к предмету спора, которым являлось установление обстоятельств исполнения ФИО1 обязательств по уплате денежных средств по договору цессии, тогда как перед специалистом был поставлен вопрос технического характера о последовательности выполнения печатных текстов и подписей с удостоверительными записями в договоре уступки права (цессии) от 29 декабря 2016 г. и в акте приема-передачи документов к договору уступки права. Заключение и подписание договора цессии сторонами не оспаривалось. Акт приема- передачи денежных средств по договору уступки права (цессии) от 29 декабря 2016 г. специалистом не исследовался, вопрос о подлинности подписей сторон на нем перед специалистом не ставился. При таких обстоятельствах Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что поскольку решение Стерлитамакского городского суда Республики Башкортостан от 19 сентября 2018 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 14 января 2019 г. приняты с существенными нарушениями норм процессуального права, то данные судебные постановления подлежат отмене,
средств, тяжелом финансовом положении не могут сами по себе свидетельствовать об отсутствии вины должника. Кроме того материалами дела подтверждается, что заявителем в период с даты вступления в законную силу решения арбитражного суда о взыскании с заявителя денежной суммы и до возбуждения исполнительного производства были предприняты меры для вывода активов общества, по расчетному счету общества активно проводились расходные операции, однако они не были направлены на погашение установленной судом задолженности. Смена руководящего состава общества, без передачи права первой подписи , также не способствует экономической стабильности деятельности должника – заявителя. Исходя из изложенных обстоятельств, суд пришел к выводу, что заявитель своими собственными действиями способствует ухудшению финансового положения, и на это ссылается в обоснование требований об уменьшении размера исполнительского сбора. Суду не представлено доказательств того, что нарушение установленных сроков исполнения исполнительного документа, обязывающего предприятие передать взыскиваемые денежные средства, вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми препятствиями, находящимися вне его контроля, при соблюдении
сделки подлежал подписанию, в том числе и генеральным директором Общества, который наделен правом первой подписи и в период с 18.02.2008 по 10.03.2008 на основании приказа № 9 от 15.02.2008 находился в отпуске. Административный орган полагает, что подписав 15.02.2008 дополнительное соглашение № 1 и зная о предстоящем отпуске, генеральный директор Общества с учетом возможного исполнения контрагентом его обязательств по оплате товара в период его отсутствия не принял мер по своевременному переоформлению паспорта сделки либо передаче права первой подписи другому лицу. Вместе с тем причины, по которым Общество не переоформило паспорт сделки после 06.03.2008, в том числе и 07.03.2008, не свидетельствуют о наличии у Общества реальной возможности переоформить паспорт сделки не позднее 06.03.2008. В этой связи названные причины не свидетельствуют и о наличии вины Общества в совершении вменяемого нарушения. Таким образом, вина Общества в совершении вменяемого ему нарушения административным органом не доказана, что влечет недоказанность в его действиях состава административного правонарушения, и
содержит указания на основание возникновения задолженности, а также подписано бухгалтером предприятия ФИО3, не имеющей на то полномочий, т.к Приказ №6 генерального директора «Ремстройдормаш» ФИО4 от 12.01.2009г. на право первой подписи в период его отсутствия истец считает недействительным по основаниям, изложенным им в письменных объяснениях (л.д.119). Однако, суд счел данные доводы необоснованными, так как денежные суммы были перечислены по письмам истца, подписанным главным бухгалтером ФИО3, уполномоченной на основании вышеуказанного Приказа ликвидатора ООО «Ремстройдормаш» о передаче права первой подписи . Возражения истца о недоказанности ответчиком факта отсутствия генерального директора на рабочем месте отводятся судом, так как данные документы были подготовлены самим истцом и, исходя из презумпции добросовестности, ответчик не обязан был проверять факт отсутствия председателя ликвидационной комиссии в момент подписания писем. Учитывая факт перечисления ответчиком предоплаты на основании выставленных истцом счетов в сумме 1 260 277 рублей 46 копеек, что подтверждено представленными в материалы дела платежными поручениями №753 от 31.07.2008г., №326 от
рогатого скота на основании Порядка № 283. Проанализировав цели и условия, установленные Порядком № 376, Порядком № 121 и Порядком № 283, перечень приобретенного имущества, суды обоснованно согласились с позицией Минсельхоза Республики Алтай об отсутствии в рассматриваемой ситуации признаков аналогичности предоставленной субъектам государственной поддержки. Пунктом 76 описательной части оспариваемого представления министерству вменено нарушение пункта 7 статьи 3, части 8 статьи 7 Закона № 402-ФЗ, пункта 4.4.13 Положения о Минсельхозе Республики Алтай, выразившееся в передачеправа первой подписи лицу, не являющемуся руководителем экономического субъекта. Исходя из положений пункта 7 статьи 3, части 8 статьи 7 Закона № 402-ФЗ руководитель экономического субъекта – лицо, являющееся единоличным исполнительным органом экономического субъекта, либо лицо, ответственное за ведение дел экономического субъекта, либо управляющий, которому переданы функции единоличного исполнительного органа; руководитель экономического субъекта единолично несет ответственность за достоверность представления финансового положения экономического субъекта на отчетную дату, финансового результата его деятельности и движения денежных средств за отчетный
случае если ни одна сторона трудового договора не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работу после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном трудовом договоре утрачивает свою силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок. 24 сентября 2010г. Администрацией Приморского края было издано распоряжение об освобождении ФИО1 от занимаемой должности, вместе с тем все последующие действия ответчика, в т.ч. отсутствие распоряжения о передаче права первой подписи финансовых документов свидетельствуют о сохранении с истцом трудовых отношений после истечения срока трудового договора. Стороной ответчика не представлено ни одного доказательства которое бы свидетельствовало, что ПУ-29 могло быть, без участия истца, финансово самостоятельным в течение более 5 месяцев. ФИО1 был вынужден продолжить трудовые отношения в должности ПУ-29, поскольку в противном случае ПУ-29 в течение указанного времени осталось бы без средств к существованию, в т.ч. без оплаты труда сотрудников училища. Факт длящихся отношений подтверждается
ООО «Строй Резерв» не являлось единоличным органом ответчика и не имело право от его имени действовать без доверенности, а также представленные выписки из ЕГРЮЛ о внесении записи **** о прекращении полномочий ООО «Строй Резерв» действовать без доверенности от имени ООО «Р.К. Инвестиционная Славянская Риэлтерская компания», с объективной достоверностью не подтверждают отсутствие у ООО «Строй Резерв» таких полномочий в период **** года, при том, что в материалах дела наличествует вышеуказанный приказ от **** о передаче права первой подписи директора. Получение от ФИО1 оплаты по договору об участии в долевом строительстве подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам, выданных в период с **** года по **** года, а также справкой о полной оплате объекта от **** (л.д.9, 10). Относимых и допустимых доказательств, опровергающих данное обстоятельство, в нарушении положений ст. 56 ГПК РФ стороной ответчика представлено не было. При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что решение суда является верным, соответствует установленным по делу обстоятельствам.
