талисман" или адресом филиала ОАО "Страховое общество "Талисман" истцом не представлено. Кроме того, в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ответчика указан юридический адрес ОАО "Страховое общество "Талисман" 420045, <...>, в исковом заявлении указан адрес филиала в Санкт-Петербурге – ул. Большая Разночинная, д.14/5, оф. 101. Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельство, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Таким образом, истец не доказал надлежащее направление претензии ответчику. Исходя из изложенного, требование о взыскании неустойки за период с 27.01.2011 по 17.05.2011 в размере 3 200 руб. 35 коп. не подлежит удовлетворению, как неподтвержденное доказательствами. Государственная пошлина относится на Ответчика соразмерно удовлетворенным требованиям согласно статье 110 АПК РФ. Руководствуясь статьями 167–170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд решил : Взыскать с открытого акционерного общества "Страховое общество "Талисман" в пользу открытого акционерного общества "Государственная страховая компания "Югория" 25 809 руб. 27
претензии подтверждена почтовой квитанцией и описью вложения от 02.10.2021. Таким образом, истцом приняты необходимые и достаточные меры по информированию ответчика о наличии спора и основаниях возникновения обязательства по уплате основной задолженности и неустойки, что свидетельствует об инициации им досудебного порядка урегулирования. Обстоятельства, препятствующие получению данной претензии, ответчиком не раскрыты ни при рассмотрении дела судом первой инстанции, ни при обращении с апелляционной жалобой. Указание в почтовой квитанции неверного адреса само по себе не опровергает надлежащее направление претензии , поскольку формирование почтовой квитанции, внесение сведений об адресате печатным способом отнесено к компетенции оператора почтовой связи и находится за пределами контроля истца, представившего иные доказательства (почтовую опись вложения, удостоверенную календарным штампом оператора почтовой связи) направления корреспонденции по верному адресу ответчика. При таких обстоятельствах довод ответчика о нарушении истцом досудебного порядка урегулирования спора опровергается материалами дела. Из разъяснений, данных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2015), утвержденном Президиумом Верховного
имеет существенное значение, так как ее наличие обосновывает правовой статус юридического лица, статус действующее или недействующее юридическое лицо, из которой определяется наименование ответчика, его местонахождение, лицо, имеющее право действовать от имени юридического лица, принять к производству в отсутствие такого документа с переводом на русский язык у суда нет оснований. В связи с отсутствием такой выписки невозможно установить надлежащее соблюдение истцом досудебного порядка урегулирования спора предусмотренного законом в данном случае, так как невозможно определить надлежащее направление претензии по соответствующему адресу-месту нахождения ответчика. Арбитражным судом Курской области также отмечено, что получить сведения из материалов дела, необходимые для принятия к производству иска, не представляется возможным, поскольку адрес места нахождения в представленных суду документах на самую позднюю дату не указан в отношении ответчика сторонами сделки (дополнительное соглашение от 22.04.2016, претензия от 08.06.2017). Довод апелляционной жалобы о том, что из приказа об утверждении порядка выдачи сведений из единого государственного реестра юридических лиц, физических лиц-предпринимателей
ж/д транспортом, либо дата подписания сторонами товарной накладной (ТОРГ-12) или товарно-транспортной накладной накладной/транспортной накладной - п. 2.8. договора. Поставка товара осуществлена 30.09.2013. При этом, в нарушении установленных сторонами сроков, претензия в адрес поставщика направлена покупателем 04.04.2014 г., т.е. по истечении 186 дней. Истцом представлена почтовая квитанция от 04.04.2014 г. о направлении претензии по адресу: <...> Павелецкая, 32. При этом, в реквизитах договора указан адрес местонахождения ООО «Мечел-Сервис»: 103104, <...>, т.е. истец не обеспечил надлежащее направление претензии в адрес ООО «Мечел-Сервис». Таким образом, покупателем нарушены условия договора, регламентирующие порядок приемки продукции, порядок уведомления поставщика о выявленном некачестве, порядок оформления выявленного некачества, сроки для претензионного порядка урегулирования возникших разногласий, в связи с чем, истец лишен права предъявлять соответствующие претензии поставщику. Учитывая, что требования истца необоснованны, документально не подтверждены, предъявленные исковые требования не подлежат удовлетворению. На основании ст.ст. 15, 309, 469, 513 ГК РФ, и руководствуясь ст.ст. 65, 106, 110, 167-170 АПК
