Ничтожная сделка фальсифицированная доверенность - гражданское законодательство и судебные прецеденты

города Москвы от 22.10.2019 по делу № А40-123164/18-127-826 с ООО «Транс-Снаб» в пользу ООО «ТехЦентр» взыскана задолженность по договору субаренды транспортных средств и специализированной техникой без экипажа от 01.01.2016 в размере 78000000 руб. 00 коп. В рамках настоящего дела ООО «Транс-Снаб» просит признать доверенность от 25.12.2015, выданную на имя ФИО1 неустановленным лицом, ничтожной, применить последствия ничтожной сделки в виде признания договора субаренды транспортного средства и специальной техники без экипажа от 01.01.2016 между ООО «ТехЦентр» и ООО «Транс-Снаб» незаключенным. В обоснование иска истец ссылается на то, что доверенностъ от 25.12.2015 является фальсифицированным доказательством. Такая доверенность истцом ФИО1 не выдавалась. Договор от 01.01.2016 субаренды транспортных средств и специальной техники без экипажа ООО «Транс-Снаб» с ООО «ТехЦентр» не заключался. Предложений о заключении такого договора от ООО «ТехЦентр» в адрес ООО «Транс-Снаб» не поступало, техника в распоряжение истца не передавалась. Кроме того, истец ссылается на акт Бюро независимой экспертизы «Версия» от 19.08.2019 №

«Автоколонна 1241», составляющую 100% от уставного капитала Общества - применить последствия недействительности ничтожной сделки – обязать ФИО1 вернуть ООО "Автобусы и специальная техника плюс" долю в уставном капитале ООО «Автоколонна 1241», составляющую 100% от уставного капитала Общества. Уточнение иска принято судом. Определением арбитражного суда от 10.06.2008 к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований о предмете спора привлечено ООО «Автоколонна 1241». В материалы дела 18.11.2008 поступило ходатайство ООО «АСТ+» об истребовании в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации из Федерального суда Центрального района г.Кемерово копии договора купли-продажи доли в уставном капитале от 22.11.2007. В настоящем судебном заседании представитель ООО «АСТ+» заявил отказ от вышеуказанного ходатайства об истребовании доказательств. Отказ принят судом. Также в судебном заседании поступило ходатайство ООО «АСТ+», подписанное генеральным директором ФИО5, о признании фальсифицированной представленную в качестве доказательства по делу доверенность от 22.11.2007, в соответствии с которой ФИО6 имел право представлять интересы ООО

года и изменение №3 от 16.01.2009г. к договору залога имущества № RBA/3912/1-CHL-3 от 23.10.2007г. подписаны со стороны договора – ООО «Стройиндустрия-Бетон» неуполномоченным лицом, они, по мнению ответчика, являются незаключенными (Т.2., л.д. 42). Ответчик – ООО «Стройиндустрия-Бетон» в представленном суду отзыве и в судебном заседании считает оспариваемые истцом сделки ничтожными ввиду отсутствия воли Общества в лице генерального директора на подписание оспариваемых договора поручительства от 17.12.2008г. и изменений №3 от 16.01.2009г. к договору залога имущества, так как указанные сделки имеют поддельные подписи руководителя предприятия – генерального директора ФИО6, а представленный в материалы дела протокол общего собрания участников ООО «Стройиндустрия-Бетон» от 17.12.2008г. является фальсифицированным , так как подписан не генеральным директором ФИО6, а другим неизвестным лицом и, кроме того, 17.12.2008г. Общество не созывало общее собрание участников и общее собрание на указанную дату не проводило (Т.2., л.д. 43-44). Как следует из материалов дела, между ООО «Стройиндустрия-Бетон» (поручитель) и ЗАО «Райффайзенбанк» 17.12.2008г. подписан договор

и ФИО6, привести стороны по сделке купли-продажи доли ФИО3 в обществе с ограниченной ответственностью «Доктор Пинчер» в первоначальное положение, применить положения о последствиях недействительности ничтожной сделки. В обоснование иска указано, что ФИО11 унаследовал 51% доли в уставном капитале ООО «Доктор Пинчер» (свидетельство о праве на наследство от 18.05.2012 года). В соответствии с завещанием ФИО17 на ФИО11 возлагается обязанность после завершения судебного процесса, связанного с возвращением ООО «Доктор Пинчер» здания (нежилого помещения) по адресу: <...>, произвести ликвидацию организации по решению участников, после завершения ликвидации ООО «Доктор Пинчер» продать причитающееся ему как участнику ООО «Доктор Пинчер» имущество, и вырученные средства (за вычетом понесенных им по исполнению завещательного отказа расходов) перечислить дочери наследодателя ФИО1 на счет, открытый в Сбербанке России. В этой связи, истец полагает, что оспариваемые фальсифицированные договоры затрагивают права ФИО1 на получение ею имущества по завещательному отказу. Решением от 21 августа 2013 года по делу №А40-53428/2013 Арбитражный суд г. Москвы

посчитали, что договоры ипотеки являются оспоримыми сделками, в то время как они в силу статьи 168 и пункта 3 статьи 182 Гражданского кодекса Российской Федерации являются ничтожными, поскольку заключены представителем, действовавшим в своих интересах. Исходя из указанных обстоятельств, суды неправильно применили пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации. Заявители утверждают, что акционеры общества не принимали участия в общих собраниях, на которых были одобрены крупные сделки, они ссылаются на заключения эксперта от 21.06.2010 № 1458 и 1574, в которых содержится вывод о подписании протоколов общих собраний не акционерами (ФИО3 и ФИО5), а иными лицами. Заявители считают, что доверенность, подписанная от имени ЗАО «Веста» директором ФИО6 не имеет юридической силы, так как указанное лицо никогда не избиралось на эту должность, а протокол об избрании фальсифицирован . Данное обстоятельство, по мнению истцов, подтверждается дополнительным заключением эксперта. Кроме того, заявители считают, что суд необоснованно посчитал, что ЗАО «ВЕСТА» узнало о совершаемых сделках в

этого является ничтожным. ФИО4 совершил сделку на основании свидетельства о праве собственности, фактически являющимся недействительным. Это свидетельство было выдано ФИО4 в результате заключения сделки, являющейся ничтожной. На момент заключения второго договора право ФИО4 на распоряжение спорной квартирой было удостоверено свидетельством о праве собственности. Действительность этого свидетельства на момент заключения им сделки с ФИО5 никем не оспаривалась. Свидетельство было выдано в установленном законом порядке уполномоченным на то государственным органом после производства правовой экспертизы документов, сданных на регистрацию права собственности. В случае проверки покупателем ФИО5 правоустанавливающих документов, имевшихся у ФИО4 на день заключения договора, она не могла усомниться в праве ФИО4 на спорную квартиру. Нет оснований считать, что ФИО5 при заключении второго договора по приобретению спорного жилья действовала недобросовестно. При оформлении второго договора был также использован фальсифицированный документ. В регистрирующий орган вновь была представлена поддельная справка УЖКХ по Верх-Исетскому району г. Екатеринбурга № 85052 от 29.08.2007, согласно которой в спорной квартире «никто