коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации установила: ФИО1 обратилась в суд с названным иском к СПАО «Ингосстрах» и СПАО «РЕСО-Гарантия», указав, что в результате дорожно-транспортного происшествия принадлежащему ей автомобилю причинены повреждения. Гражданская ответственность лица, виновного в дорожно-транспортном происшествии, застрахована СПАО «РЕСО- Гарантия», СПАО «Ингосстрах» застраховало гражданскую ответственность истца по договору ОСАГО и принадлежащий ей автомобиль по договору КАСКО. Признав случай страховым, СПАО «Ингосстрах» осуществило возмещение в натуральной форме путем направления на ремонт, который был осуществлен ООО «Рольф». Полагая, что возмещению подлежит также и утрата автомобилем товарной стоимости, истец обратилась к СПАО «Ингосстрах» с соответствующей претензией, однако в выплате УТС ей было отказано, в связи с чем ФИО1 просила суд взыскать с любого из ответчиков в ее пользу компенсацию утраты товарной стоимости автомобиля в размере 324 100 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., штраф в размере 50% от присужденной судом суммы, расходы за проведение экспертизы в
прекращает соответствующее обязательство страховщика (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации). Заключение со страховщиком соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества является реализацией права потерпевшего на получение страхового возмещения, вследствие чего после исполнения страховщиком обязательства по страховой выплате в размере, согласованном сторонами, основания для взыскания каких-либо дополнительных убытков отсутствуют. Таким образом, по соглашению страховщика и потерпевшего приоритетная для Закона об ОСАГО натуральная форма возмещения может быть заменена на денежную. При этом каких-либо ограничений для реализации такого права потерпевшего при наличии согласия страховщика действующее законодательство не содержит. Согласно пункту 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка). В пункте 1 статьи 432 указанного кодекса установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по
восстановительному ремонту транспортного средства потерпевшего страховая организация вправе требовать возмещения ею убытков на основании статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 55). Указанное соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2022 № 39-КГ22-1-К1. Из материалов дела № А60-30549/2020, решение по которому в силу части 2 статьи 69 АПК РФ является преюдициальным для рассмотрения настоящего дела, следует, что истец просил осуществить страховое возмещение в форме ремонта транспортного средства (выбрал натуральное возмещение ), однако, ответчик отказал в страховом возмещении, соответственно, истец вправе требовать выплату страхового возмещения в размере, необходимом для устранения недостатков и завершения восстановительного ремонта, т.е. в пределах оплаты стоимости восстановительного ремонта автомобиля без учета износа комплектующих изделий, которую бы страховая компания произвела СТОА при надлежащем исполнении последних своих обязательств. Учитывая, что в рамках исполнения страховщиком обязательств по договору ОСАГО, как истец (цесионарий), так и потерпевший (цедент), как страхователь по договору ОСАГО, вправе рассчитывать на
причинения ущерба именно ответчиком. Согласно пункту 2.4 договора от 01.01.2018, если арендуемое помещение в результате действия арендатора или непринятия им необходимых и современных мер придет в аварийное состояние, то арендатор восстанавливает его своими силами, за свой счет. Таким образом, ответственность арендатора перед арендодателем определена в виде натурального возмещения ущерба, при доказанности аварийного состояния переданного помещения. Иного способа восстановления права, согласно указанного договора арендодателем не выбрано. Арендодатель в адрес арендатора не обращался с заявлением произвести натуральное возмещение причиненного помещению ущерба. Доказательств обратного в материалы дела не представлено. Апелляционная коллегия не усматривает оснований для иной оценки обстоятельств данного спора, установленных судом первой инстанции. Доводы, приведенные заявителем в апелляционной жалобе, не опровергают выводов суда первой инстанции, направлены на переоценку установленных судом фактических обстоятельств и выражают несогласие с произведенной оценкой доказательств, поэтому не могут служить основанием к отмене оспариваемого решения. Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд постановил: Решение
судов. Судами установлено, что совместный осмотр названного помещения сторонами произведен не был, кроме того, в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства, подтверждающие причинение ущерба помещению именно Обществом. Как правомерно указали суды первой и апелляционной инстанций, ответственность арендатора перед арендодателем в силу пункта 2.4 договора от 01.01.2018 определена в виде натурального возмещения ущерба, при доказанности аварийного состояния переданного помещения. Иного способа восстановления права согласно названному договору предпринимателем не выбрано. Арендодатель в адрес арендатора с заявлением произвести натуральное возмещение причиненного помещению ущерба не обращался. Таким образом, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды двух инстанций исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 АПК РФ). Суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательства, исследовав спорные правоотношения сторон, применив нормы действующего гражданского законодательства, сделали обоснованный вывод о том, что в данном случае основания для удовлетворения заявленных требований
