номер кв. 54, на условиях солидарной ответственности. Созаемщиками банку представлено нотариальноесогласие ФИО4, выданное ее супругу ФИО3, на приобретение в собственность по договору уступки права требования по договору участия в долевом строительстве от 31.07.2017 № 2382-IV-5-54 объекта долевого строительства – двухкомнатной квартиры, а также на передачу ее в залог ПАО Сбербанк. Договор уступки права требования по договору участия в долевом строительстве от 31.07.2017 № 2382-IV-5-54 заключен 10.08.2017 между ООО «СнабБетон» (участник долевого строительства) и ФИО3 (правопреемник). В пункте 2.2 договора сторонами отражено, что имущественные права (требования), принадлежащие правопреемнику по договору участия в долевом строительстве от 31.07.2017 № 2382-IV-5-54 на объект долевого строительства, считаются находящимися в залоге у ПАО Сбербанка с момента государственной регистрации договора. Государственная регистрация договора уступки права требования от 10.08.2017 и ипотеки в силу закона осуществлена 23.08.2017. При этом, на момент заключения кредитного договора от 22.08.2017 <***> созаемщики не являлись супругами, но, несмотря на это, предоставили банку сведения
инвестирования строительства объекта недвижимости – квартиры, на условиях солидарной ответственности. Созаемщики представили банку нотариальноесогласие должника, выданное ее супругу ФИО3, на приобретение в собственность по договору уступки права требования по договору участия в долевом строительстве от 31.07.2017 № 2382-IV-5-54 объекта долевого строительства (квартиры), а также на передачу ее в залог банку. Договор уступки права требования по договору участия в долевом строительстве от 31.07.2017 № 2382-IV-5-54 заключен 10.08.2017 ООО «СнабБетон» (участник долевого строительства) и ФИО3 (правопреемник). В пункте 2.2 договора стороны указали, что имущественные права (требования), принадлежащие правопреемнику по договору участия в долевом строительстве от 31.07.2017 № 2382-IV-5-54 на объект долевого строительства, считаются находящимися в залоге у банка с момента государственной регистрации договора. Государственная регистрация договора уступки права требования от 10.08.2017 и ипотеки в силу закона осуществлена 23.08.2017. На момент заключения кредитного договора от 22.08.2017 <***> созаемщики не являлись супругами, но, несмотря на это, предоставили банку сведения о том, что
от 16.03.2012. Как следует из материалов дела, представленных документов банком из кредитного досье на момент заключения кредитного договора <***> от 15.03.2012 заемщиками (ФИО2, ФИО1) представлены следующие документы: заявление – анкета для получения «Жилищного кредита» от 28.12.2011, из которого следует, что в графе «семейное положение» заемщиками отмечено «находится в браке», анкеты подписаны собственноручно ФИО2, ФИО1; копии паспортов созаемщиков (в которых отсутствуют отметки о расторжении брака); копия свидетельства о заключении брака от 14.11.1992, нотариальноесогласие ФИО2 от 24.02.2012 на покупку супругой ФИО1 земельного участка, жилого дома, а также на заключение договора залога. Также согласно нотариальному согласию ФИО2 сообщил, что брачный договор между ним и ФИО1 не заключен и установленный законом режим совместной собственности всего имущества не изменен. При этом, в документах, составленных при оформлении кредитных отношений, залога, договора купли-продажи, указан один адрес регистрации и фактического проживания должника и ФИО1 Должник, ФИО1 в своих апелляционных жалобах указали, что в браке не состоят, что
закона от 02.07.2010 № 151-ФЗ «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях», законодательные ограничения по размеру процентной ставки в отношении коммерческих займов, выдаваемых микрофинансовыми организациями, отсутствуют. Исходя из пункта 1.1 заключенного сторонами договора сумма займа предоставляется на коммерческие цели, а именно на пополнение оборотных средств общества «Регион-М», в связи с чем ограничения по размеру процентной ставки, установленные для потребительских займов, в рассматриваемом случае применению не подлежат. Аргументы ФИО1 об отсутствии нотариальногосогласия ФИО4 на заключение дополнительных соглашений к договору денежного займа супругом ФИО3 не влекут ничтожность названного договора, поскольку сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки (абзац 2 пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации). Таким образом,
