исходя из необходимости наличия у должностных лиц таможенных органов специальных познаний о таких товарах, как культурные ценности, изделия из драгоценных металлов и драгоценных камней, вооружение, военная техника и боеприпасы, радиоактивные и делящиеся материалы и другие специфические товары, либо исходя из необходимости создания условий для ускоренного выпуска таких товаров, как экспресс-грузы, выставочные образцы, товары, ввозимые в особую экономическую зону и вывозимые из особой экономической зоны, иных товаров. Ссылка заявителя на то, что оформление автомобилей не требует специальных познаний и автомобили не относятся к категориям товаров, перечисленных в статье 205 Федерального закона от 27.11.2010 N 311-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации", является необоснованной, поскольку перечень товаров, в отношении которых должностные лица должны обладать специальными познаниями, установленный в части 2 статьи 205 Федерального закона от 27.11.2010 N 311-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации", не является исчерпывающим. Следовательно, суд не может согласиться с доводами заявителя о несоответствии оспариваемого приказа статье 205 Федерального
практическими познаниями по существу разрешаемого Судом по интеллектуальным правам спора, является институт -н-а-п-р-а-в-л-е-н-и-я- запроса, направляемого как в первой, так и в кассационной инстанции, который себя уже зарекомендовал на практике. Требуется закрепить, что запросы о даче разъяснений, консультаций и об изложении профессиональных мнений по рассматриваемым специализированным арбитражным судом делам обязательны для всех органов, организаций и лиц, которым они адресованы. Судом по интеллектуальным правам при рассмотрении им дела в качестве суда первой инстанции перед учеными, специалистами и иными лицами, обладающими теоретическими и практическими познаниями, могут быть поставлены любые вопросы, в том числе требующие специальных знаний в области науки и техники, круг и содержание которых определяются судом. 47.1.7. Привлечение специалиста Суд по интеллектуальным правам вправе привлекать специалистов - лиц, обладающих теоретическими и практическими познаниями по существу разрешаемого арбитражным судом спора, в целях получения разъяснений, консультаций и выяснения их профессионального мнения. Специалист, в отличие от эксперта, не исследует какие-либо документы или материалы, не готовит
жалобе ФИО1 настаивает на том, что имеющиеся помарки в подписных листах относятся к особенностям почерка избирателей и лиц, осуществляющих подписи, они не препятствуют однозначному восприятию сведений. Судебная коллегия, проверяя доводы апелляционной жалобы, соглашается с суждениями суда первой инстанции о том, что подписные листы, на которые суд ссылается в своем решении в подтверждение нарушений требований, предъявляемых законодателем к сбору подписей, содержат никем не оговоренные исправления, которые носят очевидный характер, для их выявления и квалификации не требуется специальных познаний в области графологии, и привлечение специалиста не являлось обязательным. Исходя из изложенного, принимая во внимание, что доводов, влекущих безусловную отмену решения суда первой инстанции или его изменение, в апелляционной жалобе не приводится, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 307, 308, 309, 310 и 311 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, определила: решение Московского городского суда от 31 июля 2019 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.
