Статья 18 Информация, полученная в результате деятельности, проводимой в соответствии с настоящим Соглашением, за исключением той информации, которая не подлежит разглашению в соответствии с национальным законодательством Сторон, публикуется на основе обычной практики и правил Сторон, если иное не согласовано в письменном виде компетентными органами.
Статья 14. Использование информации Информация, полученная в результате проводимой в рамках настоящего Соглашения деятельности, за исключением информации, не подлежащей разглашению в соответствии с законодательством государств каждой из Сторон, публикуется и используется на основе обычной практики и предписаний каждой из Сторон, если иное не согласовано в письменной форме компетентными органами Сторон.
«О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего. Суды указали, что конкурсным управляющим не подтверждена совокупность условий для вывода о подозрительном характере оспариваемой сделки, не доказаны неравноценность договора, противоправная цель его заключения. Судами отмечено, что сделка совершена должником с незаинтересованным лицом, порядок заключения договора соответствует обычной практике заключения такого рода сделок. Изложенные в настоящей жалобе доводы не опровергают выводы судов. Несогласие заявителя с выводами судебных инстанций, основанными на оценке доказательств и правильном применении норм материального права, не составляет оснований для передачи кассационной жалобы на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судья определил: отказать конкурсному управляющему обществом с ограниченной ответственностью «Снабжение» ФИО1 в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в
а также соблюдение сторонами условий пункта 4.1 соглашения, согласно которому обратная реализация товара производится по цене, за которую покупатель по договору поставки приобрел товар у поставщика по договору поставки. Суд округа отметил, что в рамках банкротства общества рассмотрены многочисленные споры с участием поставщиков и приняты вступившие в законную силу судебные акты, из которых следует, что единовременное заключение договоров поставки и соглашений об обратной реализации товаров, идентичных по своему содержанию договору поставки и соглашению, было обычной практикой общества. Обычной практикой также являлось обратная поставка товара в случае его нереализации или неоплаты и учет при взаиморасчетах задолженности покупателя за первоначально поставленный и сумм за возвращенный товар. При этом суды, в том числе в рамках обособленных споров в деле о банкротстве общества, пришли к выводу, что означенные сделки взаимосвязаны и, по сути, регулируют одни правоотношения, а действия, направленные на установление сальдо взаимных предоставлений, не являются сделкой, которая может быть оспорена по правилам статьи
26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исходили из недоказанности наличия совокупности обстоятельств, позволяющей признать оспариваемые договоры поручительства недействительными, в том числе недоказанности того, что банку при совершении оспариваемых сделок было (должно было быть) известно об ущемлении прав кредиторов должника, и недоказанности осведомленности банка о неплатежеспособности должника. Обстоятельств, связанных со злоупотреблением правом с целью причинения вреда кредиторам при заключении оспариваемых договоров, судами не установлено, отношения между сторонами по заключению договоров обеспечения кредитных обязательств являлись обычной практикой предоставления кредитных денежных средств. Проверив обоснованность требования банка, учитывая, что доказательства погашения долга основным заемщиком и иными поручителями в деле отсутствуют, суды признали требование на заявленную сумму обоснованным и, удовлетворив ходатайство банка о восстановлении пропущенного срока для предъявления заявления, включили его требование в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Доводы жалобы выводы судов не опровергают, не подтверждают существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточным
для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Суды руководствовались статьями 61.1, 61.3 (пункт 3), 61.4, 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исходили из доказанности обоснованности права требования и отсутствия совокупности условий, необходимых для признания сделки недействительной. Договор залога заключен в обеспечение кредитного договора, в котором непосредственно содержится условие об обеспечении путем заключения договора залога; обеспечение исполнения кредитных обязательств является обычной практикой получения кредита. При установленных обстоятельствах доводы кассационной жалобы не свидетельствуют о допущенных судами нарушениях норм материального и процессуального права, которые бы служили достаточным основанием в силу части 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к отмене обжалуемых судебных актов. Руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определил: в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отказать. Судья С.В. Самуйлов