на основании решения мирового судьи судебного участка № 1 в Коминтерновском судебном районе Воронежской области от 12 октября 2016 г. (л.д. 17). ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 оформлено нотариальноесогласие на покупку супругом путем участия в долевом строительстве однокомнатной квартиры со строительным номером 90, расположенной на 4 этаже во 2 секции многоквартирного дома по адресу: <адрес>, проектной площадью 37, 31 кв.м., в том числе, с использованием кредитных денежных средств с правом передачи в залог Банку приобретенной квартиры и/или имущественных прав в обеспечение возврата данного кредита (л.д. 29). ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Инстеп» и ФИО1 заключен договор участия в долевом строительстве многоквартирного дома №, объектом которого являлась вышеназванная квартира, стоимостью 1 748 142 руб. (л.д. 18-26, 27). В этот же день между ОАО «Сбербанк России» (Кредитор) и ФИО1, ФИО2 (Созаемщики ) был заключен кредитный договор №, согласно которому Кредитор обязуется предоставить Созаемщикам кредит на приобретение строящегося жилья, расположенного по адресу: <адрес> (поз. 2), строительный №,
свободен от притязаний третьих лиц, согласно п. 2.6 договора он обязан был в письменной форме предупредить залогодержателя обо всех известных ему к моменту государственной регистрации договора правах третьих лиц на предмет залога, в п. 13.7 договора залога ФИО3 подтвердил, что требования ст. 34-37 СК РФ сторонами соблюдены) со своим толкованием: тем самым ФИО3 подтвердил, что для регистрации сделки залога получено нотариальноесогласие супруги, либо данное согласие не требуется, суд считает несостоятельными, поскольку в п. 3 ст. 35 СК РФ содержится императивное требование о наличии нотариально удостоверенного согласия другого супруга для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, которое в данном случае не было получено, доказательства обратного суду не представлены. Кроме того, не имея юридического образования, являясь обычным потребителем финансовых услуг, ФИО3 не мог знать положения ст.ст. 34-37 СК РФ, содержание которых в договоре залога не были
жилое помещение, приобретенное на средства вышеуказанного кредита, расположенное по адресу: ****, и принадлежащее ФИО2 на праве собственности в соответствии со свидетельством о государственной регистрации права серия ** № ** от 19.07.2012 оформить в общую собственность свою, супруги, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению в течение 6 месяцев после снятия обременения с жилого помещения. Обязательство совершено в нотариальной форме. 30.07.13 ФИО1 в нотариальной форме дано согласиесупругу ФИО2 на отчуждение квартиры по адресу: ****, за цену и на условиях по его усмотрению. 05.09.13 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) заключен договор дарения, по условиям которого в собственность одаряемой безвозмездно передана квартира по ул.**** в г.Перми. Право собственности одаряемой зарегистрировано 23.09.2013 органом по государственной регистрации прав в установленном законом порядке. При разрешении спора суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 по всем заявленным основаниям (ст.35
стороне ответчика привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО3 В судебном заседании представитель истца ФИО2 исковые требования поддержала. Представитель ответчика ПАО «Сбербанк России» ФИО9 требования не признал, просил в удовлетворении требований отказать, суду пояснил, что поручительство, как один из способов обеспечения исполнения обязательств, не является сделкой по распоряжению общим имуществом супругов. Указанный договор не является сделкой, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, в связи с чем на его заключение не требуется получения нотариальногосогласия другого супруга . Действующим законодательством получение согласия супруга на заключение договора поручительства также не предусмотрено. Отметил, что права истца не нарушены ни фактом заключения договора, ни потенциальными или реальными имущественными последствиями их исполнения, поскольку на имущество супруга по обязательствам другого супруга взыскание обращено быть не может. Представитель третьего лица ФИО3 - ФИО10 не возражал против удовлетворения исковых требований. Истец ФИО1, ответчик ФИО6, третьи лица ФИО7, ФИО8, ФИО3 в судебное заседание не явились. Решением суда в
ДД.ММ.ГГГГ, по которому ФИО4 взаймы предоставлены денежные средства ФИО2 в размере <данные изъяты> рублей. Указанный договор был зарегистрирован в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, о чем произведена соответствующая запись в ЕГРН. Из материалов реестрового дела, представленного Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю усматривается, что при регистрации договора залога от ДД.ММ.ГГГГ было представлено согласие ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ; иное согласие не представлялось. Согласно ответу нотариуса Красноярского нотариального округа ФИО7 (л.д. 133 т. 1) врио данного нотариуса удостоверялось лишь согласиесупруга (ФИО1) от ДД.ММ.ГГГГ за № в реестре 11-3367. На основании пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Федеральный закон от 29 декабря 2006 г. №