стоимость нежилого здания по состоянию на 1 января 2014 г. определена в размере его рыночной стоимости, равном 430 025 423,73 руб. Изменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции сослался на наличие противоречий в заключениях эксперта при определении окончательной рыночной стоимости объекта недвижимости, совпадение рыночной стоимости нежилого здания, определенной по результатам дополнительной судебной экспертизы, с его рыночной стоимостью, первоначально определенной экспертом с учетом налога на добавленную стоимость, указал, что для расчета итоговой суммы не требуется специальных познаний и установил кадастровую стоимость нежилого здания в размере его рыночной стоимости - 430 025 423,73 руб., которая была определена в расчете административного истца как разница между суммой 507 430 000 руб. и размером налога на добавленную стоимость. Определением судьи Московского городского суда от 16 мая 2019 г. Правительству Москвы и Департаменту городского имущества города Москвы отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции. В кассационной жалобе Правительство Москвы
применения арбитражными судами законодательства об экспертизе». Суд кассационной инстанции отметил, что при новом рассмотрении дела суду первой инстанции необходимо исследовать доводы департамента, которые оставлены без внимания судами первой и апелляционной инстанции; принять во внимание что эксперт пришел к выводу, что отсутствует факт загрязнения и негативного изменения состава почвы, не проводя отборов проб и каких-либо опытно-лабораторных измерений (исследований); учесть, что вопросы относительно причинно-следственной связи между действиями общества и причинением вреда носят исключительно правовой характер, не требуют специальных познаний , выяснение указанных вопросов находится в компетенции суда. Принимая во внимание, что судами не принят окончательный судебный акт и дело подлежит рассмотрению в суде первой инстанции, заявитель при новом рассмотрении дела в соответствии со статьей 41 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе приводить свои доводы по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам и представлять соответствующие доказательства. Изучив доводы жалобы и содержание судебных актов, судья не усматривает противоречия обжалуемого постановления статьям 286 -
для привлечения ФГУП «ГВСУ по спецобъектам» к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания неустойки в размере 18 074 707 руб. 69 коп., расчет которой признали верным. Отклоняя ходатайство ответчика о проведении судебной строительно- технической экспертизы суды исходили из того, что вопросы относительно объемов и качества выполненных работ не входят в круг обстоятельств, подлежащих исследованию в рамках заявленного предмета спора, при этом факт выполнения работ в установленные сроки подлежит доказыванию путем предоставления сторонами доказательств и не требует специальных познаний . Возвращая встречное исковое заявление, суды руководствовались статьями 129, 132 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пришли к выводу о том, что их совместное рассмотрение не направлено на обеспечение более быстрого рассмотрения дела, что не препятствует обращению предприятия в суд с самостоятельным иском. Суд округа поддержал выводы судов первой и апелляционной инстанций. Неправильного применения судами норм права, влекущих отмену обжалуемых судебных актов, не усматривается. Доводы заявителя, связанные с фактическим обстоятельствами спора, касаются доказательной
по результатам изучения судебных актов, принятых по делу о банкротстве, и доводов кассационной жалобы не установлено. Удовлетворяя требования ФНС России в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовались статьями 20.3, 20.4, 20.7, 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исходили из необоснованности привлечения конкурсным управляющим специалистов для оказания услуг и исполнения обязанностей, поскольку для этого не требовалось специальных познаний , а также функции привлеченных специалистов дублировали обязанности имевшихся в штате должника работников либо могли быть выполнены арбитражным управляющим самостоятельно. С этим согласился окружной суд. Изложенные в кассационной жалобе возражения не свидетельствуют о наличии существенных нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить достаточными основаниями для отмены обжалуемых судебных актов. Руководствуясь статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья о п р е д е л и л :
спорные товары были изготовлены правообладателем или с его согласия, являются оригинальными. Поскольку они маркированы обозначением, сходным до степени смешения с товарным знаком, принадлежащим компании, они являются контрафактными на основании статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ, Кодекс), в связи с чем подлежат изъятию по решению суда и уничтожению без какой-либо компенсации. При этом компания отмечает, что вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и для его разрешения не требуется специальных познаний . Для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорных обозначений на товарах. Компания также не согласна с выводами судом об отсутствии однородности товаров «обувь», в отношении которых зарегистрирован спорный товарный знак, и ввезенных обществом «Ново Марин» товаров «заготовки верха обуви», поскольку последние предназначены для изготовления обуви и не могут использоваться сами по себе. Таможней представлен отзыв на кассационную жалобу компании, в которой она просит ее удовлетворить. Лица,
