Окончание лицензионного договора - гражданское законодательство и судебные прецеденты

выполнения и по окончании работ.) 7. ПЕРЕЧЕНЬ ОБЪЕКТОВ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОЙ СОБСТВЕННОСТИ (Декларируются все объекты интеллектуальной собственности, созданные Исполнителем или другими организациями до выполнения работ по теме Контракта, как входящие в состав разрабатываемых (поставляемых) в рамках Контракта результатов (если таковые разрабатываются в рамках Контракта), так и необходимые для их функционирования.) 7.1. Декларируются все объекты интеллектуальной собственности, созданные Исполнителем или другими организациями до выполнения работ по теме Контракта, как входящие в состав разрабатываемых (поставляемых) в рамках Контракта результатов (если таковые разрабатываются в рамках Контракта), так и необходимые для их функционирования: 7.1.1. Объекты интеллектуальной собственности, на которые Государственному заказчику передаются права на использование, достаточные для полноценного использования и тиражирования объекта <1>: _______________________________. -------------------------------- <1> Указываются объекты, на которые передается достаточный объем прав использования. Указываются наименование объектов интеллектуальной собственности, на которые передаются права использования, вид объекта интеллектуальной собственности: программа для ЭВМ, база данных или др. (далее - произведение науки), прикладывается лицензионный договор на передаваемый объект

«NetPolice for Cisco SCE (Moscow education unlimited edition)», являющееся версией программы «NetPolice ISP» для серверов Cisco. Срок действия данного лицензионного соглашения закончился 12.11.2013 г. Однако до настоящего времени логотип программы присутствует на сайте ответчика. Тем самым, по мнению истца, подтверждается факт введения в гражданский оборот ответчиком программы «NetPolice for Cisco SCE (Moscow education unlimited edition)». Кроме того, действия ответчика направлены на получение преимуществ в предпринимательской деятельности над истцом, т.к. с 12.11.2013г., с даты окончания лицензионного договора , программа «NetPolice for Cisco SCE (Moscow education unlimited edition)» использовалась без каких-либо лицензионных платежей, тем самым существенно и необоснованно занижались эксплуатационные расходы. Также ответчик являлся поставщиком услуг по государственным контрактам и осуществляло контент-фильтрацию на предоставляемых каналах связи, незаконно используя программу «NetPolice for Cisco SCE (Moscow education unlimited edition)». Данные действия, по мнению истца, направлены на вытеснение истца с рынка услуг контент-фильтрации. Как утверждает истец, согласно данных технического обслуживания и мониторинга программного обеспечения,

несет ответственность за предоставление достоверных сведений. Также не могут быть приняты доводы ответчика о пропуске срока исковой давности, так как истцом обоснованно расчет взят с середины апреля, так как уточнение исковых требований не прерывает течения срока подачи первоначального иска. Суд также согласен с доводами истца о том, что отсутствует тождественность в заявленных требованиях, так как основания предъявления компенсации различны, что видно из представленного текста искового заявления. Нарушение ответчиком прав истца подтверждается самим фактом окончания лицензионного договора , который был подписан сторонами. При наличии выпущенного сверх нормы конфет, маркированных «Буревестник», ответчик имел возможность довести до сведения истца о сложившейся ситуации и на период реализации данной продукции продлить действие лицензионного договора. Однако, данное ответчиком сделано не было. Добросовестность сторон презюмируется и в данном случае суд не усматривает оснований для уменьшения размер заявленной неустойки. При указанных обстоятельствах, суд не может принять возражения ответчика, в связи с чем, требования истца правомерны, подтверждаются материалами

ППК», отсутствием внесенных в указаный договор изменений, аукционной документацией № 29/АЭ-АО МТ ППК/2019/2. Заключение договора заказа ответчиком, акт приемки-передачи от 16.01.2020, подписанный между ответчиком и исполнителем (ФИО2) не доказывают, что программа истца не использовалась ответчиком в рамках заключенного с АО «МТ ППК» договора оказания услуг № 02-09 от 10.09.2019. В нарушение статьи 65 АПК РФ ответчик доказательств обратного не представил, как и достоверных доказательств того, что им вместо программы истца была использована после окончания лицензионного договора собственная программа. При таких обстоятельствах суд первой инстанции сделал обоснованный вывод о доказанности нарушения ответчиком исключительных прав истца. Истец заявил о компенсации, исходя из двукратного размера стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель. Согласно п. 3.1 лицензионного договора N2808/2019 от 28.08.2019 стоимость использования программы для ЭВМ составляет 150 000 руб. ежемесячно. Сумма компенсации за нарушение исключительного права

с окончанием срока действия договора от 27.12.2019 № 593849 ООО «ЧОО «Гарт» 11.01.2021 уведомило административный орган об окончании оказания охранных услуг. Управлением Росгвардии в ходе проверочных мероприятий выявлен факт нарушения обществом лицензионных требований, а именно: в нарушение части 2 статьи 11 Закона Российской Федерации от 11.03.1992 № 2487-1 «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон № 2487-1), пункта 4 Правил уведомления частной охранной организацией территориального органа Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации о начале и об окончании оказания охранных услуг, изменении состава учредителей (участников), утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.06.2011 № 498 (далее – Правила № 498), ООО «ЧОО «Гарт» до 06.01.2021 не уведомило территориальный орган Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации по месту расположения объекта охраны об окончании оказания 31.12.2020 охранных услуг по договору от 27.12.2019 № 593849. Указанные обстоятельства послужили основанием для составления в отношении ООО «ЧОО «Гарт» протокола об