того, не отвечал перед Банком своим имуществом, поскольку договор поручительства был заключен только 17.01.2017; документальных свидетельств того, что до заключения оспариваемого договора ФИО2 и Банком велись переговоры по поводу заключения договора поручительства в материалы обособленного спора не представлены. Данные выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права. При этом суд округа полагает необходимым отметить, что из пояснений, данных представителем Банка в судебном заседании, следует, что обычная практика кредитования в Банке такова, что при смене руководителя юридического лица, с которым у Банка заключен кредитный договор, договор поручительства заключается с новым руководителем, при том, что с прежним директором такой договор расторгается. Между тем суд округа отмечает, что директор юридического лица - это наемный менеджер, он не является бенефициаром по сделкам, заключенным обществом с третьими лицами, не получает никакой экономической выгоды от их исполнения, и единственный повод для заключения, в данном конкретном случае, договора
оказания услуг из подтвержденных материалами дела заявок – 05.12.2018), поскольку обязанность по оплате услуг как встречное требование возникает в силу исполнения первоначального требования. Однако следует принять во внимание представленные ответчиком акты сверок по подписанным с истцом договорам, из которых усматривается, что оплата по ним производилась, во всяком случае, не позднее двух месяцев с даты оказания услуг, в среднем – в течение месяца. Таким образом, при отсутствии согласованных сроков оплаты в спорных случаях подлежит применению обычная практика сторон – месячный срок оплаты, который истек соответственно 14.01.2019, что с учетом соблюдения досудебного претензионного порядка подтверждает пропуск срока исковой давности по предъявленному 23.08.2021 иску. Ели же исходить из момента востребования долга, которое в действительности состоялось 12.02.2019, в связи с направлением истцом ответчику письма по электронной почте (переписка представлена в материалы дела, подлинность истцом не оспорена), содержащего сумму долга, совпадающего с ценой исковых требований, срок давности также является пропущенным. Кроме того, как установлено судом
только 17.01.2017; документальных свидетельств того, что до заключения оспариваемого договора ФИО1 и банком велись переговоры по поводу заключения договора поручительства, в материалы обособленного спора не представлены. Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, оценки доводов и возражений участвующих в споре лиц не усматривает оснований для отмены судебных актов. При этом суд полагает необходимым отметить следующее. Представитель Банка в рамках иных обособленных споров по рассматриваемому делу о банкротстве представлял пояснения, согласно которым, обычная практика кредитования в Банке такова, что при смене руководителя юридического лица, с которым у Банка заключен кредитный договор, договор поручительства заключается с новым руководителем, при том, что с прежним директором такой договор расторгается. Между тем, суд округа отмечает, что директор юридического лица – это наемный менеджер, он не является бенефициаром по сделкам, заключенным обществом с третьими лицами, не получает никакой экономической выгоды от их исполнения, и единственный повод для заключения, в данном конкретном случае, договора
оказания услуг из подтвержденных материалами дела заявок – 05.12.2018), поскольку обязанность по оплате услуг как встречное требование возникает в силу исполнения первоначального требования. При этом суды учли, что из представленных ответчиком актов сверок по подписанным с истцом договорам усматривается, что оплата по ним производилась не позднее двух месяцев с даты оказания услуг, в среднем в течение месяца. Таким образом, суды пришли к выводу, что при отсутствии согласованных сроков оплаты в спорных случаях подлежит применению обычная практика сторон – месячный срок оплаты, который истек 14.01.2019, что с учетом соблюдения досудебного претензионного порядка подтверждает пропуск срока исковой давности по иску, предъявленному 23.08.2021. Кроме того, суды указали, что, если исходить из момента востребования долга, которое в действительности состоялось 12.02.2019, в связи с направлением истцом ответчику письма по электронной почте (переписка представлена в материалы дела, подлинность истцом не оспорена), содержащего сумму долга, совпадающего с ценой исковых требований, срок давности также является пропущенным. При таких