в расследовании происшествия руководитель общества не явился. Ответчик не оспаривал техническое заключение от 01.12.2013. Вывод суда о том, что заключение Управления государственного железнодорожного надзора Федеральной службы по надзору в сфере транспорта о причинах аварии основано лишь на данных визуального осмотра, не обоснован. В указанном заключении уполномоченный орган в рамках своей компетенции установил, что причиной аварии явилось падение на контактную сеть листа металлопрофиля, сорванного ветром с крыши принадлежащего ответчику здания. Для установления данного обстоятельства не требуется специальных познаний и достаточно визуального осмотра места происшествия. Уполномоченный орган не сделал выводов о неправомерности технического заключения истца. Суд не принял во внимание представленные истцом доказательства того, что листы металлопрофиля, подобные ставшему причиной аварии, имеются только на принадлежащих ответчику зданиях. Суд неверно истолковал письмо Туапсинской межрайонной прокуратуры от 07.02.2015, сделав на его основе вывод, что на пляже села Шепси имеются и иные строения, принадлежащие третьему лицу. Суд не принял во внимание выводы Сочинской транспортной прокуратуры
оставлено без изменения, а производство по апелляционной жалобе на определение от 09.12.2011 в части назначения экспертизы прекращено. В кассационной жалобе Департамент финансов администрации Волгограда просит отменить названные определение и постановление судов и направить вопрос на новое рассмотрение в Арбитражный суд Волгоградской области, считая, что судами нарушены нормы процессуального права. По мнению заявителя жалобы, назначение в данном случае экспертизы не соответствует части 1 статьи 82 Кодекса, так как для ответов на вопросы, предложенные истцом, не требуется специальных познаний экспертов. Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили. Законность обжалуемых судебных актов проверена Федеральным арбитражным судом Поволжского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Кодекса. В соответствии с частью 2 статьи 64 Кодекса заключение эксперта является одним из доказательств по делу, которое оценивается судом в порядке, предусмотренном в статье 71 Кодекса, в совокупности с иными
не признается спецсигналом. Ни одним из представленных в обоснование виновности ФИО5 документом не подтверждается тот факт, что изъятый у ФИО5 механизм является запрещенным к эксплуатации специальным звуковым сигналом, соответствующий требованиям п.п.3,6.1.2,6.3.1,6.3.2,6.3.3 ГОСТ Р 50574-2002. В судебном заседании было заявлено ходатайство о допросе эксперта, явка которого была обеспечена, однако в удовлетворении ходатайства было безосновательно мировым судьей отказано. Также было заявлено ходатайство о назначении судебной технической экспертизы, однако в проведении судебной технической экспертизы отказано, поскольку не требуется специальных познаний », что противоречит вышеизложенному. Ссылаясь на положения абз.2 п.8 Требований к транспортным средствам оперативных служб, используемым для осуществления неотложных действий по защите жизни и здоровья граждан (утв. Постановлением Правительства РФ от 30.08.2007 N 548 с последующими изменениями и дополнениями в ред. от (ред. от 22.12.2012), а также положений ГОСТ Р 50574-2002, полагает, что ни одно устройство не может быть признано специальным звуковым сигналом, если его звучание не соответствует установленному спектральному составу. Установление принадлежности
истцом в суд направлено ходатайство о назначении товароведческой экспертизы товара с указанием экспертного учреждения, эксперта и подтверждением квалификации эксперта. В указанном ходатайстве истец просил установить: соответствует ли пылесос заявленным продавцом техническим требованиям и функциональным возможностям, указанным в техническом паспорте и руководстве по эксплуатации, соответствует ли пылесос стандартам, правилам и другим нормам, предъявляемым к бытовым пылесосам. Определением от 27.11.2012г. Чайковский городской суд Пермского края отказал в удовлетворении ходатайства, полагая, что для разрешения поставленных вопросов не требуется специальных познаний . Считает, что для установления наличия заявленных недостатков в товаре необходимо проведение судебной товароведческой экспертизы. В связи с отказом об удовлетворении ходатайства о назначении судебной товароведческой экспертизы товара истец был лишен права по предоставлению доказательств в подтверждение доводов, на которые ссылается в исковом заявлении. Проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы (ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия находит решение подлежащим оставлению без изменения. По делу установлено, что 16.06.2012
с учетом износа - 75370,41 руб. По результатам проведенной по делу судебной экспертизы установлено, что в указанной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля Фольксваген Пассат должен был руководствоваться в своих действиях требованиями пункта 10.1 (ч.2) Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД). При принятых исходных данных он не имел технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие, и в его действиях несоответствий требованиям пункта 10.1 (ч.2) ПДД не усматривается. Для оценки действий гр. ФИО2, совершавшего выгул домашних животных, не требуется специальных познаний в области автомобильной техники. Разрешая спор, суд первой инстанции, с выводами которого согласился суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные доказательства, исходил из того, что в возникшей дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля ФИО1 должен был руководствоваться пунктом 10.1 ПДД и двигаться с такой скоростью движения, с которой он смог бы при возникновении опасности, с учетом отсутствия в пересекаемом им месте населенного пункта пешеходного перехода и разрешающего правила, предусмотренного абз. 3 пунктом 4.3 ПДД, пешеходам