представителя для участия в судебном заседании суда апелляционной инстанции не направил. Ответчик ФИО2 на заседание судебной коллегии не явился, о времени и месте рассмотрения дела по апелляционной жалобе извещен. Судебная коллегия, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, материалы дела, не находит оснований для отмены решения. Возлагая на ФИО2 ответственность за нарушение прав истца на использование результата интеллектуальной деятельности, суд первой инстанции исходил из того, что ответчиком осуществлялась предпринимательская деятельность с использованием полезной модели «Бочка-сауна» по окончании лицензионного договора без согласия истца. К такому выводу суд первой инстанции пришел на основании исследованных в ходе рассмотрения дела доказательств. Судебная коллегия не находит оснований признать данный вывод суда необоснованным. Из материалов дела видно, что в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции, ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3, возражая против удовлетворения иска, приводили доводы, суть которых сводилась к тому, что после окончания действия лицензионного договора, заключенного с ФИО1, ФИО2 продолжил использовать изготовленную ранее бочку в

как организатором представления не допущено. При этом, ссылка истцов на расторжение ими лицензионных договоров письмами, направленными обществу **.**.****, не свидетельствует о допущенных ответчиками нарушениях. Направленные истцами обращения получены обществом не были. Спорные почтовые отправления доставлены в отделение связи по месту нахождения общества **.**.**** и хранились до **.**.****. Договор признается по истечении тридцатидневного срока с момента получения уведомления об отказе договора, если в этот срок лицензиат не исполнил обязанность выплатить вознаграждение. Таким образом, датой окончания лицензионных договоров может являться **.**.****. Однако, в условиях отсутствия доказательств наступления у общества обязанности по оплате работ истцов по изложенным основаниям, одностороннее расторжение истцами лицензионных договоров является недействительным (ничтожным) по причине противоречия условиям возможности одностороннего расторжения такого договора. В материалы дела истцами не представлено доказательств демонстрации спорного спектакля в период прекращения лицензионного договора. Ссылки истцов на видеозаписи спектакля, размещенные в сети «Интернет» на ресурсе «YouTube», не свидетельствуют о показе такого за обозначенным периодом, поскольку указанные

скважин от ДД.ММ.ГГГГ; копии актов о начале строительства скважины; копии актов об окончании строительства скважины; проектная документация; копии протоколов отбора пробы отходов производства и потребления; копии протоколов биотестирования с приложениями; копия договора оказания услуг по обращению с отходами бурения от ДД.ММ.ГГГГ; копия акта приема-передачи отходов бурения от ДД.ММ.ГГГГ; копия предостережения прокурора от ДД.ММ.ГГГГ; копия письма ООО «РН-Бурение» от ДД.ММ.ГГГГ; копия письма ООО «Экологика» от ДД.ММ.ГГГГ; копия уведомления об отказе в переоформлении лицензии от ДД.ММ.ГГГГ. Доводы жалобы и представителей Общества в судебном заседании суд находит несостоятельными в силу нижеследующего. Так, согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ООО «РН-Бурение» и ООО «Экологика» на оказание услуг по обращению с отходами бурения на Эргинском лицензионном участке для нужд Ханты-Мансийского филиала ООО «PH-Бурение», ООО «РН- Бурение» выступает в роли «Заказчика», а ООО «Экологика» - в роли «Исполнителя» работ. Пунктом 2.1 договора Исполнитель обязуется выполнить работы по технической рекультивации шламового накопителя, включая утилизацию отходов

скважин от ДД.ММ.ГГГГ; копии актов о начале строительства скважины; копии актов об окончании строительства скважины; проектная документация; копии протоколов отбора пробы отходов производства и потребления; копии протоколов биотестирования с приложениями; копия договора оказания услуг по обращению с отходами бурения от ДД.ММ.ГГГГ; копия актов приема-передачи отходов бурения от ДД.ММ.ГГГГ; копия предостережения прокурора от ДД.ММ.ГГГГ; копия письма ООО «РН-Бурение» от ДД.ММ.ГГГГ; копия письма ООО «Экологика» от ДД.ММ.ГГГГ; копия уведомления об отказе в переоформлении лицензии от ДД.ММ.ГГГГ. Доводы жалобы и представителей Общества в судебном заседании суд находит несостоятельными в силу нижеследующего. Так, согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между ООО «РН-Бурение» и ООО «Экологика» на оказание услуг по обращению с отходами бурения на Эргинском лицензионном участке для нужд Ханты-Мансийского филиала ООО «PH-Бурение», ООО «РН- Бурение» выступает в роли «Заказчика», а ООО «Экологика» - в роли «Исполнителя» работ. Пунктом 2.1 договора Исполнитель обязуется выполнить работы по технической рекультивации шламового накопителя, включая утилизацию отходов

21.10.2015 года по 06.06.2017 года, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что на дату увольнения истца – 20.10.2015 года работа на скважине Ялыкского лицензионного участка не завершена, истец не трудоустроен, в связи с чем период вынужденного прогула составил с 21.10.2015 года по день принятия судом решения – 06.06.2017 года. Судебная коллегия находит данный вывод суда первой инстанции противоречащим имеющимся в деле доказательствам, подтверждающим факт окончания работ по бурению скважины Ялыкского лицензионного участка 19.10.2015 года и как следствие, окончание срочного трудового договора с истцом 20.10.2015 года. Согласно заключенного с истцом трудового договора №, работник принимается на работу в ООО «СТС-ВОСТОК» на должность моториста буровых установок 5 разряда с 14.05.2015г. на срок до окончания работ по скважине Ялыкского лицензионного участка. Местом работы работника является: Иркутская область, Усть-Кутский район, Ялыкский лицензионный участок. В связи с необходимостью выполнения работ по бурению скважины ООО «СТС-Восток» издан приказ № от 09.02.2015 года о