в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «УК «Нововятск», поскольку при предъявлении своего требования к должнику оно подлежало бы включению в реестр. Также заявитель ссылается на ошибочность вывода суда первой инстанции о том, что указанные платежи совершены при обычной хозяйственной деятельности должника. По мнению заявителя, судом первой инстанции фактически установлен факт осведомленности ответчика о наличии судебных актов о взыскании задолженности с должника, и сделан вывод о том, что взыскание задолженности в исковом порядке это обычная практика . Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 30.04.2021 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 01.05.2021. МУП «Водоканал» в отзыве на апелляционную жалобу просит в ее удовлетворении отказать, определение суда первой инстанции оставить без изменения. Ответчик отмечает, что денежные средства перечислялись в адрес ответчика в соответствии с договором холодного водоснабжения № 242/14 от 25.07.2014, являются исполнением обязательств по договору. Полагает, что наличие требований других кредиторов не является основанием для
на применение ст. 64 УК РФ. Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного обращения, судебная коллегия приходит к следующему. Допрошенный в суде ФИО9 показал, что является потребителем наркотических средств. 28 сентября 2020 года примерно в 19 часов он, находясь в городе Зеленодольске, через Интернет заказал 02 г наркотического средства мефедрон, при этом получил ответ, что вес наркотического средства в качестве бонуса будет более 02 г. Из собственного опыта он знал, что у Интернет-магазинов это обычная практика . После этого он через Киви – кошелек произвел оплату наркотического средства и ему поступило сообщение о местоасположении тайника с координатами: город Казань на ул. Поперечно–Базарная д. 60. Затем он со своими знакомыми приехал в город Казань, по указанному выше адресу, где из тайника забрал сверток. Внутри свертка находился замотанный в изоленту полиэтиленовый пакетик с застежкой «зиппер». Они вернулись в город Зеленодольск. В дороге он попробовал часть вещества путем вдыхания через нос. По возвращении
было вынужденным в данной дорожной ситуации, поскольку ему необходимо было пропустить автомобиль специальной службы с включенными сигналами. Ссылается на то, что в материалах административного дела отсутствуют свидетельство о поверке, а также документы, подтверждающие законность установки и техническую исправность автоматического комплекса Птолемей-СМ с помощью которого сделана фотография на основании которой вынесено в отношении него постановление по делу об административном правонарушении. Полагает, что судьей районного суда неправомерно была воспринята неявка инспектора ДПС в судебное заседание, как обычная практика , поскольку ФИО1 просил о рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении в присутствии должностного лица вынесшего постановление по делу об административном правонарушении. Ссылается на положения ст. 204 КАС РФ, полагая, что судьей районного суда ему незаконно было отказано в ведении протокола судебного заседания. Проверив в полном объеме материалы дела, доводы жалобы, выслушав ФИО1, просившего жалобу удовлетворить, прихожу к следующему. В соответствии с частью 2 статьи 12.9 Кодекса Российской Федерации об административных
по результатам которой в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 и ФИО1 было отказано. В данном случае, материалами дела не подтверждено, и судом не установлено, что ответчик действовал исключительно с намерением причинить истцам вред при обращении в государственные органы. Из пояснений представителя ответчика ФИО3, действующей на основании доверенности, следует, что подача заявлений в органы полиции при выявлении случаев, когда потерпевший обратился в страховую компанию для получения страховой суммы по не соответствующим заявленным обстоятельствам ДТП, обычная практика во всех страховых компаниях. При обращении истца в страховую компанию с заявлением о наступлении страхового случая и страховой выплате, ответчиком проводилась проверка, в ходе которой не все повреждения, заявленные истцом, относились к ДТП, произошедшему ДД.ММ.ГГГГ. Из искового заявления и пояснений истца ФИО4, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что по роду своей профессиональной деятельности она много раз предотвращала страховые выплаты по мошенническим схемам. Допрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО20 пояснил суду, что он
