действующим законодательством Российской Федерации и внутренними регулятивными документами Заказчика. 5. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СТОРОН 5.1. Исполнитель несет ответственность за сформулированное и выраженное мнение, выводы и рекомендации, содержащиеся в Заключении, а также ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по настоящему Договору. В указанных случаях Исполнитель на основании соответствующего требования Заказчика возмещает причиненные убытки в полном объеме, в том числе убытки, возникшие при расторжении Договора по основаниям, предусмотренным п. 7.6 Договора, а также в результате выплаты финансовых санкций, наложенных государственными органами на Заказчика (его работников), вследствие ненадлежащего исполнения Исполнителем обязательств по Договору, в том числе в результате несоответствия сформулированных Исполнителем мнений, выводов или рекомендаций изложенных в Заключении, действующему законодательству Российской Федерации и (или) практике его применения. 5.2. В случае утраты (непередачи) Исполнителем подлинных документов , в результате утраты (непередачи) которых была полностью или частично утрачена возможность установить обстоятельства банкротства Банка, а также иные преступления и (или) отсутствие которых делает невозможным или крайне затруднительным
(или иной документ - для случаев взыскания задолженности во внесудебном порядке), не вступило в законную силу. При этом под основаниями требования о привлечении к субсидиарной ответственности, предполагающего обоснование статуса контролирующего должника лица, понимаются не ссылки на нормы права, а фактические обстоятельства спора, на которых основано притязание гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, о возмещении вреда, обращенное к конкретному лицу. В частности, не могут быть квалифицированы как тождественные требование о привлечении к субсидиарной ответственности, мотивированное непередачей руководителем должника учредительных документов , и требование, мотивированное непередачей им документации об основных активах должника, либо два требования, в основание которых положены разные действия (бездействие) одного и того же контролирующего должника лица. 58. Сроки, указанные в абзаце первом пункта 5 и абзаце первом пункта 6 статьи 61.14 Закона о банкротстве, являются специальными сроками исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которых обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). При этом данные сроки
должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве. В соответствии с законодательством, подлежащим применению к спорным материальным правоотношениям, обязанность по подаче в суд заявления о банкротстве в рассматриваемый период была возложена только на руководителя общества. Таким образом, суды констатировали, что не доказана вина учредителей должника, наличие причинно-следственной связи между их указаниями или иными действиями и возникновением причин, повлекших банкротство должника. Отказывая в удовлетворении требований к бюро и университету о привлечении к субсидиарной ответственности за непередачудокументов должника, суды указали, что Законом о банкротстве не предусмотрена обязанность учредителя (участника) должника обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, а также не предусмотрена обязанность по хранению бухгалтерской документации. Кроме того, заявитель не представил доказательств, подтверждающих фактическое наличие документов у учредителей. Удовлетворяя заявленные требования в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2, суды исходили из того, что факт наличия документов у бывшего руководителя должника подтвержден, документы
некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве". По результатам изучения принятых по делу судебных актов и доводов, содержащихся в кассационной жалобе, установлено, что предусмотренные статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации отсутствуют. Разрешая спор, суды применили пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» к действиям, совершенным ФИО2 до 30.06.2013, и пункт 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям» (далее - Закон № 134-ФЗ) к действиям, совершенным после этой даты, а также к бездействию, выразившемуся в непередаче бухгалтерских документов конкурсному управляющему. При этом суды учли частичную непередачу ФИО2
данную документацию новому исполнительному органу. Генеральный директор, действуя разумно и добросовестно, именно исполняя свои обязанности единоличного исполнительного органа, обязан организовать процесс передачи документов Обществу и «озаботиться» соответствующей фиксацией этого процесса. При отсутствии таких доказательств, бывший генеральный директор несет риск наступления неблагоприятных последствий (неисполнении /ненадлежащего исполнения своих обязанностей руководителя) в соответствии с действующим законодательством. ФИО2 доказательств передачи документов новому генеральному директору ФИО4 не представила. Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ответственность за непередачу документов , отражающих деятельность ООО «Хабаровский рис» до момента освобождения от должности, несет ФИО2 Ссылка ИП Лишая А.П. (кредитора ООО «ЛАН»), на регистрацию Обществом в ЕГРЮЛ сведений о новом директоре судом не принимаются, поскольку данных обстоятельств с достоверностью названные доказательства не подтверждают, а указывает лишь на то, что отдельные документы или их дубликаты в определенный период могли находиться у ООО «Новый Сервис». Однако имеются ли в числе таковых истребуемые документы установить не представляется возможным.