сфере на безвозмездной основе. ФИО1 и ФИО2 в сентябре 2017 г. заключен договор на разработку дизайна интерьера. Как видно из договора, он является бланком для некого общества с ограниченной ответственностью (образец из сети «Интернет»), что подтверждает разовый характер договорных отношений в указанной сфере для ФИО2 в качестве физического лица. В договоре не отражены адреса сторон, в связи с чем, направление ФИО1 претензии по неподтвержденному адресу, где ФИО2 не проживает, не может рассматриваться как надлежащее направление претензии . В период действия договора, общение сторон договора производилось путем переписки в мессенджере WhatsApp и было прекращено 01.11.2017 г. В дальнейшем ФИО1 не высказывал каких-либо претензий ФИО2 и не направлял ей писем, в том числе в указанном мессенджере. Кроме претензии ФИО1 обязан приложить к иску доказательства, подтверждающие направление этой претензии ФИО2. Приложение только претензии не доказывает факт ее направления ФИО2. В судебном заседании представитель ответчика заявил о применении положения статьи 333 Гражданского кодекса
по обязательному страхованию вкладов, гарантируют тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов. Все служащие кредитной организации обязаны хранить тайну об операциях, о счетах и вкладах ее клиентов и корреспондентов, а также об иных сведениях, устанавливаемых кредитной организацией, если это не противоречит федеральному закону. Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, положения вышеуказанных норм права о необходимости соблюдения банковской тайны, суд приходит к выводу, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие надлежащее направление претензии истцом в адрес ответчика, которые позволили бы с достоверностью установить, что она направлена именно от истца. Кроме того, истцом не представлены доказательства отказа ответчика в предоставлении запрашиваемых истцом документов (которые при этом были получены истцом при заключении кредитного договора). Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, при предъявлении документов, удостоверяющих личность и полномочия представителя в подлиннике или надлежащим образом заверенной копии. Кроме того, истцом не представлены доказательства
по обязательному страхованию вкладов, гарантируют тайну об операциях, о счетах и вкладах своих клиентов и корреспондентов. Все служащие кредитной организации обязаны хранить тайну об операциях, о счетах и вкладах ее клиентов и корреспондентов, а также об иных сведениях, устанавливаемых кредитной организацией, если это не противоречит федеральному закону. Принимая во внимание установленные по делу обстоятельства, положения вышеуказанных норм права о необходимости соблюдения банковской тайны, суд приходит к выводу, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие надлежащее направление претензии истцом в адрес ответчика, которые позволили бы с достоверностью установить, что она направлена именно от истца. Кроме того, истцом не представлены доказательства отказа ответчика в предоставлении запрашиваемых истцом документов при соблюдении соответствующих требований, в том числе путем внесения платы за предоставление информации (500 руб. согласно тарифам) (которые при этом были получены истцом при заключении кредитного договора). Сведения, составляющие банковскую тайну, могут быть предоставлены только самим клиентам или их представителям, при предъявлении документов, удостоверяющих
Возвращая исковое заявление, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истцом не соблюден досудебный порядок урегулирования спора, поскольку требование о расторжении договора может быть заявлено в суд только после получения отказа другой стороны либо неполучения ответа в срок, установленный в предложении о расторжении договора. Указывая на наличие в материалах дела претензии, содержащей требование о расторжении договора, суд пришел к выводу о том, что реестр почтовой корреспонденции не может являться документом, подтверждающим надлежащее направление претензии , поскольку отправителем указано другое лицо. Данный вывод судебная коллегия считает ошибочным, не основанным на нормах действующего гражданского процессуального права. Как следует из текста искового заявления, к нему приложена копия претензии от ДД.ММ.ГГГГ с подтверждающим документом, свидетельствующим о направлении вышеуказанного документа на почтовый адрес ответчика. В силу статьи 148 Гражданского процессуального кодекса РФ уточнение фактических обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, представление необходимых доказательств относятся к задачам, разрешаемым при подготовке дела к