определено законом в качестве доказательства, которое не имеет заранее установленной силы, не носит обязательного характера и в силу статьи 71 АПК РФ подлежит оценке судом наравне с другими представленными доказательствами. Само по себе несогласие ответчика с установленной стоимостью кег в отсутствие доказательств наличия возможности компенсировать утерю кег предоставлением других кег соответствующих технической спецификации заказчика по меньшей стоимости не может являться основанием для назначения по делу судебной экспертизы. Более того, по смыслу пункта 4.1.10 договора натуральное возмещение ущерба возможно предоставлением другой кеги согласно технической спецификации заказчика. Суд первой инстанции верно указал, что в рассматриваемом случае необходимо подтвердить возможность реальной поставки кег, соответствующих спецификации заказчика, в замен утраченных. Таким образом, в рассматриваемом случае суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении ходатайства о назначение судебной экспертизы. Суд первой инстанции справедливо не принял во внимание довод ответчика о возможном получении заказчиком неосновательного обогащения в виде налога на добавленную стоимость в силу следующего. Налог на
<...> на которую они 11.05.2010г. первоначально дали согласие, а затем 31.05.2010г. – отказались, требуя предоставить две однокомнатных квартиры. При указанных обстоятельтсвах на основании распоряжений Префекта ЮВАО г.Москвы от ________ ответчикам была предоставлена трехкомнатная квартира, общей площадью 75,3 кв.м., жилой – 42,9 кв.м, расположенная по адресу: г.Москва, _____________ Ответчики были уведомлены о сносе дома, в котором они проживают, что подтверждается заявлением ответчиков в ДЖП и ЖФ г.Москвы, где он от денежной компенсации отказался, просил предоставить натуральное возмещение в виде двух однокомнатных квартир л.д.13). Очевидно, что стоимость предоставляемой трехкомнатная квартира, общей площадью 75,3 кв.м., жилой – 42,9 кв.м, расположенная по адресу: г.Москва, _____________, расположенной в доме новостройке существенно выше нежели стоимость изымаемой трехкомнатной квартиры № ___, общей площадью 55,8 кв.м., жилой – 39,9 кв.м., расположенной по адресу: г.Москва, _______ Таким образом, ответчикам, которые отказались от денежной компенсации изымаемого помещения представлено натуральное возмещение в виде квартиры, стоимость которой существенно выше, нежели стоимость изымаемого
(Цессионарий) заключен договор уступки прав (цессия) N, согласно которому Полоцкий А.А, передал ООО «ЛУКРУМ» право (требования) возмещения вреда в части стоимости услуг независимого эксперта, расходов по оформлению ДТП, почтовых и иных расходов, расходов, связанных с дефектовкой, эвакуацией автомобиля, страхового возмещения вреда, причиненного имуществу, величины УТС, компенсационных выплат, за повреждения указанного автомобиля. Истец считает, что обязанность произвести ремонт может быть исполнена только в пользу лица, являющегося потерпевшим в ДТП, то есть собственника поврежденного имущества, следовательно, натуральное возмещение убытков по ОСАГО предназначено лично для кредитора-гражданина и неразрывно с ним связано. Цессионарий не приобретает права и обязанности потерпевшего – собственника автомобиля в части права принять и передать на СТОА не принадлежащее цессионарию имущество, оценить качество ремонта, достаточность произведенных ремонтных действий, в том числе и при дальнейшей эксплуатации течение гарантированного срока 6-12 месяцев, такие права и обязанности сохраняются за собственником – первоначальным потерпевшим. В случае проведения ремонта, он будет осуществлен в пользу собственника транспортного
согласования с СК. 28.11.19 получил письмо, в котором СК настаивала на ремонте, от которого истец не отказывался в принципе, истец еще раз предоставил автомобиль в ремонт, но автомобиль истца опять не взяли, предоставили вчерашний отказ от ремонта от 27.12.2019 года ООО «Зетта Страхование» задним числом прислали истцу акт о невозможности осуществления ремонта СТОА ООО «Дон-Пейт-Сервис» и снова попросили реквизиты для перечисления страхового возмещения, с чем истец не согласен, поскольку намерен реализовать свое право на натуральное возмещение ущерба. Кроме того,истец не верит ООО «Зетта Страхование» в том, что она предприняли все необходимые действия для покупки запчастей, об отсутствии которых сообщается в письме от 31.12.2019 года, поскольку в любом автомобильном магазине запчасти на автомобиль имеются. 14.02.2020г. истец в электронной претензии сообщил ответчику, что готов отремонтироваться на СТОА ООО «Дон-Пейнт-Сервис» и за пределами 30-ти рабочих дней. Просил ООО «Зетта Страхование» в случае невозможности ремонта на СТОА ООО «Дон-Пейнт-Сервис» выдать направление на иную СТОА.
взыскании судебных расходов, понесенных в связи оплатой услуг эксперта, отказано. Взыскана с АО «Альфа Страхование» государственная пошлина в доход бюджета МО ГО «...» в сумме 600 (шестьсот) рублей. Заслушав доклад судьи Пунегова П.Ф., судебная коллегия УСТАНОВИЛА: ФИО2 обратилась в суд с иском (с последующим уточнением) об обязании АО «Альфа Страхование» в течение 5 дней выдать надлежащее направление на ремонт автомобиля, обязании ответчика в течение 30 дней после предоставления автомобиля на ремонт в СТОА осуществить натуральное возмещение по ремонту автомобиля в пределах лимита ответственности, без учета износа автомобиля, с использованием только новых запасных частей, взыскании убытков на оплату услуг независимого эксперта в сумме 10000 руб., компенсации морального вреда в сумме 10 000 руб., взыскании судебных расходов по составлению досудебной претензии в сумме 3000 руб. и по оплате услуг представителя - 13 000 руб. Представитель истца в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал. Пояснил, что выданное страховщиком 17.10.2018 направление на ремонт