без изменения постановлением апелляционного суда от 12.07.2021, признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителяк субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Производство по заявлению приостановлено в части определения размераего ответственности до окончания расчетов с кредиторами. Не согласившись с указанными определением и постановлением, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой проситих отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. В обоснование кассационной жалобы ответчик ссылается на то,что суды необоснованно возложили на него ответственность за непередачу документов и имущества должника, не приняв во внимание факт вручения им конкурсному управляющему всего имеющегося, а также не установилив какой степени неисполнение обязанности по передаче документов затруднило формирование конкурсной массы. Кассатор считает, что им предприняты все необходимые действиядля изъятия незаконно удерживаемого имущества и документов должника, доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО2 присвоил себе вилочный погрузчик EP CPCD50 - RXW 35 не обоснованы и противоречат фактическим обстоятельствам дела. В судебном заседании представитель ответчика поддержал
требовалась. При этом арбитражный управляющий вправе требовать по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ не только от руководителя, но также и от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы. Соответственно, с учетом конкретных обстоятельств данного обособленного спора и установленных фактов того, что документация должника была передана ФИО3 ФИО2 по акту приема-передачи документов еще 02.11.2015, учитывая также заявленные конкурсным управляющим основания к истребуемой субсидиарной ответственности (включающие ответственность за непередачу документов по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Регион Финанс Групп») и состав ответчиков по обособленному спору (ФИО2, остававшийся в спорном периоде единственным органом управления должника), а равно принципа процессуальной экономии, цели защиты нарушенных прав и законных интересов должника и его кредиторов, продолжающееся течение соответствующих процессуальных сроков, отсутствие в норме абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве постановки обязанности по передаче бухгалтерской и иной документации конкурсному управляющему под какие-либо условия, суду первой инстанции, установившему факт
обращает внимание, что ответчик в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции приводил иные доводы: о невозможности осуществлять функцию руководителя ООО «Хабаровский рис» ввиду наложенного на него запрета, частичном изъятии документов в ходе оперативных мероприятий налогового контроля в 2017-2018 годах. Однако документального подтверждения своих доводов ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции в порядке статьи 65 АПК РФ не представлено. Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что ответственность за непередачу документов , отражающих деятельность ООО «Хабаровский рис» до момента освобождения от должности, несет ФИО2 Ссылка ИП Лишая А.П. (кредитора ООО «ЛАН»), на регистрацию Обществом в ЕГРЮЛ сведений о новом директоре судом не принимаются, поскольку данных обстоятельств с достоверностью названные доказательства не подтверждают, а указывает лишь на то, что отдельные документы или их дубликаты в определенный период могли находиться у ООО «Хабаровский рис». Однако имеются ли в числе таковых истребуемые документы установить не представляется возможным.
также печати и штампы. В связи с неисполнением бывшим директором должника Х.А.Ф. в добровольном порядке определения Арбитражного суда от ДД.ММ.ГГГГ конкурсным управляющим ООО «Инвест-Проект» ДД.ММ.ГГГГ в суд подано заявление на получение исполнительного листа для принудительного исполнения судебного акта. Исполнительный лист получен и направлен на исполнение в ССП, где ДД.ММ.ГГГГ возбуждено исполнительное производство №-ИИ в отношении Х.А.Ф. ДД.ММ.ГГГГ конкурсным управляющим было направлено заявление в прокуратуру ЦАО для привлечения бывшего директора ООО «Инвест-Проект» к административной ответственности за непередачудокументов конкурсному управляющему. ДД.ММ.ГГГГ решением Арбитражного суда было удовлетворено заявление Прокуратуры ЦАО , Х.А.Ф. привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 4 статьи 14.13 КоАП, ему назначено административное наказание в виде штрафа в размере 40 000 руб. В связи с вынесением налоговым органом решения от ДД.ММ.ГГГГ №дсп о привлечении к налоговой ответственности, ДД.ММ.ГГГГ Х..А.Ф. передал мне документы, подтверждающие право ООО «Инвест-Проект» на вычеты по НДС за 2016, 2017, 2018 г.г., иных
не предусмотрено договором, отказаться от вещи (товара) в связи с невозможностью или затруднительностью использования по назначению без принадлежностей и (или) документов. С учетом изложенного, вывод суда об отказе в удовлетворении требований о взыскании с ответчика неустойки (пени) за нарушение установленного договором купли-продажи срока передачи потребителю оплаченного товара, является правильным, поскольку паспорт транспортного средства сам по себе товаром не является, автомобиль был передан истцу в срок, предусмотренный договором, а действующее законодательство не предусматривает наступление ответственности за непередачудокументов к товару посредством взыскания неустойки. При этом ссылка истца на положения ст.23.1 Закона «О защите прав потребителей» в данном случае применению не подлежит, поскольку, как уже было указано, сам товар (автомобиль) истцу был передан в установленный срок, а ПТС не является товаром в том понимании товара, которое используется в сфере товарооборота, не является ни коммерческим, ни товарно-транспортным документом, подлежащим реализации отдельно от того транспортного средства, на который он выдан. ПТС является одним из
определены обстоятельства порядка увольнения истца (ст.ст.192-193 Трудового кодекса Российской Федерации), нарушений которого со стороны работодателя не установлено (письменные объяснения от истца истребованы, взыскание применено в пределах месячного срока). Доводы жалобы истца относительно пропуска ответчиком срока привлечения его к дисциплинарной ответственности судебная коллегия отклоняет, поскольку они направлены на неверную оценку фактических обстоятельств по делу. В частности, ответчиком не оспаривалось, что действительно, истец еще в июле 2019 сообщил своему непосредственному руководителю ФИО4 о непередаче ему при возврате сейф-пакета с денежными средствами только квитанции, что подтверждено самой ФИО4 в объяснениях. Из объяснений дежурного Т, не являющегося непосредственным руководителем истца, следует доклад П только об отсутствии квитанции, но не об отсутствии в принципе подтверждающих документов относительно передачи сумки с деньгами, а также отметок в явочной карточке. Однако как следует из материалов дела, а прежде всего из письменных объяснений самого ФИО1, сведений о том, что им была передана сумка кассиру вообще без каких-либо препроводительных документов,
для формирования конкурсной массы должника документации и наступления от ее действий последствий для кредитора в виде невозможности удовлетворения задолженности, представлено не было. Постановлением Седьмого Арбитражного апелляционного суда от 20.06.2018 г. определение Арбитражного Суда РА от 02.03.2018 г. было отменено, принят новый судебный акт, которым в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Ожерелье Шамбалы» о привлечении бывшего руководителя ООО «Ожерелье Шамбалы» ФИО1 к субсидиарной ответственности было отказано. При таких обстоятельствах, учитывая, что вступившим в законную силу решением арбитражного суда установлен факт непередачи предыдущим руководителем общества бухгалтерских и иных документов ФИО1, которые позволили бы ей как новому руководителю в разумный срок выявить обстоятельства, с которыми закон связывает возникновение обязанности по подаче заявления о банкротстве, оснований считать, что ФИО1 располагала сведениями о том, что возглавляемая ею организация обладает признаками неплатежеспособности, соответственно должна нести ответственность за неподачу заявления о признании организации банкротом, не имеется. Учитывая, что в спорный период фактическим руководителем общества, лицом, определяющим
